На главную Лекции и практикум по психологии Педагогическая психология Влияние социального стресса на социально-психологическую адаптацию личности
Влияние социального стресса на социально-психологическую адаптацию личности
Лекции и практикум по психологии - Педагогическая психология

1. Теоретические модели влияния социального стресса и социальнопсихологическую адаптацию личности

В психологии создано немало моделей влияния стресса на адаптацию личности в обществе: ее самочувствие, удовлетворенность, здоровье и деятельность. Одной из первых можно считать концепцию общего адаптационного синдрома (ОАС) Г. Селье, который выдвинул представление о стрессе как об адаптивном реагировании, связанном с действием внешних стимулов. ОАС связан с мобилизацией ресурсов организма для формирования адаптивного ответа на требования среды. При этом возникает неспецифическая, т. е. независящая от характера стимула реакция [188]. Подобный подход доминировал в исследованиях 1920-60-х гг. В работах ряда авторов (Cannon, Levi и др.) стресс рассматривался как особая реакция, которая подготавливает организм к действию в ответ на воздействие стрессора [234, с. 6]. Итак, в первых исследованиях стресса он рассматривался как неспецифическая адаптивная реакция на вызовы внешней среды. Его связь с адаптивным реагированием рассматривалась как прямая и непосредственная, ведь и сам стресс, как полагали исследователи, есть не что иное, как подготовка к адаптивному реагированию.

В дальнейшем было выявлено, что неспецифичность стрессовых реакций, их универсальность, независимость от стрессора, является абстракцией. Особенно это касалось стрессоров социального происхождения. Если быстрый подъем по лестнице действительно напрямую вызывает гормональный выброс, повышение частоты сердечных сокращений и пр., то такие стрессоры, как информация о проигранном любимой командой матче, более высоких требованиях нового преподавателя или скептическое замечание начальника имеют свои механизмы воздействия на психику и характер адаптивного поведения человека.
Механизмы влияния социальных факторов на психическое состояние и социально-психологическую адаптацию человека изучены пока явно недостаточно. И.Н. Гурвич, рассматривая проблему влияния социально-психологических факторов на психическое здоровье, выделил следующие механизмы:
• специфическое и прямое воздействие жизненных случаев на мозг,
• специфическое воздействие на мозговые системы, лежащие в основе психической дисфункции,
• общие эффекты влияния стресса на поведение, приводящие к психической дисфункции,
• общие эффекты влияния стресса на поведение, приводящие к слому эффективных моделей преодоления [68, с. 99].
Рассмотрим некоторые из теоретических представлений, объясняющих эти механизмы и связи.
1. Непосредственное воздействие социальных стрессоров на психическое состояние и адаптацию человека. В работах ряда авторов (М. Shaffer; J. Simister; G.W. Evans, S.V. Jacobs) была высказана мысль о том, что многие социальные факторы, например, скученность в транспорте, спешка, шум станков или высокая температура на рабочем месте могут непосредственно вызвать стрессовую реакцию (как физиологическую, так и психологическую), даже если индивид и не придает этому фактору отрицательного значения, так как негативное воздействие на тело обязательно отразится и на уровне психики и может проявиться в стрессированности, раздражительности, агрессивном поведении [281; 285; 287]. Американские исследователи G. W. Evans и S. V. Jacobs используют термин «environmental stress» («стресс окружения»). Они обозначают им негативное психологическое воздействие на людей загрязненности воздуха, шума, скученности, обилия контактов в больших городах, полагая, что все эти факторы часто вызывают дискомфорт, утомление, а вследствие этого - развитие дезадаптивных реакций, усиливая даже обращаемость за психиатрической помощью [281].
Анализ имеющихся в литературе данных показывает, что одним их таких механизмов непосредственного воздействия социальных стрессоров на социально-психологическую адаптацию человека может быть переутомление нервной системы, частым спутником которого являются нарушения сна. По данным D. Wheatley, нарушения сна часто обусловлены длительным воздействием стрессоров, а затем они, в свою очередь, ведут к еще более сильному стрессу, снижению иммунитета, развитию соматических заболеваний [300, р. 246].
В 1970-80-е гг. в научной литературе высказывалась мысль о том, что именно воспринимаемый стресс ведет к возникновению нарушений в состоянии здоровья (Lazarus, Folkman, 1984). Однако в более поздних работах было показано, что не только воспринимаемый стресс, но и само воздействие стрессоров является значимым для возникновения трудностей социальной адаптации и ухудшения состояния здоровья (Weekes, 2005).
Еще одна модель непосредственного воздействия социальных стрессоров предложена российскими исследователями А.В. Шафиркиным и А.С. Штембергом. Они исходят из того, что запас компенсаторных резервов человека, генетически детерминированный и развитый в процессе онтогенеза, начинает потом уменьшаться в процессе постепенного старения, при этом ряд негативных факторов могут истощать резервы организма и значительно ускорять процесс старения. К их числу можно отнести факторы физической, химической, биологической, а также социальной природы - уровень доходов, жилищные условия, трудовые и семейные отношения, общий психолого-социальный климат в стране и в мире. Длительное воздействие этих факторов с высокой интенсивностью представляет значительный стресс. Социальный стресс, как и стресс физической природы, способствует ускорению старения организма, снижению его компенсаторных резервов [225, с. 27-28].
Таким образом, в литературе высказаны предположения о том, что социальные стрессоры могут оказывать непосредственное воздействие на психическое состояние и социальнопсихологическую адаптацию человека. Результаты исследований показывают, что не только воспринимаемый стресс, но и само воздействие интенсивных социальных стрессоров является значимым для ухудшения адаптации и состояния здоровья человека.


2. Эмоциональные состояния как механизм, опосредующий между влияние социальных стрессоров на адаптацию человека. Мысль о том, что эмоциональное состояние является связующим звеном между восприятием стрессора и выработкой личностью адаптивного социального поведения высказывалась в работах многих исследователей (Губачев и соавт, 1976; Кокс, 1981; Судаков, Юматов, 1991). В работе G. Mandler подчеркивается существенная роль эмоций как фактора, запускающего и поддерживающего процесс стрессового реагирования [269, р. 249].
В отечественной психологии отмечалось, что эмоциональные состояния формируются под влиянием удовлетворения или неудовлетворения потребностей человека, они выполняют ориентирующую, переключающую и подкрепляющую функцию, направляя и мобилизуя человека на то или иное социальноадаптивное поведение. Так, длительные неудачи и связанные с ними негативные эмоциональные состояния могут заставить человека прекратить заниматься той деятельностью, в которой он не может быть успешен, и направить свои силы на ту область, в которой он сумеет реализовать себя, сохранить здоровье и хорошо себя чувствовать (Березин, 1988).
В работах исследователей конца XX - начала XXI в. (R. Derec, 1995; I. Tsaousis, I. Nicolaou, 2005) подчеркивается, что эмоции участвуют не только в инициации и поддержании стрессового реагирования, но и в его контроле, регулировании; эмоциональный контроль является важнейшим механизмом адаптации к стрессорам, а «emotional intelligence» - ресурсом в поддержании физического и психического здоровья [248; 295].
Таким образом, эмоциональные состояния могут рассматриваться в качестве механизма, с помощью которого социальные стрессоры воздействуют на социальную адаптацию и самочувствие человека.


3. Когнитивные оценки как механизм, опосредующий между влияние социальных стрессоров на адаптацию человека. В 1971 г. Averill высказал мысль о том, что любой стрессор подвергается человеком двойной оценке - первичной и вторичной. Первичная оценка позволяет определить свойства стрессора и сделать вывод о том, к чему его отнести - к угрозе или к благоприятному изменению; вторичная оценка состоит в разработке механизмов защиты, формировании познавательных, экспрессивных, инструментальных реакций [234, с. 28].
Эти идеи были развиты в концепции Р. Лазаруса. По его мнению, именно интеллектуальные оценки лежат в основе возникновения стресса. Даже объективно вредный стимул, который, не признается за таковой, не является стрессором с психологической точки зрения [115, с. 191]. Процесс восприятия и оценки строится на основе имеющейся или поступающей информации, и его результатом является суждение о степени угрозы, которую несет складывающаяся ситуация. Оценки не только влияют на характер и силу эмоциональных реакций, но и воздействуют на выбор копинговой стратегии, что позволяет изменить саму ситуацию (Lazarus, Folkman, 1984). Эмоциональные реакции в концепции Р. Лазаруса являются вторичными не только по отношению к восприятию и оценке угрозы, но и по отношению к стратегии копинга и собственно копинговой активности индивида [265, р. 157].
Таким образом, если физические стрессоры непосредственно влияют на организм человека и его психику, то социальные стрессоры воспринимаются и оцениваются человеком. Именно сквозь призму этих оценок и происходит воздействие социальных стрессоров.
В современной психологии исследователи используют различную терминологию для обозначения когнитивных оценок, влияющих на адаптацию. По мнению Л.И. Анцыферовой, главное, что должно учитываться при прогнозировании реакции человека на стрессор - это та ценность, которая в определенных условиях может быть потеряна или уничтожена. Именно это и делает ситуацию стрессовой [14, с. 5].
Нидерландские ученые Й. Ормел, Й. Неелеман, Д. Виер- сма для обозначения когнитивной оценки стрессора используют термин «придание значения», под которым понимают соотнесение стрессового события с личностными ценностями и потребностями; при этом ключевым моментом, по их мнению, является оценка возможной угрозы события настоящему и будущему благополучию человека [151, с. 98].
Оценка стрессора часто требует возрастания активности индивида, поиска информации о нем. Анализ стрессовых реакций, проведенный в работе Б. Андресена, Ф.-М. Старка и Я. Гросса, показал, что появление, например, пугающей и неопределенной информации в СМИ вызывает у населения стрессовые реакции широкого спектра. К их числу относятся: эмоциональная обеспокоенность, активизация поиска информации о пугающем факторе, усилия к защите себя и своих близких, политические требования и активизация борьбы против пугающего фактора политическими средствами, и, наконец, реактивнопсихотическая тенденция [11].
Исследования, проведенные в русле когнитивной психологии, показывают также, что оценка стрессора практически всегда взаимосвязана с формированием копингового поведения; именно оценки и выбранная стратегия копинга определяют характер эмоциональных реакций личности на стрессор [264].


4. Сознание личности как механизм, опосредующий между влияние социальных стрессоров на адаптацию человека. Как писал создатель принципа детерминизма в отечественной психологии С.Л. Рубинштейн, «внешние причины действуют через посредство внутренних условий, представляющих собой основание развития явлений» [177, с. 8]. Наиболее важной интегральной системой «внутренних причин» является личность как общественный индивид, субъект сознания, самосознания и деятельности; «всякая деятельность исходит от личности как ее субъекта» [178, с. 634]. Все общественные явления, в том числе стрессоры, воспринимаются и оцениваются именно целостной личностью, отражаются в ее сознании.
Многие авторы рассматривают личность и ее сознание как главный медиатор социальных стрессоров. По мнению
Л.И. Анцыферовой, каждый человек строит свою «теорию мира», исходя из своего опыта; это может быть концепция «благополучного мира» или «неблагополучного мира», закладывающаяся в раннем детстве и закрепляющаяся в дальнейшем опыте. В «теории мира» заложена иерархия ценностей и смыслов. Угроза наиболее значимым ценностям ведет к наиболее высокому уровню стресса. Частью «теории мира» является и представление о себе. Личностной теории благополучного мира соответствует концепция себя как удачливого и неуязвимого. Зная «теорию мира» конкретного человека, можно предсказать, насколько разрушительным будет для него то или иное тяжелое событие или жизненный вызов [14, с. 6].
В научной литературе отмечено, что личность «конструирует» субъективный образ социальной среды, в значительной степени влияющий на результат адаптации [26]. В исследованиях Ф. Б. Березина выявлено, что положительная оценка микросоциального взаимодействия связана с эффективной психической адаптацией даже в сложных, экстремальных условиях [27, с. 134-135]. В ряде исследований (Li et all, 2018; Yang et all, 2019) было выявлено, что особенности установок личности по отношению к окружению тесно связаны с уровнем стресса и качеством адаптации [267; 303]. В свою очередь, восприятие социальной среды тесно связано с личностными чертами. Так, в исследовании Tornroos et all было выявлено, что личностные черты влияют на восприятие справедливости в организации и настроение служащих [292].
Итак, не только эмоциональные или когнитивные оценки, но целостное сознание личности может быть рассмотрено как тот механизм, который опосредует воздействие социальных стрессоров на человека.


5. Общественное сознание как механизм, опосредующий между влияние социальных стрессоров на адаптацию человека. В отечественной психологии давно обосновано, что что индивидуальное сознание личности проходит свое становление в тесной связи с общественным сознанием [178, с. 135]. В западной психологии тоже отмечалось, что отношение человека к различным социальным факторам определяется, в первую очередь, теми установками и паттернами поведения, которые были им усвоены в той общности, в которой он воспитывался. Конструируя образ социальной действительности, личность в значительной степени опирается на используемые в данной общности оценки и типизации, являющиеся привычными и легитимизированными [26]. Если говорить об отношении личности к различным стрессорам, то именно общность показывают растущей личности, какие ситуации нужно воспринимать как стрессовые и какое адаптивное поведение в них требуется.
И.Н. Гурвич отмечал, что семья, общность, представляющая собой сеть малых групп, общество в целом в значительной степени определяют способы адаптивного поведения индивида. Ведущим концептом, объясняющим это влияние, является «культура». Культура понимается как воспринятая и заученная система способов приспособления к различным ситуациям, разделяемая принадлежащими к данной культуре индивидами. При этом сами требующие адаптации ситуации в значительной степени также формируются под влиянием культуры [68, с. 46).
Представители различных направлений в социологии по- разному рассматривали социокультурные приспособительные процессы в социуме. Культурологический подход (Л. Уайт, Л. Вайда и др.) поставил в центр внимания культуру как адаптивную систему или пространство, предлагающее индивиду многообразие адаптивных стратегий, выработанных человечеством за всю его историю. Другой подход (У. Бакли, Э. С. Мар- карян) рассматривает общество в целом в качестве носителя адаптивных функций (Ромм, 2002; Маркарян, 1971). Таким образом, культура может рассматриваться и как самостоятельный фактор социальной адаптации, и как механизм влияния общества на индивидуальное сознание. Культура усваивается в процессе социализации, с помощью научения, подражания, целенаправленного воспитания, группового давления, санкций, конформизма. В целом, культуру переживания стресса и адаптации в проблемных ситуациях можно считать частью культуры, создаваемой конкретным обществом.
В психологии еще с работ К. Хорни был поставлен вопрос о влиянии культуры на восприятие стресса и характер неврозов в каждом обществе. В концепции К. Хорни социокультурные условия выступают как важный аспект формирования неврозов, создавая специфические для каждой культуры проблемы, затрудняющие адаптацию человека в обществе. Так, в западном обществе, культура которого ориентирует человека на достижение успеха и финансового благополучия, люди особенно тяжело переживают отсутствие карьерных и финансовых достижений [218, с. 28]. В восточной культуре, ориентирующей людей на духовнорелигиозные и семейно-корпоративные ценности, трудности в карьере или бедность гораздо меньше воспринимаются как источник стресса; зато таким источником может стать, например, оскорбление, нанесенное кому-то из родственников.
Результаты исследования X. Deng, Ch. Cheng, H.M. Chow и X. Din показали, что представители различных культур и этнических меньшинств в многонациональной стране могут иметь выраженные различия в предпочитаемых эмоциях и по-разному воспринимать мир (Deng et all, 2019). В исследовании, проведенном среди представителей этнических меньшинств в Сомали, отмечается, что приверженность культурным ценностям своей этнической группы влияет на социальную идентичность личности, ослабляя ее способность к межгрупповым контактам и ограничивая возможности социальной адаптации в поликультурной среде (Zagefka et all, 2016).
Однако, проблема влияния культуры на восприятие стресса и адаптацию личности в обществе очень мало исследована эмпирически, имеются противоречивые данные. Например, были получены данные о том, что симптомы депрессии и их связь с психосоматическими расстройствами в развитых промышленных странах, принадлежащих к разным западной и восточной культурам (США и Япония), практически не различается (Hamamura, Mearns, 2019). Безусловно, проблема влияния культуры на переживание социального стресса и адаптацию личности в обществе очень сложна и нуждается в продолжении кросс-культурных исследований.
Одним из элементов культуры, который влияет на переживание стресса, является религиозность. Религиозное мировоззрение позволяет человеку интерпретировать смысл переживаемых им стрессов и страданий, соотнести их со значимыми в данном мировоззрении ценностями и целями. В эмпирических исследованиях отмечено влияние религиозности на выраженность посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) у людей, вовлеченных в природные и техногенные катастрофы, боевые действия. Некоторые исследования показывают, что религиозность является фактором, способствующим более эффективной переработке перенесенной психической травмы, Так, по данным К.А. Идрисова, верующие люди чаще полностью выздоравливают после психической травмы (Идрисов, 2002). Отмечено, что религиозность может являться фактором, увеличивающим эффективность социальной поддержки (Ju et all, 2018). Но имеются и противоположные данные, например, в исследовании T.M. McIntyre, M. Venture, в котором изучались проблемы социальной адаптации у ангольской молодежи после пребывания в зоне военных действий, была обнаружена положительная связь между значимостью для личности религиозных ценностей и выраженностью ПТСР, особенно депрессивных симптомов (McIntyre, Venture, 2003).
Еще одним механизмом влияния общности на сознание человека является общественное настроение. Оно может индуцировать индивидуальные стрессы и даже страхи у многих людей. История знает чрезвычайно распространенные страхи конца света, наступления нового тысячелетия, войны, техногенных катастроф, нехватки продуктов и пр. Интенсивность индуцированного стресса может доходить до массовых самоубийств, массовой паники. Например, в конце первого тысячелетия в средневековой Европе прокатилась волна страха Апокалипсиса, сопровождавшаяся многочисленными актами самоубийств - групповых и индивидуальных.
Поэтому очень важно изучать общественное настроение, чтобы вовремя заметить нарастание опасных тенденций и противодействовать им. В отечественной психологии проблема общественного настроения исследовалась в работах М.А. Гуревича, М.В. Морева, В.С. Каминского и др. Была сформулирована мысль о том, что социальное настроение отражает отношения человека и группы с социальной средой и может рассматриваться как инте- тральный показатель уровня адаптированности людей к существующим в стране условиям жизни [69, с. 52].
Измерением социального настроения в России занимаются Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ), а также «Левада-центр». Эти организации ведут комплексный мониторинг общественного настроения по ряду параметров: оценка респондентами материального положения своих семей, экономического и политического положения в стране в целом, оценке будущего развития страны, социальнопсихологического состояния и настроения в целом. Опросы ВЦИОМ показывают, что с 1990 г. по 2014 г. доля россиян, считающих себя счастливыми, выросла с 44 % до 76% [135, с. 50-52]. Однако, эти опросы не всегда отражают особенности социального настроения в различных регионах, а также у различных социальных групп. Институт социальноэкономического развития территорий РАН проводит исследование общественного настроения в конкретных регионах, например, в Вологодской области. Однако, проблема изучения общественного настроения в различных регионах, а также у различных социальных групп пока далека от своего разрешения. На наш взгляд, особенно важно вести мониторинг общественного настроения молодежи, поскольку именно это позволяет государству и общественным организациям вести свою деятельность с опережением, работать на будущее.
Подводя итоги, отметим, что в научной литературе выявлено, что при длительном воздействии социальный стресс ведет к возникновению широкого спектра реакций - от активизации поиска информации до реактивно-психотических реакций и увеличения заболеваемости и смертности.
Отмечено как прямое воздействие социальных стрессоров на организм и психику человека, так и опосредованные влияния. Анализ научной литературы и эмпирических данных показывает, что в качестве промежуточных переменных при этом могут выступать:
• физическое состояние,
• эмоциональные состояния,
• когнитивные оценки,
• сознание личности,
• общественное сознание.
Однако эмоциональные состояния и когнитивные оценки можно рассматривать как проявления сознания личности. Тогда можно говорить о том, что социальные стрессоры, в отличие от стрессоров физических, воздействуют на организм и психику человека, в основном, опосредованно - отражаясь в сознании человека и общественном сознании той группы, к которой он принадлежит.
Нужно отметить, что хотя в научной литературе накоплены большие массивы данных о влиянии отдельных видов социального стресса на личность и ее адаптацию в обществе, в науке пока не хватает общего видения целостного воздействия социального стресса на личность, методик комплексной его диагностики. На наш взгляд, назрело проведение комплексных исследований, в которых был бы сделан сравнительный анализ вклада различных видов социального стресса в социальнопсихологическую адаптированность личности.


2. Факторы, влияющие на выраженность социального стресса и реагирование на него


В психологии и психофизиологии имеется обширная литература, посвященная влиянию демографических, физиологических, когнитивных, личностных, социальных факторов, а также их взаимодействия.
1. Демографические факторы. Исследования выявили влияние на стрессовое реагирование демографических факторов - пола, возраста. Что касается пола, то во многих исследованиях отмечен факт более выраженного реагирования женщин на стрессовые факторы. Женщины чаще страдают депрессией, в последнее время - молодые женщины, с высоким уровнем образования. Замужние женщины более подвержены депрессии, что связано с социальной депривацией и рутинной работой (Raitasalo, 1986).
Девушки и женщины демонстрируют более выраженные реакции на воздействие экологического стресса; в условиях экологического неблагополучия, особенно тогда, когда экологическая ситуация стала предметом общественного обсуждения, у них чаще развиваются тревога и депрессия, страхи и ип- похондрические реакции, психосоматические заболевания (Василенко Е.А., 2009; Winneke, Neuf, 1996; Андресен, Старк, Гросс, 1995; Власова, 1995; Гурвич, 1999).
Причины таких различий большинство ученых связывают, главным образом, с гендерной спецификой социализации мальчиков девочек. Гендерный стереотип мужчины предусматривает такие черты, как выдержка, способность сохранять спокойствие и работоспособность в стрессовых ситуациях, быть опорой для семьи при преодолении различных трудностей. Гендерный стереотип женщины, напротив, связан с высокой эмоциональностью, кротостью, готовностью принимать защиту со стороны мужчины (Агеев, 1987).
Гендерные стереотипы и сейчас влияют на стрессоустойчивость представителей мужского и женского пола. Девочки и женщины позволяют себе проявлять эмоциональные реакции, в том числе в ситуациях стресса, тогда как мальчики и мужчины демонстрируют сдержанность, при этом склонны к отрицанию проблемы и тревоги (Weekes, 2005; Wheatley, 1998).
Возраст также влияет на восприятие стресса. Исследования показывают, что в период молодости и зрелости люди более адаптивны и менее подвержены воздействию внешней тревоги, чем подростки, юношество и люди старшего поколения [207; 213; 231]. У пожилых людей более высокие показатели суммарного стресса, более выражена боязнь нового опыта, хотя имеются и свои резервы совладания с некоторыми стрессами [120; 231].
2. Конституциональные факторы. Конституция представляет собой совокупность наиболее существенных индивидуальных особенностей и свойств, закрепленных в наследственном аппарате и определяющих специфичность реакций всего организма на воздействие среды, то есть функциональное единство всех физических и физиологических свойств человеческого индивида [157]. Конституциональные факторы взаимодействуют с факторами социальными в процессе социализации, воспитания.
Среди факторов, влияющих на переживание социального стресса, можно выделить такие, которые детерминированы преимущественно конституционально. К ним можно отнести темперамент и наличие (отсутствие) акцентуаций характера.
Практически все авторы согласны с тем, что важнейшим фактором, влияющим на восприятие стресса и реагирование на него, является темперамент. К числу переменных, обнаруживших отрицательные связи с уровнем стрессированности, отмечают высокую эмоциональную стабильность, низкую личностную тревожность и выносливость как способность справляться с жизненными трудностями, принимать вызов (Nelson, Coper, 2005; Березин, 1988; Данилова, 1992). Отмечена связь этих факторов со свойствами темперамента (Strelau, 1995; Данилова, 1992).
Исследования взаимосвязи свойств темперамента и восприятия стресса (Strelau, 1995; Данилова, 1992) показали, что экстраверсия, сила процесса возбуждения, пластичность, низкая реактивность связаны с устойчивостью к стрессовым нагрузкам, развитием оптимальных функциональных состояний в условиях стресса; и, наоборот, интроверсия, слабость процессов возбуждения, ригидность, эмоциональная нестабильность связаны с высокой тревожностью, развитием неоптимальных функциональных состояний в условиях стрессовых нагрузок [71, с. 155; 290, р. 236]. Тревожность ведет к более высокому уровню воспринимаемого стресса, объясняя до 50% дисперсии различных показателей стрессовых реакций [290, р. 221].
Было обнаружено, что у школьников со слабым типом нервной системы в высокомотивированной, стрессогенной деятельности (подвижные игры типа соревнований-эстафет) показатели двигательных качеств ухудшались и возрастала их вариативность, а у школьников с сильным типом - улучшались и становились более стабильными. Соревновательный стресс ухудшал кинестетическую чувствительность у лиц со слабой нервной системой и улучшал ее у лиц с сильной нервной системой [55, c. 21]. По мнению Б.А. Вяткина, вследствие различий в стрессоустойчивости игровая и соревновательная формы проведения уроков и тренировочных занятий не одинаково эффективны для всех занимающихся. Они не позволяют лицам со слабой нервной системой максимально проявлять и совершенствовать свои двигательные возможности. Поэтому применение подвижных игр с целью развития, например, двигательных качеств должно быть индивидуализировано в зависимости от силы нервной системы. На занятиях с учащимися со слабой нервной системой нужно избегать таких ситуаций, в которых неизбежно непосредственное соприкосновение с противником, единоборство двух игроков [55, с. 21].
Более высокий уровень стрессированности у интровертов ведет к большей частоте заболеваемости, у них выявлен более высокий уровень подверженности инфекциям [Derec, р. 256].
Индивиды с различными свойствами темперамента склонны к выбору различных копинговых стратегий в ситуациях стресса. J. Strelau отмечает, что такие черты, как экстраверсия, сила нервной системы, активность связаны с выбором проблемно-ориентированных стратегий в стрессовых ситуациях. Напротив, нейротизм, эмоциональная реактивность связаны с выбором эмоционально-ориентированных стратегий [290, р. 230].
В работе J. Strelau выделены несколько аспектов взаимодействия темперамента и стрессоров окружения:
1. Темперамент определяет чувствительность к различным средовым факторам.
2. Темперамент определяет избирательную зависимость от окружения и подверженность его воздействиям.
3. Темперамент определяет характер нарушений поведения психических расстройств в случае дезадаптации [290, p. 236].
В литературе отмечено, что роль темперамента в детерминации поведения и стрессового реагирования меняется в течение жизни человека. У детей дошкольного возраста темпераментные факторы являются главным предиктором поведенческих реакций [290, p. 243]. В подростковом возрасте роль темперамента в формировании адаптивного поведения уменьшается и возрастает роль личностных факторов. В исследовании Н.Н. Мельниковой темпераментные факторы у подростков вошли преимущественно в «дезадаптивный блок» качеств, отрицательно связанных с успешностью социально-психологической адаптации; «адаптивный блок» оказался представленным преимущественно социальнопсихологическими характеристиками личности. Автор делает вывод о том, что развитие адаптивности человека по отношению к социальной среде идет по линии освобождения поведения от физически обусловленных качеств, особенности нервной системы все более опосредуются более поздними личностными образованиями [131, с. 152-154].
Теперь обратимся к такому фактору реагирования на стресс, как наличие или отсутствие акцентуаций характера. Акцентуация характера является одним из уровней в диапазоне аномальной личностной изменчивости, проявляющееся в низкой устойчивости личности к психологическим воздействиям определенного рода, при достаточной устойчивости к другим видам воздействий [17, с. 159-160]. Адаптация к действию социальных стрессоров представляет собой сложный процесс взаимодействия индивида с существенно изменившимися условиями социальной среды. Если эти изменения создадут нагрузку на «место наименьшего сопротивления», то они могут способствовать возникновению трудностей социальной адаптации.
Имеющиеся эмпирические исследования показывают, что в экстремальных и неблагоприятных ситуациях у лиц с акцентуацией характера начинается выраженный дрейф в сторону пограничной аномальной личности; у них значительно чаще в таких случаях возникают расстройства адаптации, чем у лиц с гармоничным характером (Ахвердова, 1998; Ахвердова, 2007; Кобрянова, 2002; Кочергина, 2000).
3. Когнитивные факторы. В когнитивных моделях стресса особое значение придается процессам восприятия и оценки стрессовой ситуации, а также адаптивных возможностей индивида. Р. Лазарус рассматривал стресс как трансактный процесс взаимодействия индивида с окружающим миром, в ходе которого важными моментами являются процесс восприятия и оценки стрессора со стороны индивида и выбор и реализация индивидом той или иной стратегии копинга. При этом эмоции рассматриваются не только как результат восприятия стрессовой ситуации, но и как катализатор и результат копинга (Lazarus, 1977).
Восприятие и[ оценка стрессовой ситуации, в свою очередь, зависит от убеждений индивида о самом себе и своих взаимоотношениях с другими людьми, от чувства контроля над ситуацией (Sheldon, 1995).
Одним из убеждений, влияющих на оценку стрессора и выработку адаптивного поведения, является «локус контроля». Данное понятие было введено J.B. Rotter, с его помощью было создано представление о том, что одним из ключевых параметров, определяющих адаптивное поведение человека, является ощущение возможности или невозможности контролировать ситуацию и активно в ней действовать, преодолевать трудности. В работах М. Seligman было обосновано, что если у человека есть ощущение контроля над ситуацией, то он реагирует решением возникшей проблемы и чаще всего воспринимает стресс позитивно; если же ощущения контроля нет, то он теряет способность действовать или действует неуверенно и неэффективно, что способствует еще большему снижению чувства контроля в следующей проблемной ситуации; так возникает «выученная беспомощность» (Seligman, 1975). Она представляет собой убеждение, что действие обречено на провал и чаще всего является результатом того, что события воспринимаются как неконтролируемые [282, р. 9].
Ощущение неконтролируемости берет свои истоки в материнской депривации или повышенной тревоге матери, в бедности или непредсказуемых тяжелых событиях в детстве, в грубом обращении и отсутствии поддержки в период школьного обучения, слишком трудными задачами без четкой связи между решением и оценкой [282, p. 143]. В отечественной психологии контролируемость событий также считается важным фактором, влияющим на выбор адаптивного поведения. Так, А.А. Налчад- жян разделял все механизмы адаптивного поведения на защитные, незащитные и смешанные; в случае преобладания защитных механизмов социальная адаптация происходит с отказом от решения проблемной ситуации, с доминированием негативных эмоциональных состояний и склонностью к социальным девиациям [138, c. 19].
Это теоретическое представление имеет эмпирические подтверждения. Представители низкостатусных социальных групп, которые имеют сниженные возможности контролировать свою жизнь, чаще демонстрируют признаки социальной дезадаптации (Raitasalo, 1986; Nettles, 1994). По мнению A. Bandura, анализ эпидемиологических исследований позволяет утверждать, что недостаток контроля над требованиями окружения ведет к повышению подверженности болезням (бактериальным и вирусным), а также психическим расстройствам [238, c. 26].
Исследования лиц, демонстрирующих признаки социальной дезадаптации (с депрессивными, параноидальными состояниями, антисоциальные личности), показывают, что большая часть из них демонстрируют ориентацию на внешний контроль; однако, как писал И.Н. Гурвич, связь между наличием дезадаптивных проявлений и ориентацией на внешний контроль непрямая, направление ее тоже не совсем ясно: генерирует ли опыт собственной неэффективности чувство беспомощности или, наоборот, беспомощность генерирует низкую эффективность и психологические защиты [69, с. 33-34]. На наш взгляд, эти явления представляют собой факторы «круговой причинности» и связаны взаимной зависимостью, усиливая друг друга.
Таким образом, когнитивная оценка ситуации является той переменной, которая опосредует воздействие стрессоров, в том числе социальных, на стрессовое реагирование и формирование адаптивного поведения человека.
4. Личностные факторы. Роль личностных факторов в восприятии ситуации и выборе копинговой стратегии исследовалась во многих работах. Выявлены личностные характеристики, повышающие и понижающие устойчивость к стрессовым факторам.
Протективным фактором является высокий уровень поисковой активности в ситуациях с недостаточной определенностью и преобладание мотивации достижения над мотивацией избегания неуспеха (Березин, 1988). По результатам исследований Н. Н. Даниловой, индивиды, реагирующие на незнакомый стимул ориентировочным рефлексом, гораздо более устойчивы к стрессу, чем те, которые реагируют в такой ситуации оборонительным рефлексом [71, c. 104]. Позитивный аффективный ответ на требования среды и деятельности получил название «vigor»; он связан с ощущением физической силы, эмоциональной энергии (Nelson, Coper, 2005).
M.L. Kohn выявил личностные черты, увеличивающие подверженность стрессу: авторитаризм, консерватизм, личностная ригидность, недоверчивость, высокий уровень конформности [299, p. 294]. B. Wheaton прибавил к ним фатализм и негибкость. Негибкость в поведении сужает поведенческий репертуар личности, а фатализм препятствует осознанию и мобилизации личностных ресурсов [299, p. 295].
К числу факторов, снижающих устойчивость к стрессу, относятся высокий уровень личностной тревожности, а также наличие интрапсихического конфликта (Березин, 1988).
Большое значение для восприятия стресса и совладания с ним имеет направленность личности, ее мировоззрение, цели и ценности. По мнению D. Nelson и C. Coper, устойчивость к стрессу значительно выше у людей, имеющих значимые цели и смысл в своей жизни, а также отличающихся ответственностью, обязательностью в выполнении своих обязанностей (Nelson, Coper, 2005). Исследования Ф.Б. Березина показали, что высокий уровень интеграции поведения на уровне установок, отношений, ценностных ориентаций, ролей повышает устойчивость индивида к действию стрессовых нагрузок (Бере- зин,1988).
5. Социальные факторы. Имеющиеся данные показывают, что социальные факторы имеют значительное влияние на восприятие и переживание стресса.
С одной стороны, именно в результате социальных влияний личность приобретает паттерны восприятия, оценки и сов- ладания со стрессовыми ситуациями. Уже в ранних взаимоотношениях с матерью у ребенка возникает чувство, что он может контролировать ситуацию (Seymour, 1988). Опыт переживания стрессовых эпизодов в детстве очень важен для освоения умения справляться с трудностями (Wallerstain, 1988).
С другой стороны, различные способы оценки и поведения в стрессовых ситуациях не только воспринимаются ребенком с помощью наблюдения, но и получают в социуме положительные и отрицательные подкрепления и вследствие этого проявляются либо чаще, либо реже (Ross, 1980).
С точки зрения теории социального научения (А. Bandura), личность осваивает определенные реакции путем наблюдения, имитации, моделирования; эти реакции подкрепляются или наказываются и погашаются окружением - родителями, родственниками, педагогами, сверстниками и другими людьми [239, р. 29]. В число этих реакций входят и способы совладания со стрессом, которые наблюдает и осваивает ребенок. Первостепенное значение для переживания стресса имеет взаимодействие личности и ситуации, в ходе которого личность реагирует на те или иные характеристики ситуации определенным поведением, выбор которого обусловлен как особенностями личности, так и имеющимся у нее поведенческим репертуаром и опытом в разрешении подобных ситуаций. В свою очередь, каждая ситуация что-то привносит в имеющийся у личности опыт. Большую роль в усвоении и реализации реакций имеют и их восприятие и символическая репрезентация, согласованные оценки этих реакций референтной группой [239, р. 88]. Таким образом, в теории социального научения когнитивные модели, личностные и средовые факторы действуют не в качестве независимых явлений, а, напротив, предопределяют друг друга.
Стрессовые реакции выступают в теории социального научения как воспринимаемая неспособность справиться с контролем над угрозами и требованиями окружения. А. Bandura отмечал, что если люди убеждены в своей способности справиться с требованиями ситуации, она не воспринимается ими как стрессовая [238, р. 26].
Одной из важных когнитивных оценок, влияющих на способность совладать со стрессами, по мнению А. Bandura, является оценка самоэффективности, т.е. собственной способности справляться с вызовами среды, с трудными ситуациями. Основными источниками высокой оценки самоэффективности являются:
• собственный опыт совладания с трудностями, опыт успехов и поражений; при этом важно, чтобы успех приходил в результате серьезных собственных усилий; быстрые и легкие успехи ведут легкой потере уверенности в случае провала;
• социальные модели успеха, воспринятые индивидом, как от ближайшего окружения, так и из распространенных в обществе концептуальных схем (например, протестантская трудовая этика);
• социальные оценки (позитивные и негативные) со стороны окружения; при этом, в целом, позитивные оценки увеличивают уверенность в успехе, а негативные - понижают, однако, нереалистические похвалы быстро теряют свое действие из- за несоответствия результатам;
• психологические состояние при оценке собственных способностей (стрессовые реакции и негативные состояния часто интерпретируются людьми как признак недостаточной способности справиться с ситуацией, поэтому важно учить их не бояться стресса, а использовать и регулировать его) [238].
Исходя из концепции А. Bandura, для воспитания у ребенка убеждения в высокой самоэффективности необходимо создавать ситуации, в которых он с помощью приложенных усилий достигнет успеха, и избегать тех ситуаций, в которых его явно ждет провал. Важно поддерживать и вдохновлять ребенка при разрешении проблем и учить его не бояться стресса и трудностей, а также измерять успех в терминах самоизменения, самосовершенствования, а не превосходства над другими.
Что же касается опыта поражений и неудач, то его значение может быть различным для развивающейся личности. Если поражения являются кратковременными и интерпретируются близким окружением как связанные с контролируемыми причинами, то они способствуют корректировке поведения, достижению успеха и формированию убеждения в самоэффективности. Если же они носят длительный и болезненный характер, интерпретируются как вызванные неконтролируемыми факторами или виной самой личности, они могут способствовать формированию убеждения в собственной неэффективности.
Но убеждения в самоэффективности, по мнению А. Bandura, существуют не только на индивидуальном уровне, но и на уровне групп, в том числе больших групп, это убеждения в коллективной эффективности. Люди многого могут достигнуть, объединив свои усилия, при этом их убеждение в своей способности это сделать может помочь им справиться с очень серьезными вызовами [238, р. 35]. Подобно индивидуальным убеждениям, коллективные убеждения в самоэффективности развиваются у группы в процессе совместного решения тех или иных задач. Так, опыт самоуправления и разрешения проблемных ситуаций ведет к развитию убеждений в коллективной эффективности у членов малой группы (например, школьного класса, студенческой или производственной группы), а развитие гражданского общества ведет к расширению опыта участия в решении различных социальных и политических проблем у широких кругов общественности и формирует представление о коллективной успешности у больших групп.
В экологической концепции У. Бронфенбреннера растущая личность развивает свою активность в рамках определенного окружения, являющегося не однородным, а состоящего из различных социально-экологических систем, подобно русской матрешке (Bronfenbrenner, 1979). В процессе своего развития личность расширяет сферу взаимодействия с обществом, осваивая новые роли и способы поведения, усложняя свою «молярную активность»; при этом происходит аккомодация между растущим существом и его окружением. Ребенок осваивает опыт и способы совладания со стрессами, адаптивные модели поведения, установки по отношению к окружению и самому себе, черпая их из социально-экологических систем разного уровня, пытаясь интегрировать различные, часто противоречащие друг другу послания; так, неуспеваемость может быть способом адаптации к противоречивым требованиям и высказываниям педагогов и родителей [243, р. 251]. Направление и эффективность развития личности ребенка зависят от интенсивности его вовлечения в активность на разных уровнях социальноэкологического окружения, от баланса стрессоров и поддержки на каждом из уровней [243, p. 282].
В завершение обзора теорий и исследований, посвященных влиянию социальных факторов на переживание стресса, рассмотрим исследования, посвященные такому важному фак-
тору, как способность социального окружения оказывать социальную поддержку в стрессовой ситуации.
В социальной психиатрии под социальной поддержкой принято подразумевать систему непрофессиональной помощи в профилактике и лечении психических расстройств (Холмогорова, 2003). В психологии социальная поддержка понимается по- разному. По мнению B. Wheaton, социальная поддержка может играть роль как фактора, снижающего действие стресса, так и фактора, повышающего возможности личности в совладании с ним (Wheaton, 1982).
Анализ работ различных авторов, проведенных в разное время (Wheaton, 1982; Hagihara, Tammy, Miller 1998; Холмогорова, 2003; McIntyre, Venture, 2003; Kirkcaldy, Siefen, Witting, 2005; Ju, 2018), позволяет выделить различные аспекты социальной поддержки со стороны окружения:
• как источник прямой помощи в стрессовых ситуациях; семья и близкие люди часто напрямую помогают личности преодолеть трудности, справиться со стрессовыми ситуациями (с помощью информационных, организационных, финансовых ресурсов, практического содействия и пр. );
• как стрессовый буфер, позволяющий личности психологически «разделить» негативные и позитивные события, прервать на какое-то время действие негативных факторов, что помогает личности вновь обрести силы;
• как повышение ресурсов самой личности в совладании со стрессами; это происходит, в основном, через удовлетворение специфических социальных потребностей - в близости, защите, успокоении, поддержании самооценки и т. д.
Результаты многочисленных исследований показывают, что наличие поддержки семьи, позитивная семейная атмосфера позволяют людям противостоять стрессам, связанным со спецификой профессиональной деятельности (Brogh, O’Driscoll, Kolliath, 2005; Siu, Cooper, 1998; Tyler, Cushway, 1998; Biggam, Kevin, Macdonald, 1997; Hagihara, Tarumy, Miller, 1998), эмиграцией (Хрусталева, 2002; Kirkcaldy, Siefen, Witting, 2005), войной (McIntyre, Venture, 2003), стихийными бедствиями и потерями (Assanangkornchay, Tangboonngam, Edwards, 2004), военными конфликтами (McIntyre, Venture, 2003). Это проверено и на детско-подростковой выборке (McIntyre, Venture, 2003; Gleser, Green, Winget, 1981).
Таким образом, социальные факторы, влияющие на восприятие стресса, чрезвычайно разнообразны. Они включают и первые паттерны взаимодействия ребенка с матерью, и все более расширяющийся опыт наблюдения, имитации, моделирования реакций, связанных с реагированием на проблемные и стрессовые ситуации; при этом растущая личность вступает во взаимодействия с людьми во все более широких социальных системах и приобретает собственный опыт, дающий ей убеждение в том или ином уровне самоэффективности.
Многие ученые полагают, что недостаточно выявить факторы различного уровня, действующие на переживание стресса. Чрезвычайно важным является взаимодействие различных факторов, определяющих психическую адаптацию человека к стрессовым условиям. Такой подход привел к созданию биопсихосоциальных моделей детерминации стрессового реагирования.
В 1977 г. американский ученый Дж. Энджел (G.L. Engel) выдвинул биопсихосоциальную модель, описывающую взаимодействие различных факторов, влияющих на возникновение дезадаптации и болезни. К этим факторам относятся и биологические (генетическая предрасположенность, особенности телесной конституции, воздействие повреждающих агентов), и социальные (образ жизни, требования среды, поддержка окружения), и психологические (личностные качества, восприятие ситуации, взаимоотношения с окружением, в том числе, с врачом или психотерапевтом). Все эти факторы взаимодействуют, образуя целостную систему, играя в каждом конкретном случае роль необходимого, триггерного или поддерживающего фактора [34].
В современной психологии часто используется модель стрессовой уязвимости и резистентности. Разработаны различные варианты этой модели.
В динамической модели стрессовой уязвимости (И. Ор- мел, Й. Неелеман и Д. Виерсма) рассматривается взаимодействие и взаимовлияния индивидуума, среды, опыта и поведения [151]. Авторы полагают, что психическое здоровье (нездоровье) человека представляет собой динамическое равновесие, совершая колебания вокруг средней величины. Приведут ли стрессовые события к трудностям адаптации и психическим расстройствам, зависит от факторов, позволяющих человеку защищаться или, напротив, делающих его более уязвимым. К числу этих факторов авторы относят:
• демографические характеристики (пол, возраст),
• психобиологические характеристики (генотип, темперамент, интеллект, соматические особенности - перинатальные проблемы, физические заболевания, психические расстройства в прошлом, нейро-биологический ответ в ситуации стресса),
• детерминанты среды (социально-экономический статус, проживание в условиях города или села, этническая принадлежность, семейное положение, социальная поддержка, социально-культуральные факторы)
• жизненные события (развод, потеря партнера, рождение ребенка, стрессовые рабочие обстоятельства и пр.).
Авторы отмечают, что подлинные глубинные связи этих факторов пока неясны, и можно предполагать самые разные причинные цепи. В начале цепи, как правило, стоит генетический риск, если он вносит значимый вклад в возникновение трудностей адаптации. Негенетические факторы могут опосредовать генетический риск, модифицировать его или действовать независимо. При этом генетическая отягощенность может нести ответственность за значительную часть глубинных связей между негенетическими факторами и их связями с психической дезадаптацией.
Следующими звеньями в причинной цепи стоят уязвимый темперамент и травмирующие переживания в детстве, затем - «рискованные» личностные особенности, вызывающие трудности в отношениях с окружающими, часто - низкий социально-экономический статус. И, наконец, решающий толчок к возникновению психической дезадаптации дают более острые жизненные события. При этом социальные факторы могут формировать риск или же, напротив, представлять защиту, прежде всего, через их воздействие на индивидуальную психобиологическую уязвимость, а также на пространство для действий, которое имеет индивид для совладания со стрессом [151, с. 102-103].
Вместе с тем, авторы отмечают, что имеются свидетельства о том, что некоторые детерминанты (генотип, травма детства, хронические конфликты в семье родителей) могут вызывать определенные последствия (низкая самооценка, незаконченное образование, материнство вне брака и пр.), которые в свою очередь становятся детерминантами и вносят свой собственный вклад в риск дезадаптации, независимо от влияния первой детерминанты [151, с. 103].
Еще одна биопсихосоциальная модель - модель стрессовой резистентности (сопротивляемости), представленная в работах S.M. Nettles, J.H. Pleck, C. Ионеску и др. Модель исходит из представления о способности человека противостоять действию стресса и других неблагоприятных факторов. Сопротивляемость понимается в современной психологической литературе как способность развиваться нормально несмотря на критические события, тяжелые условия жизни [96, c. 22). Человек рассматривается в этой модели как существо адаптивное, использующее различные ресурсы для совладания со стрессом. При этом одни субъекты могут развиваться нормально в той среде, в которой другие имеют трудности адаптации. Люди, обладающие определенными особенностями (соматическими, темпераментными, личностными, социальными) не обладают достаточной сопротивляемостью и склонны давать выраженные реакции на любые внешние воздействия, в том числе - отрицательные оценки и негативные реакции на социальные факторы. Именно поэтому они чаще и сильнее, чем другие, воспринимают неблагоприятные факторы среды и переживают их присутствие, т.е. ощущают стресс. Они также дают более выраженные реакции на стрессовые события и чаще демонстрируют дезадаптивные состояния [273, p. 148].
В биопсихосоциальной динамической модели Л.Н. Соб- чик личность рассматривается как открытая внешнему опыту саморегулирующаяся система, в которой на всех уровнях развития и формирования самосознания проявляется ведущая тенденция, которая включает в себя и условия формирования определенного личностного свойства, и само свойство, и предиспозицию к тому состоянию, которое может развиться под влиянием средовых воздействий как продолжение данного свойства [193, с. 31].
Ведущие тенденции начинают формироваться на основе конституциональных, темпераментных особенностей; на этой основе складывается когнитивный стиль, отбор той или иной информации о мире, формируется восприятие действительности; затем ведущая тенденция начинает проявляться в социальном поведении, включать в себя личностные черты, формирующиеся под влиянием социальных воздействий, в первую очередь, воспитания; наконец, при воздействии стрессоров такая ведущая тенденция формирует определенное восприятие и поведение. К примеру, повышенная тревожность как конституциональное свойство ведет к формированию повышенного уровня тревожности как индивидуально-личностной черты и легко перерастает в состояние тревоги при неблагоприятной ситуации. Рациональное воспитание может способствовать усилению контроля над тревожностью, успешному овладению ситуацией. Напротив, неадекватные методы воздействия могут эту тревожность усиливать, что затрудняет адаптацию личности к сложным условиям [193, с. 29]. Автор подчеркивает, что личность - понятие многомерное, каждый ее нижележащий уровень более примитивен, но содержит в себе зачатки тех структур, которые на более высоком, более сложно организованном уровне предстают в виде индивидуально-личностных образований, а в дальнейшем развитии психики претворяются в социальные аспекты человеческого бытия [193, с. 31-32].
Подведем итоги. В научной литературе имеются различные теоретические представления о факторах, влияющих на восприятие стрессоров и совладание со стрессом. Созданы как модели, исследующие влияние факторов определенного уровня (конституциональных, когнитивных, личностных, социальных), так и комплексные, биопсихосоциальные модели, рассматривающие взаимодействие факторов разного уровня в процессе адаптации личности к окружению.
В связи с этим интересен вопрос о способностях и ресурсах личности, обусловливающих ее возможности к адаптации, которые получили название адаптационного потенциала личности. По мнению М.А. Гуревича, к адаптационному потенциалу может быть отнесена вся совокупность свойств, которые задействуются в ходе адаптации [69, с. 43].
Результаты многочисленных исследований, проведенных зарубежными и отечественными психологами, позволяют утверждать, что к адаптационному потенциалу относятся свойства темперамента, индивидуальные особенности эмоциональной сферы (Strelau, 1995; Derec, 1995; Данилова, 1992; Кочергина, 2000; Вяткин, 1981).
Ряд ученых считают, что важнейшей частью адаптационного потенциала личности являются не врожденные индивидуально-типологические свойства, а личностные качества, приобретаемые в ходе социального развития человека. Так, согласно данным Н.Н. Мельниковой, в «адаптивный блок» качеств, положительно связанных с выбором наиболее эффективных адаптивных стратегий поведения, вошли социально-психологические характеристики личности, а в «дезадаптивный блок» качеств, связанных с выбором менее эффективных адаптивных стратегий, вошли темпераментные, динамические характеристики. Автор делает вывод о том, что развитие адаптивности человека идет по линии освобождения поведения от физиологически обусловленных качеств [84, с. 152]. Таким образом, именно личность становится основным инструментом адаптации.
Многие исследователи подчеркивают значение прошлого опыта индивида, имеющихся у него приспособительных реакций, форм поведения, стереотипов прошлого опыта как важной части адаптационного потенциала (Березин, 1988; Анцыферо- ва,1994; Карцева,1988).
Наконец, ряд ученых полагают, что важнейшей частью адаптационного потенциала личности являются уровень ее самопознания и саморегуляции, уровень личностного развития, означающий способность самоосознания своего личностного ресурса (Завьялова, 1998, Абульханова-Славская, 1991). Именно это позволяет личности строить свой жизненный сценарий адекватно имеющимся ресурсам.
Социологический анализ позволяет добавить к адаптационному потенциалу личности особенности ее социального статуса, обеспечивающего больший или меньший доступ к информационным и материальным ресурсам, а также стереотипы адаптивного поведения, усвоенные ею из социальной среды (Гуревич, 2001).
Таким образом, адаптационный потенциал личности представляет собой сложное, многоуровневое образование, включающее как врожденные, так и приобретенные качества, весь арсенал форм поведения, имеющихся в прошлом опыте, а также способность осознания этих личностных ресурсов и создания на этой основе целостной линии поведения и жизненного сценария в целом.


Выводы по главе 3:
• Анализ научной литературы показывает, что при длительном воздействии социальный стресс ведет к возникновению широкого спектра реакций - от активизации поиска информации до реактивно-психотических реакций и увеличения заболеваемости и смертности.
• Отмечено как прямое воздействие социальных стрессоров на организм и психику человека, так и опосредованные влияния. В качестве промежуточных переменных при этом могут выступать физическое состояние, эмоциональные состояния, когнитивные оценки, сознание личности, общественное сознание.
• Можно говорить о том, что социальные стрессоры, в отличие от стрессоров физических, действуют на организм и психику человека, в основном, опосредованно - отражаясь в сознании человека и общности, к которой он принадлежит.
• В научной литературе представлены различные теоретические представления о факторах, влияющих на восприятие стрессоров и совладание со стрессом. Созданы как модели, исследующие влияние отдельных факторов (конституциональных, когнитивных, личностных, социальных), так и комплексные, биопсихосоциальные модели, рассматривающие взаимодействие факторов разного уровня в процессе адаптации личности к окружению.
• Результат адаптации во многом зависит от адаптационного потенциала личности, включающего как врожденные, так и приобретенные качества, весь арсенал форм поведения, имеющихся в прошлом опыте, а также способность осознания этих личностных ресурсов и создания на этой основе целостной линии поведения и жизненного сценария в целом.

Источник: Василенко Е.А. Социальный стресс и его влияние на социально-психологическую адаптацию личности: монография / Е.А. Василенко; Южно-Уральский государственный гуманитарно-педагогический университет. - Челябинск : ЮжноУральский научный центр РАО, 2019. - 272 с.

 

Поиск

Яндекс.Метрика
Все права защищены. При при копировании материалов сайта, обратная ссылка, обязательна! Варианты ссылок:
HTML код:

Код для форумов:


Уважаемые пользователи и посетители сайта!
Спасибо за то, что вы присылаете материал на сайт «Ваш психолог. Работа психолога в школе» по адресу sait.vashpsixolog собачка mail.ru Убедительная просьба, обязательно указывайте автора или источник материала. На многих материалах авторство потеряно, и, если вы, являетесь автором одного из них, пришлите письмо с точной ссылкой на материал. Если на ваше письмо, вы не получили ответ, напишите еще раз, т.к. письма иногда попадают в спам и не доходят.
Смотрите внимательно: авторство или источник указываются, чаще всего, в конце материала (если материал разбит на страницы, то на последней).
С уважением, администрация.