На главную Лекции и практикум по психологии Педагогическая психология Проблема психологического стресса и копинга у педагогов
Проблема психологического стресса и копинга у педагогов
Лекции и практикум по психологии - Педагогическая психология
Индекс материала
Проблема психологического стресса и копинга у педагогов
Копинг-стратегии и стресс
Условия труда, личность и профессиональный стресс педагогов
Все страницы

1. Понятие, показатели и последствия стресса

Понятие «стресс» широко используется и в обыденном, и в научном языке для обозначения широкого круга явлений. В определенном смысле сам термин «стресс» стал символом нашего времени. Концепция выдающегося канадского ученого Г. Селье была подхвачена многими представителями медицины (в первую очередь), психологии, социологии, этнографии, культурологии и т. д. Появившись на базе патофизиологических исследований, концепция приобрела характер междисциплинарный и даже методологический уже для других наук и отдельных научных направлений в этих науках.

Начало созданию теории стресса положил обнаруженный в эксперименте «синдром ответа на повреждение как таковое», получивший название «триада»: увеличение и повышение активности коркового слоя надпочечников, уменьшение вилочковых — железных и лимфатических желез, точечные кровоизлияния и кровоточащие язвочки в слизистой оболочке желудка и кишечника. Г. Селье сопоставил эти реакции с симптомами, характерными почти для любого заболевания: общее чувство недомогания, чувство ломоты в суставах и мышцах, разлитые болевые ощущения, желудочно-кишечные расстройства в сочетании с потерей аппетита и снижением массы тела, головные боли, пониженный тонус мышц. Ключевым моментом было предположение о наличии единого механизма управления этими реакциями, объединяющего их в единую систему, и общего совокупного процесса развития (адаптации). То есть, оперируя не физиологическими терминами, в процессе жизни и встречи с неблагоприятными воздействиями организм в ответ вырабатывает некую адаптивную реакцию, позволяющую ему продолжить свое существование. Очевидно, что для этого организму необходимо потратить некий ресурс, определенную энергию.
Г. Селье различает «поверхностную» и «глубокую» адаптационную энергию. Первая доступна, так сказать, «по первому требованию» и восполнима за счет второго вида энергии — «глубокой». «Глубокий» вид энергии мобилизуется за счет адаптационной перестройки гомеостатических механизмов организма. Истощение этого вида энергии необратимо и ведет к гибели организма или ускоренному старению (изнашиванию) и также гибели. Предположение о существовании двух мобилизационных уровней адаптации поддерживается многими исследователями [Селье Г., 1966, 1979, Китаев-Смык Л. А., 1983].
Если стрессогенный фактор действует постоянно или в течение длительного времени, проявления «триады стресса» изменяются по интенсивности. Г. Селье выделяет три стадии этих изменений [1966, 1979]. Первая стадия развития стресса — мобилизация как бы по тревоге адаптационных возможностей организма («стадия тревоги»). Автор предположил определенную ограниченность адаптационных возможностей организма на этой стадии. «Ни один организм не может постоянно находиться в состоянии тревоги. Если агент настолько силен, что значительное воздействие его становится несовместимым с жизнью, животное погибает еще в стадии тревоги, в течение первых часов или дней. Если оно выживает, за первоначальной реакцией обязательно следует «стадия резистентности» [Селье Г., 1979, с. 35]. При этом поддерживается практически нормальное существование организма в условиях повышенных требований к его адаптационным системам. Но, поскольку адаптационная энергия не бесконечна, а стрессор продолжает свое негативное влияние, рано или поздно наступает третья стадия — «стадия истощения». На первой стадии в организме возникают сигналы о несбалансированности стрессогенных требований от среды и ответов организма на эти требования. Имеется в виду, что среда предъявляет требования, на которые организм не может ответить адекватно. В этом случае сигналы о дисбалансе «открывают» кладовые резервов организма. На третьей стадии — «истощения» — эти сигналы о дисбалансе — это уже своеобразные призывы о помощи, которая может прийти только извне, либо в виде помощи, либо в форме модификации стрессора, либо его полного устранения.
Традиционно экстремальные ситуации, вызывающие стресс, делят на кратковременные, когда актуализируются адаптивные программы, которые в человеке всегда «наготове» и включаются практически автоматически, и на длительные, которые требуют адаптационной перестройки сложных функциональных систем человека. В ряде случаев такая адаптивная перестройка переживается субъективно как крайне неприятная и может вызывать неблагоприятные последствия для здоровья [Медведев В. И., 1979, Китаев-Смык Л. А., 1983].
Соответственно, выделяют кратковременный и длительный виды стресса. Можно увидеть выраженные различия в проявлениях кратковременного и длительного стресса, но в их основе лежат идентичные механизмы, только работающие в разных режимах и с разной интенсивностью [Китаев-Смык Л. А., 1983, с. 12]. Кратковременный стресс — это бурное расходование «поверхностных» адаптационных резервов и одновременное начало мобилизации «глубоких». Если «поверхностных» резервов недостаточно для ответа на экстремальные требования среды, а темп мобилизации «глубоких» недостаточен для возмещения расходуемых адаптационных резервов, особь может погибнуть, при этом имея большой запас неизрасходованных «глубоких» адаптационных резервов.
Длительный стресс — это постепенные мобилизация и расходование и «поверхностных» и «глубоких» адаптационных резервов. Его течение может быть скрытым от внешнего наблюдения и регистрироваться только специальными методами. Максимально переносимые длительные стрессоры имеют выраженную симптоматику стресса. Адаптация к таким факторам возможна, если организм человека успевает, мобилизуя глубокие адаптационные резервы, подстроиться к действующему уровню длительных экстремальных требований среды. Установлено, что симптоматика длительного стресса напоминает начальные общие симптомы соматических, а иногда и психических болезненных состояний [Селье Г.,1979, Береговой Г. Т. и др., 1978, Китаев-Смык Л. А., 1983]. Такой стресс может переходить в болезнь. Причиной длительного стресса, как правило, является повторяющийся или постоянно действующий экстремальный фактор.
Концепция Г. Селье получила широкое признание и развитие во второй половине ХХ века в медико-биологических и психологических отраслях науки. К настоящему времени сравнительно хорошо изучена первая стадия развития стресса, т. е. стадия мобилизации адаптационных резервов («тревога»), во время которой происходит формирование новой функциональной системы организма, адекватной экстремальным требованиям среды. Второй и третьей стадиям развития стресса посвящено значительно меньше исследований, при этом часть из них проводилась с животными, что затрудняет перенос полученных данных на человека [Китаев-Смык Л. А., 1983].
Таким образом, ключевым в теории Г. Селье является выделение взаимосвязанного комплекса реакций организма при воздействии экстремального фактора. Этот примерно одинаковый комплекс реакций, возникающий у организмов разного уровня сложности при воздействии аналогичных экстремальных раздражителей, был обозначен термином «общий адаптационный синдром» (GAS — general adaptation syndrome). Автор полагал, что GAS — это первая неспецифическая реакция организма на раздражитель, и наличие этого синдрома свидетельствует о наличии стресса.
Такое понимание стресса доминировало в 50-60-е гг. ХХ века, но прошедшие десятилетия инициировали и другие направления в изучении стресса.
При изучении стресса естественным образом возникает трудная проблема регистрации и интерпретации его показателей. Так, стресс развивается при относительной целостности нервной регуляции организма животного и человека. Однако все основные физиологические проявления этого синдрома возможны у животных, лишенных коры больших полушарий головного мозга. Описаны стрессорные реакции у низших позвоночных (рыб, амфибий) и у беспозвоночных (насекомых, моллюсков и червей) [Баранов Н. Н., Кахана М. С., 1979]. Трудно представить, но у человека и насекомых стресс совпадает по основным показателям и регистрируется идентичными методами.
Поэтому различия стресса в зависимости от сложности биологической системы, ее эволюционного уровня используются при классификации форм стресса [Баранов Н. Н., Кахана М. С., 1979]. Выделяют: 1. Биологический стресс — главным образом у многих беспозвоночных животных при воздействии разнообразных физических и физико-химических факторов; 2. Физиологический стресс, проявляющийся в нарушении тех или иных физиологических процессов; 3. Эмоциональный (психологический) стресс, когда на первый план по значимости или заметности для исследователя выступают психические стресс-реакции.
Термин «эмоциональный стресс» введен в оборот, по-видимому, американским исследователем Р. Лазарусом в конце 60-х гг. ХХ века [Эмоциональный стресс, 1970]. Яркий и запоминающийся термин стал своеобразной «крышей», под которой скрывались достаточно разнородные явления. В содержание этого термина включают и первичные эмоциональные психические реакции, возникающие при критических психологических воздействиях, и эмоциональнопсихические симптомы, порожденные телесными повреждениями, аффективные реакции при стрессе и физиологические механизмы, лежащие в их основе [Китаев-Смык Л. А., 1983]. Очевидно, что перечисленные явления относятся к разным уровням организации организма, разным частям уравнения «причина-следствие» и могут относиться не только к человеку (аффективные реакции, эмоции при боли и телесных повреждениях характерны и для высших животных).
Учитывая многоуровневый характер проявления показателей стресса, можно выделить следующие группы показателей диагностики стресса: биохимические показатели; физиологические показатели (пульс, АД, данные ЭКГ, ЭЭГ, тремор, дыхание, мимика, пантомимика и т. д.), психологические показатели (когнитивные показатели, самооценки и т. д.), показатели деятельности (продуктивность в единицу времени, эффективность и т. д.).
Проблема в том, что большинство показателей можно получить в ходе лабораторных исследований стресса, а также когда деятельность протекает в заведомо экстремальных условиях и представляет большую ценность для субъекта деятельности и общества в целом (авиация, космос и др.). Применительно к реальной трудовой деятельности большинства профессий непрерывная или достаточно частая регистрация указанных показателей представляется делом весьма затруднительным или фактически невозможным. Дополнительную сложность вносит тот факт, что разноуровневые показатели стресса при высоких и (или) экстремальных нагрузках, могут изменяться разнонаправленно и с разной динамикой.
Известно, что при выходе в открытый космос у А. А. Леонова частота пульса достигала 140-160 ударов в минуту, резко повысилось артериальное давление, наблюдалось сильное потоотделение, увеличивалась температура тела до 37,5 градусов по Цельсию, т. е. по всем данным был сильнейший стресс. При этом показатели деятельности были на высоком уровне, а регистрация характеристик речи также не показала наличие стресса [Хрунов Е. В. и др., 1974]. Аналогичная ситуация возможна и в рамках показателей одного уровня. Так, частота сердечных сокращений под нагрузкой меняется значительно быстрее по сравнению с температурой тела. При этом опыт йогов свидетельствует о возможности произвольной регуляции этих показателей. Другими словами, различные проявления стресса у человека во многом определяются его отношением (оценкой) к воздействующим факторам.
Мы видим, что стресс является сложной комплексной проблемой, имеющей множество измерений и, соответственно, множество подходов к ее решению. Поэтому критически важным представляется придерживаться более-менее конкретного понимания сути понятия. Известный отечественный специалист Л. А. Китаев-Смык в ставшей уже классической работе «Психология стресса» [Китаев-Смык Л. А., 1983, с. 23] отмечает, что сегодня термин «стресс» обозначает несколько разных понятий: 1) сильное, неблагоприятное, отрицательно влияющее на организм воздействие; 2) сильную, неблагоприятную для организма физиологическую или психологическую реакцию на действие стрессора; 3) сильные как неблагоприятные, так и благоприятные для организма реакции разного рода; 4) неспецифические черты (элементы) физиологических и психологических реакций организма при сильных, экстремальных для него воздействиях, вызывающих интенсивные проявления адаптационной активности; 5) неспецифические черты (элементы) физиологических и психологических реакций организма, возникающих при различных воздействиях.
Л. А. Китаев-Смык [1983] подчеркивает, что первое понимание в настоящее время практически не используется, поскольку Г. Селье для обозначения стрессогенного агента ввел термин «стрессор». Недостатки двух следующих определений в том, что они не нацеливают на неспецифичность адаптационного процесса. В этих определениях акцент делается на представлениях о чрезвычайности этого процесса в целом. В то же время интенсивность адаптационных процессов зависит не столько от силы, хотя и от нее тоже, сколько от значимости для организма (субъекта) действующего фактора. Поэтому наиболее адекватной можно считать последнюю из указанных трактовок термина стресс.
Автор считает возможным и обоснованным понимание «стресса» как совокупности неспецифических физиологических и психологических проявлений адаптационной активности при сильных, экстремальных для организма воздействиях, или стресс в узком смысле слова. Неспецифические проявления адаптивной активности при действии любых значимых для организма факторов можно обозначать как стресс в широком смысле слова [Китаев-Смык Л. А., 1983, с. 23-24].
Мы присоединяемся к этой позиции и полагаем, что неспецифические проявления адаптивной активности при действии личностнозначимых для субъекта (человека) факторов можно обозначить как психологический стресс. В отличие от позиции Л. А. Китаева-Смыка, мы подчеркиваем значение действия именно личностно значимых факторов. Психологический стресс как особое психическое состояние является своеобразной формой отражения субъектом сложной экстремальной ситуации, в которой он находится. В. А. Бодров рассматривает психологический стресс как «функциональное психическое состояние организма и психики, которое характеризуется существенными нарушениями субъективного состояния, биологического, физиологического, психического статуса и поведения человека в результате воздействия экстремальных факторов психогенной природы (угроза, опасность, сложность, вредность условий жизни и деятельности» [2006, с. 21]. Указание на экстремальный характер воздействий относит данное определение к определениям стресса в узком смысле слова, по Л. А. Китаеву-Смыку. Если же мы считаем стресс реакцией на любые личностно значимые раздражители, то мы в определении В. А. Бодрова придем к пониманию стресса в широком смысле слова по Л. А. Китаеву-Смыку. Будем использовать это определение как рабочее для данного исследования.
Мы специально отметили, что речь идет именно о рабочем определении. Дело в том, что способы определения стресса, как мы уже видели, сильно отличаются, что и составляет одну из трудностей проведения исследований. Например, в разное время стресс определяли и как независимую (первое определение стресса, отмеченное Л. А. Китаевым-Смыком), и как зависимую переменную, а также как процесс [Кокс Т., 1981]. Теоретические определения понятий выполняют важную методологическую функцию, поскольку задают направление исследований и дают объяснения, позволяющие воспринимать и интерпретировать данные, полученные в ходе этого и других аналогичных исследований. Определения являются отражением определенного теоретико-методологического подхода, на базе и в рамках которого реализуются конкретные исследования.
В современной литературе по стрессу выделяют несколько главных подходов к определению и изучению стресса: 1. Определения, основанные на реакции; 2. Определения, основанные на стимуле; 3. Определения стресса как интеракции; 4. Стресс как трансакция [Купер К., Дэйв Ф. Дж., О’Драйсколл, 2007].
Первая модель — это хорошо нам знакомый феномен GAS, описанный нами ранее. Трудности, связанные с изучением и интерпретацией комплекса физиолого-эндокринно-психологических показателей, привели к тому, что цели сместились на изучение внешних условий, которые могут вызвать стресс. Основная идея, лежащая в основе второй модели стресса — необходимость идентифицировать потенциальные источники стресса. То есть данная модель стресса рассматривает его как независимую переменную, которая вызывает определенную реакцию. К. Купер и соавторы полагают, что акценты только на моделях «стимул» и «реакция» сужают феномен стресса только до одного, пусть и важного, аспекта процесса и отвлекают внимание от сути самого процесса стрессовой адаптации. Авторы исходят из того, что стресс — это взаимосвязь стимула и реакции, и именно природа этой взаимосвязи должна быть в центре внимания. Мы «должны концентрироваться на процессе, который связывает человека и внешнюю среду... и исходить из того, что стресс не может быть частью только одного из компонентов, а является частью их взаимосвязи друг с другом» [Купер К. и др., 2007, с. 27]. Первые попытки исследовать эту взаимосвязь базировались на понятии трансакции между стимулами внешней среды и реакциями человека.
Интеракционный подход (третья модель) исходит, прежде всего, из статистической взаимосвязи между стимулом и реакцией. Соответственно, иногда его называют количественным. Основной смысл состоит в исследовании взаимоотношений (как правило корреляционных), которые гипотетически существуют между стимулом и реакцией. В любом случае этот процесс ограничен наличием или отсутствием такой связи. Как мы понимаем, здесь многое будет зависеть от дизайна исследования, подбора переменных и т. д. Кроме того, сами по себе корреляции ничего не говорят о причинноследственных связях, но только о наличии-отсутствии самой связи, а это вновь возвращает нас к дизайну исследования. Значительные сложности возникают, когда речь заходит об исследованиях стресса на реальном рабочем месте. К. Купер и соавторы считают, что именно стресс на рабочем месте (jobstress) следует рассматривать как трансакцию — действующую взаимосвязь человека с внешней средой.
Трансактная модель стресса исследует суть взаимосвязей «стрессор — реакция — последствия» и динамику самого стрессового процесса. В этой модели больше внимания уделяется динамике психологических механизмов когнитивной оценки и копинга (преодоления, совладания), на которых базируется любое стрессогенное столкновение. В рамках данной модели человек, столкнувшись с неким фактором, производит первичную оценку, в ходе которой придает определенное значение стрессору (вред, угроза, испытание и т. д.). После того как человек определил столкновение как своего рода угрозу своему благополучию, начинается процесс вторичной оценки. Во время этого процесса человек идентифицирует собственные копинг-ресурсы и проверяет готовность справиться со стрессором.
Стресс является реакцией организма и психики не столько на факторы ситуации, сколько на особенности взаимодействия личности с окружающей средой [Lazarus R. S., Launier R., 1978, Бодров В. А., 2000]. В. А. Бодров подчеркивает, что стресс — это скорее и в «наибольшей степени продукт наших когнитивных процессов, ... оценки ситуации, знания собственных возможностей (ресурсов), степени обученности ... стратегиям поведения, их адекватному выбору» [2011, с. 26]. Поэтому понятно, почему условия возникновения и характер стресса (дистресса) различаются у разных людей, а «причины и признаки стресса у одного и того же человека различаются в разных ситуациях» [там же, с. 26].
Следовательно, стресс — это часть действующего процесса, включающего в себя людей, которые взаимодействуют со своей внешней средой, дают оценку стрессогенным столкновениям и пытаются преодолеть возникающие трудности. Разумеется, применение данной модели сопряжено с определенными трудностями (например, необходимость учета большого комплекса переменных), но «тщательное и толковое применение этого подхода» [Harris J. R., 1991, с. 28] полезно и весьма популярно в исследованиях стресса [Купер К. и др., 2007].
Трансактная модель стресса во многом отвечает целям и задачам нашего исследования. Так, только в этой модели большое внимание уделяется двум важным понятиям. Выделяют, во-первых, переутомление (утомление) как психологическую и (или) поведенческую реакцию человека на влияние стрессоров. И, во-вторых, последствия переутомления (как результат стресса), как на уровне отдельного человека, так и на уровне организации [Вееhr T., 1998, Купер К. и др., 2007].
К результатам или последствиям длительного стресса на рабочем месте относят абсентеизм (отсутствие на рабочем месте по уважительным и неуважительным причинам) [Джуэлл Л., 2001], травматизм, профессиональные заболевания [Котик М. А. 1981], истощение физических и духовных сил, трудоголизм, алкоголизм и наркоманию [Шульц Д., Шульц С., 2003], конфликтность, текучесть кадров и т. д. Очевидно, что экономические потери как самих работников, так и организаций, огромны.
Если говорить о массовых негативных результатах действия стресса, то можно отметить эпидемию психогенного заболевания, т. н. конвейерной истерии [Шульц Д., Шульц С., 2003, с. 455]. Недуг больше поражает женщин, чем мужчин, обнаруживается неожиданно и распространяется по сборочному конвейеру с такой скоростью, что конвейер приходится останавливать. Ситуация усугубляется депривацией внешних раздражителей (защитные маски, респираторы, наушники) и формирующимся чувством социальной изоляции.
В последние десятилетия истощение физических и духовных сил приводит к формированию устойчивого синдрома выгорания. Синдром выгорания характерен для работников как физического, так и умственного труда, но особенно для работников социальной сферы и системы «человек-человек» [Шульц Д., Шульц С., 2003, Джуэлл Л., 2001, Ньюстром Д. В., Дэвис К., 2000, Водопьянова Н. Е., Старченкова Е. С., 2017, Орел В. Е., 2005].
К этому списку негативных результатов следует добавить и т. н. массовые «болезни стресса». Это прежде всего заболевания сердечно-сосудистой системы, а также некоторые заболевания желудка и кишечника, неврозы, отдельные виды злокачественных опухолей, кариес и атрофия десен, суициды и попытки суицидов, задержки и отклонения в психическом развитии детей и взрослых и т. д. [Ки- таев-Смык Л. А. 1983, Джуэлл Л., 2001]. Добавим, что с развитием техники и технологий увеличиваются масштаб и «номенклатура» патогенных результатов стресса.
Трансактная модель стресса, как нам представляется, вполне адекватно описывает сложные отношения стрессора (среды); субъекта, через формирование оценки и утомления (стресса); использование копинга с разной степенью успешности; при успешном исходе — формирование адекватной адаптивной реакции с последующим выходом на более высокий уровень развития; при негативном исходе — формирование переутомления, истощение внутренних ресурсов и ухудшение деятельности, деградацию личности и т. д. Учитывая, что хронизация стресса приводит к формированию ряда негативных для здоровья человека и общества результатов, особое значение приобретает проблема копинга как способа модифицировать воздействие стрессора.

 



 

Поиск

Яндекс.Метрика
Все права защищены. При при копировании материалов сайта, обратная ссылка, обязательна! Варианты ссылок:
HTML код:

Код для форумов:


Уважаемые пользователи и посетители сайта!
Спасибо за то, что вы присылаете материал на сайт «Ваш психолог. Работа психолога в школе» по адресу sait.vashpsixolog собачка mail.ru Убедительная просьба, обязательно указывайте автора или источник материала. На многих материалах авторство потеряно, и, если вы, являетесь автором одного из них, пришлите письмо с точной ссылкой на материал. Если на ваше письмо, вы не получили ответ, напишите еще раз, т.к. письма иногда попадают в спам и не доходят.
Смотрите внимательно: авторство или источник указываются, чаще всего, в конце материала (если материал разбит на страницы, то на последней).
С уважением, администрация.