На главную Работа с родителями Беседы, консультации для родителей Я и мой ребенок: искусство быть родителем
Я и мой ребенок: искусство быть родителем
Работа с родителями - Беседы, консультации для родителей
Индекс материала
Я и мой ребенок: искусство быть родителем
Арт-терапевтические приемы для работы с родителями
Арт-терапия как способ преодоления эмоциональных проблем
Все страницы

«Понимание – это улица с двухсторонним движением.»
Э. Рузвельт

1. Особенности родительского отношения к своим детям

Оформляясь под влиянием различных факторов, отношение родителей к детям составляют условия социализации ребенка и являются важным элементом социальной ситуации развития ребенка. Реальные условия жизни ребенка, его бытие организуется в со-бытии родителя и ребенка. Таким образом, бытие личности родителей, включающее отношение родителей к детям, будет определять объективное бытие личности ребенка, тем самым опосредуя его субъективное бытие, являясь фактором становления личности ребенка.

Детско-родительские отношения многозначны: это и родительские установки и соответствующие им типы поведения; и родительские позиции; и типы родительского отношения; и типы отношений «мать – ребенок»; и типы позитивного и ложного родительского авторитета; и типы (стили) воспитания детей; и черты патогенных типов воспитания; и параметры воспитательного процесса; и семейные роли ребенка; и стили общения, предлагаемые взрослыми в семье.
Понятие «родительское отношение» имеет наиболее общий характер и указывает на взаимную связь и взаимозависимость родителя и ребенка. Родительское отношение включает в себя субъективно-оценочное, сознательно-избирательное представление о ребенке, которое определяет особенности родительского восприятия, способ общения с ребенком, характер приемов воздействия на него. Как правило, в структуре родительского отношения выделяют эмоциональный, когнитивный и поведенческий компоненты.
Понятия «родительская позиция» и «родительская установка» используются как синонимы родительского отношения, но отличаются степенью осознанности. Родительская позиция скорее связывается с сознательно принятыми, выработанными взглядами, намерениями; установка – менее однозначна.
Детско-родительские отношения – один из видов человеческих отношений. Это система разнообразных чувств родителей по отношению к ребенку, ребенка по отношению к родителю, особенностей их восприятия, понимания и оценок друг друга, а также совокупность поведенческих откликов (целей, намерений и т. п.).
Детско-родительские отношения отличаются от всех других видов межличностных отношений и, в этом смысле, они достаточно специфичны. Многие детские психологи указывают, что, во-первых, это эмоционально значимые отношения. Во-вторых, имеет место амбивалентность в отношениях родителя и ребенка. Эта двойственность выражается, например, в том, что родитель должен, с одной стороны, уберечь ребенка от опасности, а с другой стороны, дать ребенку опыт самостоятельности во взаимодействиях с внешним миром. С одной стороны, родитель должен позаботиться о ребенке, а с другой – научить его заботиться о себе самому. В этих отношениях заложен конфликт: взрослеющий ребенок стремится к отделению от родителей, которые всячески пытаются его удержать возле себя, при этом желая его развития и взросления. В-третьих, особенность родительского отношения заключается в постоянном его изменении с возрастом ребенка и неизбежном отделении ребенка от родителей. Те отношения, которые сложились в младенчестве, оказываются неприемлемыми для ребенка трех лет и более.
Роль семьи в формировании уникальной для каждого ребенка социальной ситуации развития – одной из существенных детерминант развития личности ребенка общеизвестна. Стиль семейного воспитания, определяемый родительскими ценностными ориентациями, установками, эмоциональным отношением к ребенку, особенностью восприятия ребенка родителем и способов поведения с ним – является значительным фактором становления Я – концепции в подростковом возрасте, определяет позицию подростка по отношению к миру.
Родительские установки, или позиции, – один из наиболее изученных аспектов родительско-детских отношений. Под родительскими установками понимается система, или совокупность, родительского эмоционального отношения к ребенку, восприятие ребенка родителем и способов поведения с ним. В психологической литературе понятия «стиль родительского отношения», «тип семейного воспитания», «тип родительского отношения», «детско-родительские отношения» очень часто рассматриваются как синонимы. Детско-родительские отношения – сложное явление, поскольку данные человеческие отношения по своему характеру интимные, скрытые. Было установлено, что отношения между родителями и детьми складываются в определенные типичные варианты независимо от того, осознаются они или нет. Можно выделить следующие типы родительских позиций:
• поддержка, разрешение;
• приспособление к потребностям ребенка;
• формальное чувство долга при отсутствии подлинного интереса к ребенку;
• непоследовательное поведение.

 

Оптимальная родительская позиция должна отвечать трем главным требованиям: адекватности, гибкости и прогностичности.


2. Практический семинар «Искусство быть родителем»


В рамках программы «Искусство быть родителем» обсуждались различные аспекты детско-родительских отношений. В группах были как замужние, так и незамужние матери, которые воспитывали своих детей самостоятельно. На занятиях излагались и рассматривались различные точки зрения, анализировались конкретные случаи, что развивало родительскую компетентность и расширяло представление о детско-родительских отношениях.
• Что значит для вас рождение ребенка?
• На кого похож ваш ребенок?
• Нравилось ли вам, как вас воспитывала ваша мама?
• Какой ваш ребенок?
• Каким я представляю своего ребенка в будущем?

Эти вопросы дают возможность лучше понимать родительскую, в частности, материнскую позицию, что, в свою очередь, способствует взаимопониманию детей и родителей.
Рассмотрим варианты обсуждения этих вопросов участницами практического семинара «Искусство быть родителем».
1. Вопрос: Что значит для вас рождение ребенка? Этот вопрос помогает осознать свою родительскую позицию, а самое главное – понять, какое значение мы вкладываем в рождение ребенка. Кто для нас родителей ребенок – средство для достижения своих целей, способ самоутверждения, попытка обретения смысла или ребенок – это рождение ребенка – способность дать новую жизнь.
• Потому что чего-то уже добился в жизни, а передать свой опыт и ум некому, потому что много любви, которую хочется кому-то подарить, а любовь к детям – единственная безусловная любовь. Кстати, учеными доказано, что женщины, которые родили 2-х детей, в карьере добились большего, чем бездетные. Не все родители пытаются воплотить свои несбывшиеся мечты в своих детях. По крайней мере, не мои родители. Надеюсь, что я буду мамой не хуже и смогу дать не меньше, чем моя мама дала мне.
• А у меня мужской ум. Я родила без всяких сантиментов и тому подобной чуши – по медпоказаниям. Никакой материнской любви не испытываю, но ребенок мне не мешает. Им занимается бабушка. Я занимаюсь своим делом (у меня бюро переводов) и своими хобби (история, мировые религии, боевые искусства).
• Это же радость! Какое это блаженство – первая улыбка, первый шаг, первое слово МАМА…, первые успехи…
• Во-первых, это женское счастье иметь детей, видеть, как они развиваются и как растут. Настоящую женщину дополняют дети. Без детей она просто пустышка. И каждый мужчина всегда от любимой женщины хочет детей!
И еще что я вам могу сказать, если у вас нет детей, когда вы состаритесь, вы будете глубоко одиноким человеком, вам и воды в постель некому будет подать. А чтобы дети не были головной болью, надо правильно их воспитывать!
• Как зачем? Это же мое продолжение, мое будущее, смысл моей жизни. Мне 24, у меня двое детей, и я ни разу в жизни об этом не жалела.
• Родила, потому что любила мужа и хотела от НЕГО ребенка. И мы очень счастливы. Старшая похожа на меня, а младшая на него, такие красавицы, умницы, ласковые и смешные.
• Как это «зачем»?! Чтобы было больше радости! Я люблю свою дочку! Она мне приносит очень много радости! И я хочу ей принести в ее жизни пользу, так как считаю, что смогу ей во многом помочь. Это часть меня. У неё мой характер, я буду стараться вырастить хорошую женщину, добрую, умную. Ну как так «зачем», это же такое счастье!
• Женщина рождена для того, чтобы давать жизнь в этот мир, потому что кроме неё это никто сделать никогда не сможет.
• Мой сынулька самый родной человечек, смотрю на его улыбку, на то, как он сопит в кроватке, наслаждаюсь, когда он говорит МАМА так тепло становится на сердце! Для меня он – смысл жизни!

Возможно, многие, прочитав эти признания, согласятся с чьими-то ответами, а кто-то, наоборот, удивится, неужели можно так относиться к рождению ребенка. Условно можно разделить эти высказывания на две позиции: ребенок «для себя», то есть благодаря ребенку я, как личность, мама, человек, буду чувствовать себя лучше. Ребенок дарит мне радость, уверенность, смысл. И вторая позиция – давать жизнь, радоваться успехам ребенка, видеть его индивидуальные черты.

2. Вопрос «На кого похож ваш ребенок?» был задан с целью выяснения особенностей идентификации матери со своим ребенком. Наибольший интерес представляют ответы, в которых женщины сравнивают ребенка с собой. Однако и ответы, в которых матери указывают на большее сходство своего ребенка с отцом, также представляют интерес в связи с тем, что они способны в определенной степени указать особенности взаимосвязи матери со своим супругом (партнером).
• Пока Маришка была маленькая – была похожа на меня, тем более, что все были в ожидании темненького ребенка, так как папа наш – товарищ с востока, а дочь получилась светло-русая, светлокожая и голубоглазая. Зато сейчас на этом наше с ней сходство заканчивается – папин разрез глаз, папины ресницы, детский курносый носик, папин овал лица и папин характер, только губки не знаю чьи, наверное, общие получились….
• Мой ребенок похож внешностью на папу, но надеюсь, что в нем будет мои душевные черты, а то, на мой взгляд, в папочке не очень много любви к людям и доброты душевной, не охота, чтоб и Мишунька такой хитрый и коварный вырос. (улыбается)
• Моя Сашка – вылитая мама.
• Моя малышка похожа на меня… папин только подбородок.
• Я ждала этого ребёнка, он был желанный и любимый. И похож мой ребенок только на самого себя. А стать одинокой мамой целенаправленно – это право любой женщины.
• В своей дочери я не ищу похожести. Может в силу поразившего меня еще в роддоме факта, когда я первый раз взяла ее на руки: «это уже не я, а другой человек». В принципе я равнодушна, когда мои родственники и знакомые заводят эту волынку, в кого Лиля. Родственников много, приплетаются бабушки, прабабушки. Нехай развлекаются. Лично мне не хотелось бы, чтобы моя дочь была «похожа», пусть она будет собой, тем удивительным «другим» человечком которого я увидела еще в роддоме.
• А моя дочка была сначала на свекровь похожа, потом на мужа (в смысле отца родного), а теперь – моя ксерокопия.
• Вот мужики – придурки встречаются, к примеру, мой бывший муж, когда родился и немного подрос сын, сказал что это не его ребенок, ибо он на него совсем не похож (к слову, мужу было 35 лет), а сын был точной копией меня. Собственно, развелись.
• У меня доча – копия папа и ей ну никак не светит быть похожей на меня, хотя бы потому, что она черненькая с черными глазами, а я светлая, у нее и характер папин.
• У меня, когда Таньку принесли – это сразу было видно, что вылитый папа. А вот сейчас – она похожа на нас обоих, но характер точно папин – до жути упрямый.
• У мужа такое выражение лица – как будто он удивляется, причем почти всегда. И у дочки так же. Плюс подбородок у нее, как у него. А мне хотелось бы, чтобы на меня похожа была, хотя она совсем маленькая еще, всё впереди. А вот если мальчика родим, пусть он лучше на папу будет похож. Мы с братом на родителей вообще не похожи (мне кажется).
• Мой сын похож на папу так, что даже обидно немного, я ж его носила, рожала… Муж моей подруги по этому поводу говорит мне так – «Я бы на твоем месте заинтересовался, а от тебя ли этот ребенок?» (улыбается). В общем, я не женщина, я – ксерокс….
• Мой на мужа похож… ну копия! Иногда посмотрят даже выражения одинаковые. Мужики ведь!
• Мои дети на меня не похожи… А жаль!
• Мой сын – вылитый я. А я так надеялась, что на мужа будет похож, а то все семейство рыжее.
• Внешность – точно в меня (кроме подбородка: это – папкино). А характер – гремучая смесь: упертый и себе на уме – в папку; а добрый, нежный, ласковый – это мое…
• Сын похож на свекровь. Прямо копия. А дочка на папу чуть-чуть, еще изменится к годику.
• Моя дочь, когда родилась, моя первая фраза была – «Ну вылитая папа!», потом через пару месяцев она была вылитая я. А теперь похожа и на меня и на мужа. Цвет глаз и волос мой, нос тоже, характер мой (спокойная болтушка).
• Наши с мужем черты проглядывают в зависимости от мимики, но не больше.
• Хотя, конечно, повадки папины. Так смешно бывает смотреть как Никитка по телефону «разговаривает» и ходит по квартире. В точности, как муж.
• Наш Федька похож на папу. Все говорят, что прямо вылитый. А когда только родился, даже врачи говорили, что копия мамы. Самой мне кажется, что глаза мои. И характер!
• Я когда Анютку только первый раз увидела, я сразу сказала что она копия папы. Такие же темные волосы и большие карие глаза. А кто ее со мной видит, все время говорят: «Такое ощущение, что это не твоя дочь».

Как мы видим, почти все матери ищут в своем ребенке свои черты или черты мужа. Лишь в редких случаях, мамы не пытаются увидеть сходство с собой или с папой. Одна из участниц так и написала: «похож мой ребенок только на самого себя».

3. Следующий вопрос: «Нравилось ли вам, как вас воспитывала ваша мама?» помогает осознать семейный сценарий. Было интересно рассмотреть взаимосвязь особенностей восприятия испытуемыми собственных отношений с матерью и установок на воспитание собственных детей.
• Еще беременная я «просмотрела» свое воспитание «под лупой». Выделила «плюсы» и «минусы». «Плюсы» буду сохранять, «минусы» удалять, вносить новое, свое. А именно: учить быть самостоятельным, свободным, толерантным, уверенным в себе, компетентным и многое др. На мои взгляды повлияло увлечение психологией (настроена получать второе высшее в этом направлении), время и окружение («на чужих ошибках учусь»). Например, моя мама отказала мне как-то в обращении к ней по имени, а я совсем не против, если сын по имени звать будет. Главное, чтоб любил, уважал и ценил! Может еще маленькая (относительно, конечно же) разница в возрасте сказывается.
• Да… Сложный вопрос – воспитание! Я вот всегда говорила, как и многие из нас, что ошибок своей мамы я в воспитании своего ребенка никогда не допущу! Враки! Это стало понятно – то, как нас воспитывают родители, – своего рода модель воспитания и наших детей. Ну, тут конечно не надо впадать в крайности… Не все мы повторяем за родителями, но, во всяком случае – очень похоже делаем многие вещи…
Единственно, что я никогда не делаю, и надеюсь, не сделаю – не испорчу намеренно игрушку своим мальчишкам. Я помню случай, когда я сильно довела маму, и она в ответ на мое поведение взяла мою любимую игрушечную стиральную машину и разбила ее об кафельный пол – вдребезги. Мне было так обидно… Я ТАК ПЛАКАЛА!!!
• У меня в семье воспитание жесткое было, наказывали часто физически и т. д. Клялась, что такое не допущу, но неволей ловлю себя на том, что некоторые черты, модели поведения переношу в свою семью. Сразу себя останавливаю (не имею ввиду физическое насилие – это неприемлемо для нас), начинаю переживать, мне свекровь объяснила, мол, я не виновата. Долго по такой модели росла, очень трудно бывает развязаться. Главное вовремя остановиться, уметь держать в руках, контролировать эмоции. И самое главное: избавиться, т. е. пожить отдельно, по-другому, жить, не видя картину эту. Лучше стало, хотя бывало, отступала, но редко. Я на них смотрю с ужасом, стала независимой, не потакаю им, наоборот требую от них справедливости, и даже, иногда, воспитываю, что бесит моих предков. Ну, хотите наказать кого-то – наказывайте себя! Хотите подчинения в чем-то – приставайте друг к другу (мать и отец мои) сами разбирайтесь, нечего уже мол, лезть в нашу семью!
Придирки не прекратились, но больше не смеют на меня руку там поднять или на внука, и т. д. Спасибо свекрови, мужу, которые направляли на путь верный, иначе как говорит свекровь, лет через 10 я бы превратилась в фурию!
• Так благодарна маме за то, что такой меня воспитала, мне очень хочется, чтобы мой ребенок вырос тоже хорошим человеком, поэтому хочу воспитывать его так, как меня воспитала в свое время мама.
• Моя мама очень нежная и ласковая. Я у нее долгожданный ребенок. Родила она меня в 30 лет. Но это не равно затисканная и избалованная. Все было в меру. Просто мама постоянно говорила мне, что любит, обнимала, целовала, говорила ласковые слова.
Я к Женьке отношусь так же. Ну как это чудо не потискать! Мишка иногда мне говорит, что я так избалую его, а сам все время обнимает и целует Женьку. Он у нас очень ласковый папа. Мне кажется, что неважно, мальчик или девочка: обязательно надо ласкать, целовать, говорить… Я эти нежности тоже не любила, но теперь сама такая же!
• Я тоже очень люблю дочь потискать. Вот поймаю ее тараторку, зацелую, заобнимаю, она смеется, хотя кричит: «Мама не надо!». А когда спит, смотришь на нее она как хорошенький-прихорошенький ангелочек. У нас и Санька бывает, Дашку обнимает, целует, потом щекотать начинает, так что визг стоит на всю квартиру.
• Сколько себя помню, не люблю, чтобы меня мама целовала. Даже сейчас каждый раз, когда она меня обнять хочет, меня передергивает.
• Наша мамуля очень добрая, нежная, ласковая, заботливая… я ее безумно люблю, она для меня – лучшая подружка. Мамочка всегда нас с братом целовала, баловала, по головке гладила. Я очень ласковая мама, мне кажется, что Артёмка когда подрастёт, сядет мне на шею, т. к. ну не смогу я в чем-то отказать своему ребенку или запретить (без крайностей, конечно), я сейчас Артёмку вечно зацеловываю, а он хохочет от удовольствия. Папа у нас немножко сдержанней, но все равно и поцелует, и по головке погладит, как с работы приходит…
• Я своего Темочку обожаю целовать! И что самое интересное – ему это очень нравится! Он сам у меня очень ласковый, всегда прижмется, обнимет, а если уж начнет целовать, то крепко, ротик приоткроет и все норовит в губы меня поцеловать!!! В общем, МУЖЧИНА!!! А ему всего 1 годик и 9 месяцев.
Я в детстве не такая ласковая была, хотя мама никогда руку не поднимала, и приласкает, и поцелует…, но у нее работы много было, потом родилась сестра младшая, когда мне 10 лет было и я уже взрослая стала, сама еще меньше ласкалась…, а видимо хотелось…. Сейчас отрываюсь на муже и сыночке!
• Сестра моя младшая всегда была любимицей, мне часто доставалось. Я очень активная была, везде свой нос совала. Сейчас с мамой отношения немного лучше, но всё равно иногда думаю, что в гости меня ждут не с распростертыми объятиями.
Со своим же, я скорее строгая мать. Очень люблю потискать его. А на счёт обнималок, моему Ристику видимо не очень нравится, потому что всегда, как я его покрепче прижму, он вывёртывется. Хотя, когда я его иногда ругаю, он идёт всё равно ко мне жалеться и обниматься. И тогда я его обнимаю крепко-крепко…
• Меня мама держала в строгости и в тоже время очень любила. Я неохотно училась – поэтому мне частенько перепадало (зато окончила школу с отличием!). Сейчас я стараюсь быть ласковой и нежной мамой, но иногда срываюсь, а потом думаю, что для ребенка 2 лет нужно иметь терпение.
• Мне нравится результат моего воспитания, но не всегда нравились методы… иногда было жестковато. Хотелось бы научиться чему-то компромиссному, а то мы с мамой некоторое время не общались вообще, потом какое-то время просто «здрасьте» и «до свидания», и только сейчас, когда я совсем уже взрослая тетя, налаживаются конструктивные отношения. Но потеряно очень много времени…
• У меня мама очень властная женщина и никогда не проявляла к нам с сестрой своих эмоций. Я имею в виду обнять, поцеловать, сказать что-нибудь ласковое. Конечно, нам этого очень не хватало. Зато теперь мы с Катюхой (сестрой) балуем своих киндеров! Мама сначала даже ругала нас, но видимо поняла свои ошибки и теперь всю свою не растраченную нежность выливает на них! Это оооочень приятно!
• Я думаю, что смогу своего пришлепнуть по заслугам. Тоже иногда надо. Главное, чтобы было реально за дело, и если словами не понимает, что бы потом не было стыдно перед ребенком. Меня моя мама, бывало, пришлепывала. Понимаю что за дело. И это вовсе не значит, что она меня меньше любит или ещё что-то.
• Я очень люблю свою маму! Но все-таки хотела бы воспитывать своего ребенка немного иначе! Когда я была маленькой, мне казалось, что мама меня совсем не любила. Редко обнимала, никогда не целовала, не говорила что любит. Не хвалила даже, когда я очень старалась. Была очень холодна. Я теперь понимаю, она такая по жизни! Любит, но не показывает. Не эмоциональная она! Но тогда мне казалось, что со мной что-то не так! И поэтому мама меня не любит!
Из-за этого была неуверенность в себе, закомплексованность, с которой в подростковом возрасте возникали проблемы. И от которых было нелегко избавиться очень долгое время!
Так вот, своему малышу я с пеленок даю знать, что он самый любимый и желанный человечек на земле! Что с мамой можно поделиться всем чем угодно, и она всегда поймет и подскажет и никогда не разлюбит!!!

Таким образом, мы видим, что большинство матерей повторяют тип воспитания, принятый в ее родительской семье, кто-то ищет компромиссный стиль, чтобы взять все «плюсы» и отбросить все «минусы» своего воспитания.

4. Вопрос: «Какой ваш ребенок?» был направлен на то, чтобы выяснить непосредственное отношение к ребенку у матерей.
• Моя дочурка очень спокойная девочка, даже не знаю, в кого такая. Игрушки у других детей отнимать не будет, а будет стоять с протянутой ручкой и под нос себе что-то бурчать. Не дерётся. Ласковая, подойдет ко мне ручкой погладит и приговаривает: милюм, милюм мамуля (милая, милая мамуля). Может играть сама с собой.
На улице всегда рядом со мной, а если и отходит, стоит мне один раз её позвать, сразу же бежит. Но иногда будет ныть весь день, очень редко случается, может из-за того, что её что-то беспокоит.
• А мне даже тяжело определить, какой же у меня ребенок. Он все время меняется. Но в общем, я бы сказала что он – что-то среднее. Активный в меру. С детками общение ровное, без особого задирства и драк. В садике хвалят за послушание. Еще он у нас пока не лидер и тоже любит играть-подражать с более старшими детьми. А еще он жуткий болтун, прямо как я!
• Мой сын практически не может сидеть на месте – очень редко может 10–15 минут спокойно поиграть – очень привык к вниманию. Со своими ровесниками играет неохотно, иногда просто их игнорирует, а вот к старшим деткам тянется. В большом скоплении взрослых людей теряется и не слезает с маминых рук.
• У меня «деушка», одно слово – шебутная!!! Мы когда в ясельки пошли, в первый же день, воспитательница отдала мне её со словами: «… забирайте Вашу «банду Махно». Она у них в первый день, полила все цветы, ну и порыхлила и проредила. Помыла полы большой шваброй (где её только раздобыла…), ну и не только полы. Унитазы тоже не обошла вниманием, догадалась для чего нужен вантуз!!!! И многое, многое другое… В общем до сих пор, когда я прихожу её забирать, воспитательница встречает меня со словами: «… у меня инфаркт скоро будет….»
• Я принимаю своего ребенка таким, какой он есть, и считаю, тогда он станет хорошим человеком. Ребенок, в котором ценят даже самые заурядные качества, вырастет уверенным в себе и счастливым, легко преодолеет любую преграду… Для меня мой малыш самый красивый, самый умный, самый любимый.
• И мы дикие, да еще горластые – носимся по дому и орем! Конечно, и с книжками посидеть любим, еще бы компания была хорошая – так вообще надолго можем засесть. Но шустрить всегда готовы.

5. Вопрос: «Каким я представляю своего ребенка в будущем?» помогает осознать материнские проекции собственных ожиданий на своего ребенка. Известно, что во всех случаях родительские проективные идентификации приводят к формированию искаженного образа ребенка, который, в свою очередь, вызывает у родителей тревогу, сопровождающуюся защитными реакциями.
• Никогда не думала, что ребенок без отца – ущербный… Это полная и абсолютная чушь и глупость… Спросите любого человека, чтобы он предпочел – жить ТОЛЬКО с папой или вообще не появиться на свет, коли таковой от него отвернулся по каким-то причинам??? В любом случае только Господь Бог решает – появиться человеку на свет или нет, да и в каких условиях тоже… А вот задача любой мамы – эти условия (как минимум) поддерживать, как максимум (по мере сил и возможностей) – улучшать оные… В любом случае – с папой или без папы, ребенок – ЭТО САМОСТОЯТЕЛЬНАЯ личность.
Вот записала себе и твержу как мантру (когда-то дала подружка): «Мой ребенок самый лучший, особенный, ничем не болен, ни на кого не похож, ни под какие рамки и диагнозы его подвести нельзя и не надо, он личность и мы с ним вдвоем сделаем то, что ЛИЧНО ЕМУ нужно, чтобы развиваться и расти и без папы…».
• Ну, вот я росла без отца: не уродкой, не дебилкой я себя не считаю, всего добиваюсь сама. Правда, давеча мама сказала, что трудно мне будет мужа найти как раз когда мой ушел. Понимаю, но глупее становиться просто не хочу, я такая какая я есть, но все таки хочу сказать, когда семья полноценная, то дети чуть-чуть другие, я бы хотела своему ребенку полноценную семью. Просто я понимаю, что без папы мне было плохо.
• Какое-то время назад для себя решила, что не буду делать детей заложниками моих амбиций. Ничего от них не жду и ничего не навязываю – это с одной стороны. С другой стороны, мы постараемся с мужем предоставить им максимальные возможности выбора. Начали с того, что нашли очень хороший детский сад и поступили туда. Садик хорош тем, что там помогают определиться ребенку в своих желаниях, склонностях и способностях. Я уже сейчас вижу, что у мальчика больше математических наклонностей, чем творческих (Антон, 6 лет). Если пойдет по стопам родителей, то будет финансистом.
• Конечно, хочу работу престижную и высокооплачиваемую (это если не рассуждать, что лезть не буду, только направлять…). Чего НЕ хочу:
✓ спорт – хорошо, когда это увлечение и здоровье, но не работа;
✓ сменная работа типа врачи, милиция и т. п., когда могут вызвать или поставить смену на любой праздник, также без ночных смен;
✓ слишком узкие специальности – фигу работу найдешь потом;
✓ опасные – пожарные например.
Не слишком много не хочу?
• У меня нет четкой установки, кем бы я хотела, чтобы стали мои дети. Главное, чтобы работа была им по душе. Считаю, моя задача – найти скрытые таланты своих детей и помочь им их развить. А дальше – пусть сами делают свой выбор.
• Я хочу, чтобы сын стал экономистом. А с дочерью планирую заниматься живописью. Чтобы она стала архитектором или дизайнером в будущем.
• Я принимаю своего ребенка таким, какой он есть, и считаю, что тогда он станет хорошим человеком. Ребенок, в котором ценят даже самые заурядные качества, вырастет уверенным в себе и счастливым, легко преодолеет любую преграду… Для меня мой малыш самый красивый, самый умный, самый любимый.
Возможно к тому моменту, когда наши дети будут выбирать себе профессию, возникнут такие профессии, о которых мы даже сейчас и не знаем. Поддержу любой выбор ребенка, лишь бы он смог определиться.
• У меня ребёнок с проблемами, поэтому амбиций по поводу профессии особо не выстраиваю. Просто очень хочется, чтобы он вырос достойным человеком! А вот ребёнок сказал что будет как папа – железным дорожником (смеется).
• Я не хочу, чтобы у моего сына были:
✓ знаменитость (никакой личной жизни и полная разбалованность);
✓ бешеное богатство (жизнь в постоянном страхе за своих близких; деньги могут многое разрушить). А вообще я себя настраиваю с самого рождения, что мой сын сам выберет себе профессию, и я совсем не буду на этот выбор влиять. Хочу вырастить самостоятельного ответственного мужчину.
• Я тоже задумывалась об этом, но ничего не хочу навязывать. Просто постараюсь помочь развить таланты и способности. Единственное, что могу сказать, так это кем бы мне не хотелось видеть моего сына (улыбается): как-то дворники, уборщики, водители не особо прельщают.
• Хотела бы, чтоб сын стал юристом, как вся наша семья, или врачом (очень полезная профессия). А там видно будет. Немного детей нужно направлять. Мой отец юрист и никогда дома не ныл, что ему что-то не нравится на работе… Может поэтому я решила, что буду как папа и окончила юракадемию. А вообще, мама моя сказала: «Главное, чтоб он был радостный и здоровый! Дети не обязаны оправдывать чьи-то надежды!».
• Зная на своей шкуре, что значит жить по сценарию и реализовать мечты родителей: имея за собой ненавистную всей душой музыкалку и истерики по поводу выбора профессии (родители юристы мечтали о продолжении династии) даже не задумываюсь об этом!!
Польская суперняня в беседе о родительских амбициях сказала: «Родители мечтают, чтобы их дети были богатыми адвокатами, а не нищими портными. Но они забывают, что хороший портной может заработать намного больше и быть намного счастливее, чем плохой адвокат!».

Мы можем видеть, что субъектное отношение к ребенку является стержневым фактором, характеризующим отношение к ребенку родителей. Такого рода общение возможно лишь при отношении взрослого к ребенку как к субъекту, личности, в противоположность «объектному» отношению, когда ребенок выступает для родителя преимущественно как объект ухода (педагогических, медицинских и других воздействий). Можно отметить, что выделяются два противоположных момента в родительских отношениях: безусловный (содержит такие компоненты, как принятие, любовь, сопереживание и т. д.), и условный (объективная оценка, контроль, направленность на воспитание определённых качеств). Как мы понимаем, безусловная любовь со стороны родителей является основой для формирования эмоционально благополучной личности.
Адекватность позиции взрослого основывается на реальной точной оценке особенностей своего ребенка, на умении видеть, понять и уважать его индивидуальность. Родитель, по А.С.Спиваковской, не должен концентрироваться только на том, чего он хочет в принципе добиться от своего ребенка Знание и учет возможностей и склонностей – важнейшее условие успешности развития.
Гибкость родительской позиции рассматривается ею как готовность и способность изменения стиля общения, способов воздействия на ребенка по мере его взросления и в связи с различными изменениями условий жизни семьи. «Закостенелая», инфантлизирующая позиция ведет к барьерам общения, вспышкам непослушания, бунта и протеста в ответ на любые требования.
Прогностичность позиции выражается в ее ориентации на «зону ближайшего развития» ребенка и на задачи завтрашнего дня. Это опережающая инициатива взрослого, направленная на изменение общего подхода к ребенку с учетом перспектив его развития.
А.С.Спиваковская выделяет три спектра отношений, составляющих любовь родителей к своему ребенку:
• симпатия – антипатия,
• уважение – пренебрежение,
• близость – дальность.

Сочетание этих аспектов отношений позволило описать некоторые типы родительской любви:
• Действенная любовь (симпатии, уважение, близость). Формула родительского семейного воспитания такова: «Хочу, чтобы мой ребенок был счастлив и я буду ему помогать в этом».
• Отстраненная любовь (симпатия, уважение, но большая дистанция с ребенком). «Смотрите, какой у меня прекрасный ребенок, жаль, что у меня не так много времени для общения с ним.»
• Действенная жалость (симпатия, близость, но отсутствие уважения). «Мой ребенок не такой, как все. Хотя мой ребенок не достаточно умен и физически развит, но все равно это мой ребенок и я люблю его.»
• Любовь по типу снисходительного отстранения (симпатия, неуважение, большая межличностная дистанция). «Нельзя винить моего ребенка в том, что он не достаточно умен и физически развит.»
• Отвержение (антипатия, неуважение, большая межличностная дистанция). «Этот ребенок вызывает у меня неприятные чувства и нежелание иметь с ним дело.»
• Презрение (антипатия, неуважение, малая межличностная дистанция). «Я мучаюсь, беспредельно страдаю от того, что мой ребенок так неразвит, неумен, упрям, труслив, неприятен другим людям.»
• Преследование (антипатия, неуважение, близость). «Мой ребенок негодяй, и я докажу ему это!»
• Отказ (антипатия, большая межличностная дистанция). «Я не хочу иметь дело с этим негодяем.»

Учитывая взаимозависимость отношений в семье, их описывают через те роли, которые выполняет ребенок. По мнению А.С.Спиваковской, роль ребенка можно четко выделить в дисгармоничной семье, где относятся друг к другу шаблонно, стереотипно, годами сохраняя застывшие, ригидные, уже не соответствующие реалиям отношения. Роль ребенка в семье – это набор шаблонов поведения по отношению к ребенку в семье, сочетание чувств, ожиданий, действий, оценок, адресованных ребенку взрослыми. Наиболее типичными А.С.Спиваковская выделяет четыре роли: «козел отпущения», «любимчик», «примиритель», «беби». Выделяются и другие: «ребенок – обуза»; «ребенок – раб»; «ребенок – любовник» (одинокая, как правило, мать настаивает на «отношениях для двоих», закрепощает ребенка в узах своей любви); «ребенок как оружие» в борьбе с супругом; ребенок – «заместитель мужа» (от него требуют постоянного внимания, заботы, чтобы он был рядом и делился своей личной жизнью).
Д.Боумрид выделяет совокупность детских черт, связанных с фактором родительского контроля. Были выделены три группы детей.
• Компетентные – с устойчиво хорошим настроением, уверенные в себе, с хорошо развитым самоконтролем собственного поведения, умением устанавливать дружеские отношения со сверстниками, стремящиеся к исследованию, а не избеганию новых ситуаций.
• Избегающие – с преобладанием уныло-грустного настроения, трудно устанавливающие контакты со сверстниками, избегающие новых и фрустрационных ситуаций.
• Незрелые – неуверенные в себе, с плохим самоконтролем, с реакциями отказа во фрустрационных ситуациях.

Автор указывает также на четыре параметра изменения родительского поведения, ответственных за описанные паттерны детских черт.

Родительский контроль: при высоком балле по этому параметру родители предпочитают оказывать большое влияние на детей, способны настаивать на выполнении своих требований, последовательны в них. Контролирующие действия направлены на модификацию проявлений зависимости, у детей, агрессивности, развитие игрового поведения, а также на более успешное усвоение родительских стандартов и норм.
Второй параметр – родительские требования, побуждающие к развитию у детей зрелости; родители стараются, чтобы дети развивали свои способности, в интеллектуальной, эмоциональной сферах, межличностном общении, настаивают на необходимости и праве детей на независимость и самостоятельность.
Третий параметр – способы общения с детьми в ходе воспитательных воздействий: родители с высоким баллом по этому показателю стремятся использовать убеждение с тем, чтобы добиться послушания, обосновывают свою точку зрения и одновременно готовы обсуждать ее с детьми, выслушивают их аргументацию. Родители с низким баллом не выражают четко и однозначно свои требования и недовольства или раздражение, но чаще прибегают к косвенным способам – жалобам, крику, ругани.
Четвертый параметр – эмоциональная поддержка: родители способны выражать сочувствие, любовь и теплое отношение, их действия и эмоциональное отношение направлены на содействие физическому и духовному росту детей, они испытывают удовлетворение и гордость от успехов детей. Оказалось, что комплекс черт компетентных детей соответствует наличию в родительском отношении всех четырех измерений – контроля, требовательности к социальной зрелости, общения и эмоциональной поддержки, т. е. оптимальным условием воспитания является сочетание высокой требовательности и контроля с демократичностью и приятием. Родители избегающих и незрелых детей имеют более низкий уровень всех параметров, чем родители компетентных детей, Кроме того, для родителей избегающих детей характерно более контролирующее и требовательное отношение, но менее теплое, чем для родителей незрелых детей. Родители последних оказались абсолютно неспособными к контролю детского поведения в силу собственной эмоциональной незрелости.
Таким образом, наиболее распространенным механизмом формирования характерологических черт ребенка, ответственных за самоконтроль и социальную компетентность, выступает интериоризация (то есть создание условий для перехода внешнего, родительского контроля, во внутренний контроль самого ребенка) средств и навыков контроля, используемых родителями. При этом адекватный контроль предполагает сочетание эмоционального приятия с высоким объемом требований, их ясностью, непротиворечивостью и последовательностью в предъявлении ребенку. Дети с адекватной практикой родительского отношения характеризуются хорошей адаптированностью к школьной среде и общению со сверстниками, активны, независимы, инициативны, доброжелательны и эмпатичны.
Стили семейного воспитания М.Кордуэлл подразделяет по степени их требовательности к ребенку (то есть установлению высоких стандартов и требований послушания родителям и/или отзывчивости и уважения к правам и потребностям ребенка) и выделяет:
• Авторитетный стиль воспитания (одновременно требовательный и отзывчивый). Родители выдвигают разумные требования к ребенку в вопросах обучения и послушания, но проявляют нежность к нему и с уважением относятся к праву ребенка на принятие решений.
• Авторитарный стиль воспитания (требовательное, но не отзывчивое). От детей требуется беспрекословное послушание под угрозой различных наказаний. При таком подходе права и потребности детей практически игнорируются.
• Разрешительный стиль воспитания предполагает отзывчивое воспитание, но не требовательное. Детям предоставляются все возможности для самостоятельных решений, и родители не пытаются устанавливать правила или объяснять ребенку его обязанности.
• Безучастный стиль воспитания (ни отзывчивый, ни требовательный). Между родителями и детьми почти не происходит взаимодействия. Подход «спустя рукава» в крайних случаях граничит с пренебрежением родительскими обязанностями.

В.В.Столин добавил еще несколько типов неадекватного родительского (материнского) отношения к ребенку.
1. Отношение матери к сыну-подростку как к «замещающему» мужу: требование активного внимания к себе, заботы, навязчивое желание находиться постоянно в обществе сына, быть в курсе его интимной жизни, стремление ограничить его контакты со сверстниками. Матери жалуются на отсутствии контакта с сыном, его желание отгородиться от нее, его «презрение». В менее грубой форме подобное отношение, как уже указывалось, выливается в присвоении подростку статуса «главы семьи».
2. Гиперопека и симбиоз: навязчивое желание удержать, привязать к себе ребенка, лишить его самостоятельности из-за страха возможного несчастья с ребенком в будущем (комплекс «умной Эльзы»). В этом случае преуменьшение реальных способностей и потенций ребенка приводит родителей к максимальному контролю и ограничениям, желанию все сделать за него, предохранить от опасностей жизни, «прожить жизнь за ребенка», что по существу означает «зачеркивание» реального ребенка, стагнацию развития ребенка, регресс и фиксацию на примитивных формах общения ради обеспечения симбиотических связей с ним.
3. Воспитательный контроль посредством нарочитого лишения любви: нежелательное поведение (например, непослушание), недостаточные школьные достижения или неаккуратность в быту наказываются тем, что ребенку или подростку демонстрируется, что «он такой не нужен, мама такого не любит». При этом родители прямо не выражают недовольства ребенком, недопустимости подобного поведения, не демонстрируют ясно негативные чувства, которые они переживают в связи с плохим поведением ребенка. С ним не разговаривают, его подчеркнуто игнорируют, говоря о ребенке в третьем лице – как об отсутствующем. У подростков подобное отношение порождает бессильное чувство ярости и гнева, вспышки разрушительной агрессии, за которыми стоит стремление доказать свое существование, внедриться в семейное «мы» напролом; родитель тогда идет на мировую из-за страха перед агрессией или путем ответной агрессии (оплеух, ударов) пытается преодолеть им же созданную стену отчуждения. Подобное поведение родителей у сензитивных детей порождает глубокое чувство собственной ненужности, одиночества. Стремясь вернуть родительскую любовь, подросток вынужден ограничивать собственную индивидуальность, поступаясь чувством собственного достоинства, лишаясь собственного «Я». Послушание достигается ценой обесценивания «Я», сохранения примитивной привязанности.
4. Воспитательный контроль посредством вызова чувства вины: ребенок, нарушающий запрет, клеймится родителями как «неблагодарный», «предавший родительскую любовь», «доставляющий своей мамочке столько огорчений», «доводящий до сердечных приступов» и т. д. (частный случай описанного выше воспитания в условиях повышенной моральной ответственности). Развитие самостоятельности сковывается постоянным страхом подростка оказаться виноватым.

 


 


3. Арт-терапевтические приемы для работы с родителями


Для успешного применения арт-терапии с детьми важно, чтобы взрослые понимали, как работает данный метод. Лучшим способом знакомства с методом является применение техник арт-терапии в своей жизни. Попробовав, что называется «на себе», различные упражнения из арт-терапии родители лучше представляют, как можно предлагать своим детям игровые занятия, рисуночную терапию и сказкотерапию. Атмосфера творческого поиска и взаимопонимания, юмор и безоценочность суждений дают возможность всем участникам раскрепоститься, снять, прежде всего, внутренние барьеры, мешающие самораскрытию и спонтанности.
Гибкость – одна из важнейших компетенций родителей. Наши ригидные (то есть жесткие, однозначные) установки порой мешают увидеть в ребенке развивающуюся личность. Гибкость предполагает готовность принимать неопределенность, непредсказуемость. К сожалению, или к счастью, мы не всё можем предугадать, предусмотреть, но мы можем гибко реагировать на изменяющееся обстоятельства, на новые ситуации. Допуская гибкость в отношении к ребенку и к самому себе, взрослый выходит за рамки сложившихся стереотипов, за рамки привычных ролей, где родитель наделен властью, а ребенок – бесправное и подчиняющееся существо. С помощью арт-терапии сами родители могут немного погрузиться в мир детства, и уже с позиции ребенка взглянуть на проблемы своих детей. Эмоциональная память детства – это мощный ресурс для установления контакта с ребенком.
Рисунки и сочинения родителей – продукты их творческой деятельности – способствовали переосмыслению родительского отношения к своим детям. Обсуждение рассказов родителей показывает, сколь многообразно наше представление о том, что такое любовь и забота о ребенке, и как по-разному взрослые понимают свои родительские функции.
В социально-психологическом центре гармоничного развития личности «ДОМ» (г. Москва) на занятиях для молодых матерей предлагаются упражнения, способствующие осознанию родительской позиции. Эти упражнения, их обсуждение позволяют лучше понимать своих детей. Участницы практического семинара «Искусство быть родителем» рисовали и сочиняли сказку-рассказ на тему «Мать и дитя». В практической психологии такого рода упражнения называются проективными, то есть они являются проекциями чувств, переживаний, которые не осознаются, но выражаются при выполнении такого рода заданий, например, рисунков.
Анализ проективных рисунков и сказок на тему «Мать и дитя» в группе.
• Что происходит на рисунке?
• Что думают или чувствуют мама и ребенок?
• Что предшествовало изображенной сцене?
• Что может произойти потом?

Данные вопросы были сформулированы таким образом, чтобы матери имели возможность проецировать собственные чувства, переживания, отношение к описываемой ситуации.
Основной целью нашего пострисуночного интервью было: определить, описывают ли матери в целом благополучные (надежные) отношения со своим ребенком, или обозначают их неблагополучие (тревожность).
Рассмотрим наиболее типичные рассказы и рисунки, а также ответы на вопросы пострисуночного интервью, которые представлены в виде мини-рассказов о рисунке. Интерпретация этих рисунков и рассказов поможет родителям увидеть, как выстаиваются отношения между детьми и родителями, что влияет на эти отношения. Анализ родительского отношения дает возможность изменить свое видение воспитательного процесса.

рисунок 16

Рисунок 16

Проинтерпретируем некоторые признаки рисунка 16, раскрывающие особенности взаимоотношения матери и ребенка, также некоторые особенности отношения матери к миру. Мать изображает себя в виде солнца, покрывающего своими лучами ребенка-рыбку, что свидетельствует о любви, стремлении давать заботу ребенку. Солнце – стремление к теплоте и росту. На рисунке между ребенком и матерью – солнцем и рыбкой, существует значительная дистанция, что свидетельствует и о сдержанности в отношении матери к ребенку. Символика цвета рассматривает красный цвет как цвет, оказывающий на человека самое сильное эмоциональное воздействие. Одновременно это и самый теплый цвет. Среди переживаний, которые отражает красный цвет, можно выделить, с одной стороны, любовь, страсть, вдохновение, а с другой – агрессию, ненависть, опасность. Таким образом, ориентируясь также и на пострисуночный рассказ матери, мы можем сделать вывод о том, что мать испытывает к своему ребенку амбивалентные чувства, когда с одной стороны, она стремится к близости, а с другой – выражает тревогу в отношении контакта с ним. Об этом же говорит и дистанцированность символов матери и ребенка на рисунке – солнца и рыбки. Эти персонажи, хотя и испытывают, судя по рисунку, радость и удовлетворение от влияния друг на друга, однако их эти фигуры не взаимодействуют: рыбка не смотрит на солнце, у солнца в свою очередь, как это бывает в подобных изображениях не нарисовано лицо, оно как бы выполняет обслуживающущую функцию. Ребенок является центральной фигурой в жизни матери. Все тепло ее лучей направлено на ребенка и пространство, в котором он обитает. Однако само символическое изображение матери находится на краю листа, что рассматривается как показатель тревоги в отношении матери к ребенку. Признаком тревоги по мнению исследователей рисунков является и множественность линий, с помощью который мать изобразила свой рисунок (К.Тейлор).
Выполнение рисунка посредством ярких, стимулирующих цветов, свидетельствует о возможном переносе на ребенка своего (матери) интереса к окружающему миру, общению и деятельности. С другой стороны, и красный цвет также является признаком стремления к самоактуализации. «Активность» линий, динамичность в изображении персонажей свидетельствует об активной жизненной позиции матери, стремлении достигать. Данный вывод подтверждает также и символика цвета, с помощью которого мать изобразила себя – солнце. Солнце выполнено в желто-оранжевых тонах. Желтый – самый экстравертированный цвет, символизирующий открытость, активность, стремление к свободе, славе и силе. Этот цвет выражает ожидания от будущего. Оранжевый цвет, в свою очередь, характеризует зрелость личности и силу механизмов «Я». Этот цвет радости, удовольствия, стремления к достижению и самоутверждению, энергии и силы. Таким образом, мы можем сделать предположение о том, что автор рисунка имеет сильное стремление к самоактуализации, активной жизненной позиции. Данное стремление, желание распространятся и в отношении ребенка. Мать стремится оберегать, защищать, поддерживать ребенка, однако существует определенная тревога и дистанцированность в отношении эмоциональной близости с ребенком.
По окончании участница семинара охарактеризовала рисунок, ориентируясь на вопросы пострисуночного интервью.

 

«Это рыбка. Несмотря на то, что она еще пока маленькая, она много чего уже понимает о жизни. Теплое ласковое солнышко обогревает ее своими лучами, помогая ей в ее пути. Солнце заботится о рыбке: ведь пока она маленькая, нужно помочь увидеть ей все многообразие моря, согревать и освещать путь. Солнце счастливо, что есть рыбка, которая нуждается в его заботе и теплых лучах… Много будет трудностей и препятствий на пути рыбки, но рыбка, плавая на просторах жизни, преодолеет все и много чего добьется, потому что есть солнце, которое всегда рядом…»

 

Таким образом, можно судить об отсутствии совместной деятельности, определенной дистанцированности в отношении к ребенку. Мать предоставляет ребенку заботу, внимание, безопасность. Существует тревога в отношении будущего ребенка.

 

Сказка на тему «Мать и дитя»
«Живут себе на свете мать и дитя. Мать и ее маленький ребенок. Живут, и наслаждаются тем, что они есть. Что они вместе. И каждый из них, независимо от возраста, стремится поддержать другого. Это потому, что они любят друг друга, чувствуют друг друга.
Каждый раз, кто-нибудь из них удивляет другого. Не специально. А потому, что один подмечает что-то за другим. Внимательный. Наблюдательный. И оба – ранимы. Потому, держат один другого.
Большое сильное дерево и маленькое, только набирающее силу, активно стремящееся к солнцу. Большое и сильно дерево всегда стремится защитить маленькое от невзгод. Но с возрастом – все больше и больше освобождая от своей опеки как бы подготавливая к собственному самостоятельному пути.»
Несмотря на то, что мать сильна, а ребенок – мал. Он уже сейчас силен. Потому как любит. И безграничная радость. Гармония восприятия. Несмотря ни на что.

Основное содержание рассказа – о взаимодействии деревьев – матери и сына. Автор наделяет активностью как маленькое дерево, так и большое. В рассказе присутствует большое количество действий обращенных друг к другу – «наслаждаются тем, что вместе»; «любят друг друга»; «удивляет другого»; «держат один другого» и т. п. Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что автор данного рассказа стремится к сотрудничеству с ребенком, проявляет заинтересованность и участие в его делах («внимательный», «наблюдательный»). Предложение «Большое сильное дерево и маленькое, только набирающее силу, активно стремящееся к солнцу» – можно трактовать как желание, ощущение автором психологического развития, роста, как себя, так и ребенка в сложившихся отношениях (солнце – символ психологического развития).
Отношение ребенка к матери также воспринимается женщиной как заинтересованное, поддерживающее и т. п. В целом создается ощущение взаимодействия в рассказе двух самостоятельных личностей, которые проявляют любовь по отношению друг другу, способны поддерживать друг друга. При этом, судя по рассказу, ребенок является для матери важнейшим ресурсом эмоциональной поддержки, радости, что может косвенно также свидетельствовать о некоторой неудовлетворенности матери в тесных эмоциональных контактах.
Аналогичный сюжет обнаруживается и в другом рисунке у матери из группы участниц семинара. Однако здесь фигура ребенка представлена еще более незащищенной.

рисунок 17

Рисунок 17

Интересно то, что и в первом (см. рисунок 16), и во втором (см. рисунок 17) рисунках изображено море как символ огромного жизненного пространства, в котором ребенку предстоит все-таки плавать самостоятельно, а мать сможет оказывать только эмоциональную поддержку. Синий цвет моря выражает потребность в покое, привязанности, единении. Если красный и желтый цвет соответствуют экстравертированному (то есть направленному вовне) типу личности и действуют возбуждающе, то синий – это самый интровертированный (то есть направленный больше на внутренний мир) цвет, выражает потребность в покое, привязанности, единении. В целом часть матери – экспрессивная, активная, на ней надпись: «любовь, лучи, смех». Сам символ сердца демонстрирует любовь. Часть ребенка – сдержанная, интровертированная, оторванная от жизни, иррациональная (ребенок отвернулся от моря). Несомненно, существует тревога в отношении будущей самостоятельной жизни ребенка. Сфера матери на этом рисунке занимает большую часть листа. Как и в предыдущем рисунке она выполнена в красно-желтых тонах, однако здесь ощущается гораздо меньше экспрессии, линии более плавные. Интересно, что лучи, которые испускает «сердце-солнце» в данном случае распространяются на сферу матери, на «самообогрев», а не на ребенка. С учетом того, что линии довольно слабые мы можем сделать вывод о том, что испытуемая испытывает недостаток энергии, уверенности, решительности.
Сам символ животного, с помощью которого изображен ребенок – волчонок можно рассмотреть как признак определенной агрессии, интровертированнности. Мать с одной стороны, стремится к близости, а с другой – выражает тревогу в отношении контакта с ребенком. Все в рисунке указывает на амбивалентность матери в отношении своего ребенка, и в большей степени сдержанность. Волчонок и кусочек земли, на которой он изображен выполнены в зеленом цвете. Зеленый цвет с одной стороны символизирует витальное начало, рост и надежду, а на другом полюсе находятся такие значения зеленого цвета как незрелость: «ты еще зеленый». Несомненно мать испытывает тревогу за рост, развитие ребенка, за те возможности, которая она может ему для этого предоставить.

 

Пострисуночный рассказ:
– Это волчонок на берегу моря. Его согревает любовь материнского сердца. Скоро он вырастет и станет сильным и ловким. Любовь матери будет поддерживать его, когда на его пути возникнут препятствия и борьба за свой кусочек радости и удовольствия. Они разные, но они вместе.

 

Тревожность, беспокойство за ребенка. Также как и в предыдущем рисунке отсутствует взаимодействие: тревога в отношении эмоциональной привязанности к ребенку, дистанцированность.

 

Сказка «Львица и львенок»
«Жили-были мама-львица и ее сын-львенок. Жили они в больших густых джунглях, вокруг было много разных птиц и зверей. Мир был огромен и разнообразен. Маме было нелегко. Ей приходилось постоянно заботиться о пропитании, она была единственной добытчицей и при этом вовсе не хотела ограничивать себя и сына скудной пищей.
Часто, несмотря на усталость и тревогу за их будущее, она не могла заснуть, думая о том, сможет ли она предоставить все возможности сыну для того, чтобы он смог стать настоящим львом. Она очень любила своего подросшего львенка, хотя он и был довольно своенравен, упрям, иногда агрессивен. Она ласково смотрела на него и принимала это за счастье – быть его мамой. Ласковый и смышленый львенок чувствовал настроение мамы как музыкант, играющий на инструменте. Он умел позаботиться о ней, когда чувствовал, что ей это необходимо. И был горд за свою красивую, сильную, умную маму, которая хоть и рычит периодически, но любит его и готова на многое, для того, чтобы жизнь их была интересной и насыщенной. Он уже стал задумываться, зачем живые существа попадают на этот свет и для чего они живут. Мамины ответы на эти вопросы не подходили. Своих он пока не мог сформулировать так, чтобы они его устроили. Оба понимали, что очень разные, что многие черты характера и взгляды на жизнь просто противоположные.
Мама была неисправимой оптимисткой, доброжелательно настроена на всех вокруг, не ломаясь от проблем и неприятностей (которые бывают у всех), радуясь и удивляясь всему вокруг. Она постоянно пыталась донести свое отношение к миру до сына, но это не очень-то получалось. Он не готов был доверять этому миру безгранично, людей любил очень немногих, с интересом наблюдал за всем вокруг, но не визжал от восторга. Мир для него не был столь удивителен, он скорее был пугающим и очень плохо устроенным. Не многое радовало его сильно. Он был уверен, что она может, а он – нет, да и не очень-то хочет. Удивляясь, как могут друг друга так любить и понимать «плюс» и «минус», «огонь» и «вода», «радость» и «грусть», они жили и оба пытались ответить на вопросы:
– Зачем человек или зверь приходит в этот мир?
– Действительно ли он может что-то изменить в нем?
– Что есть жизнь: бесконечное преодоление препятствий и борьба за свой кусочек радости и удовольствия, или все-таки собственными руками организованный процесс, который состоит из выборов и решений, который к чему-то ведет. К чему?
– Что наша жизнь – процесс или результат? Для чего она?»

 

Основное содержание сказки – о поиске смысла своего существования матерью – львицей и ее львенком. Автор сказки сама пытается ответить на основные экзистенциальные вопросы, и проецирует это желание на своего ребенка: «Он уже стал задумываться, зачем живые существа попадают на этот свет и для чего они живут». Можно сделать вывод о том, что воспитание сына не является единственным достижением автора сказки: «Он не был готов покорять как мама Эверест за Эверестом». В сказке отражена самооценка женщины: львенок был горд «за свою красивую, сильную, умную маму, которая хоть и рычит периодически, но любит его и готова на многое, для того, чтобы жизнь их была интересной и насыщенной». Автор умеет ставить перед собой цели и достигать их, однако, по ее мнению, это умение, а также оптимистичное и жизнерадостное отношение к происходящему не получается «донести» до сына, в результате чего женщина чувствует некоторую тревогу. В отличие от предыдущего рассказа (например, «Каждый раз, кто-нибудь из них удивляет другого»), позиция у матери в этой сказке в отношении сына – не взаимодействия, а наблюдения: «Она ласково смотрела на него и принимала это счастье – быть его мамой». В целом, автор рассматривает свои взаимоотношения с сыном как взаимоотношения полярностей, «плюса» и «минуса». При этом, эти взаимоотношения, по мнению автора строятся на любви и понимании. Можно сделать вывод о том, что для автора в целом характерен принимающий стиль родительского отношения, при этом, все-таки не исключены ситуации контроля, доминирования, когда матери хотелось бы внушить сыну собственные ценности, точку зрения. Несмотря на все вышеперечисленное, создается ощущение определенной тревоги за сына, пониженный эмоциональный тонус в момент написания письма. В тексте сказки письма было сделано несколько «агрессивных» зачеркиваний (возможно, существует момент желания автора выглядеть социально желательно), а также об этом же свидетельствует довольно скудное изображение на рисунке: символичное, не яркое, не красочное.
В обеих сказках отражена актуальная ситуация взаимодействия матери и ребенка, что говорит о принятии авторами их жизни, их отношений с ребенком такими, какие они есть.
О важной роли отношений привязанности в системе межличностных отношений индивида свидетельствует размещение изображений матери и ребенка по центру листа. Кроме того, такое размещение рисунка характеризует уверенного в себе и своих отношениях индивида. В связи с этим, расположение фигур матери и ребенка по центру листа рассматривается нами как показатель надежной привязанности. Однако в обоих представленных рисунках мать и дитя изображены с краю рисунка. Согласно многочисленным исследованиям, признаком ненадежной привязанности считается смещение изображений фигур матери и ребенка к верхнему или нижнему, а также правому или левому краю листа. Проявлением тревоги может считаться размещение рисунка в любом из углов листа.
Следует отметить, что отчетливая дифференциация половых признаков у изображенных фигур, в первую очередь материнской, в изображении свидетельствует о надежной, уверенной привязанности матери к своему ребенку. Однако большинство незамужних матерей из группы изображали себя и ребенка символически, что в некоторой степени может свидетельствовать о незавершенности процесса сепарации-индивидуализации (отделения ребенка от себя, развития самостоятельности ребенка), а также двойственности взятой на себя роли (и мать, и отец). В частности, на обоих представленных рисунках матери не только изобразили себя в виде символов, но также сами символы как бы бесполые: сердце, солнце (оно).
В группе были также и реалистичные рисунки с изображением реальных людей, а не символических изображений, что, возможно, говорит о ясном понимании происходящего в их жизни, четкой идентификации себя как матери.

рисунок 18

Рисунок 18

 

На рисунке 18 нарисована полная семья – признак эмоционального благополучия. Выделены психологические микроструктуры семьи – дети и взрослые. Сверхплотное изображение автора рисунка со своим мужем, муж нарисован наиболее яркими красками, между рисунком себя и мужа автор не делает четкой границы, общее ощущение от изображения супругов – слияние двух фигур. Данный параметр свидетельствует о тесных связях женщины с мужем, симбиотических отношениях, в отличие от контактов матери с детьми, по отношению к которым женщина изобразила себя в доминантной позиции. Длинное, закрытое платье нарисованной женщины свидетельствует о потребности в дополнительной защите, которую она стремится найти у мужа. Отсутствие нарисованных ступней трактуется как пассивность или неумелость автора в социальных отношениях. Об этом же свидетельствует изображение рук, вытянутых по бокам. Одежда матери и отца выполнена в оттенках фиолетового. Фиолетовый – самый двойственный и противоречивый цвет. Это цвет выравнивания и равновесия, цвет меры, сдержанности и соответствия, цвет знания и интеллекта, цвет величия и мудрости. Очевидно, что автор этого рисунка наделяет диаду «мать-отец» особым привилегированным положением, что подтверждается и особенностями их изображения: высокие фигуры, сверху наблюдающие за детьми. Желтый цвет, доминирующий в одежде детей: цвет открытости, активности, стремления к свободе. Этот цвет выражает ожидания от будущего. Однако существует и иная трактовка желтого – цвет ревности, тщеславия, зависти. В этом плане можно предположить, что мать действительно может ревновать детей к отцу, а возможно и отца к детям, так как ее изображение: между отцом и детьми, прикрывающее отца, свидетельствует как раз о таких чувствах. Женщина прислоняется к мужу, как бы опирается на него. Очевидно, что муж в жизни респондентки – сильная, властная фигура. Об этом же свидетельствует и цветовая гамма, в которой выполнено его изображение. В частности, оранжевый цвет символизирует зрелость личности и силу механизмов «Я», это цвет радости, удовольствия, стремления к достижению и самоутверждению, энергии и силы.
Младший сын расположен ближе к матери, что говорит о большей эмоциональной связи с ним по сравнению с дочерью. Об этом же свидетельствует и содержание рассказа автора «Юное дарование» – основной сюжет строится вокруг персоны сына. Исходя из этого, выделим признаки, характеризующие особенности взаимоотношения матери и сына. Обращенность к детям на рисунке, взгляд, устремленный на них сверху, свидетельствует о стремлении контролировать. Лица детей изображены в анфас, что расценивается их матерью, автором рисунка как стремление к социальным контактам (К.Маховер). Наиболее яркой прорисованной частью на рисунке являются глаза детей, следовательно, мы можем предположить, что чувство «Я» матери концентрируется именно на детях, на контактах с ними (К.Маховер). Однако у изображения сына глаза зачерченные, что может свидетельствовать о страхе матери, связанном с ним. По мнению многих авторов, непрорисованность пальцев на руках героев рисунка, демонстрирует некоторую долю эмоциональной зависимости. При этом, мы наблюдаем четко выделенную линию лицевого профиля, в то время как контуры остальной фигуры расплывчаты и нечетки – что говорит об отстраненности и нарциссически ориентированном побуждении к доминированию.
Таким образом, мы можем предположить, что в данном рисунке женщина демонстрирует симбиотические отношения с мужем, зависимость от него, потребность в дополнительной защите, пассивность в социальных отношениях. Все внимание женщины сосредоточено на детях, при этом, мать не является активным организатором этого процесса, но она стремится контролировать ситуацию. В семье выделены две микроструктуры: родители и дети, однако сын занимает центральное положение рисунка – именно на нем концентрируется чувство «Я» матери. Об этом же свидетельствует и цвет, преимущественно выбранный при рисовании детей – желтый. По мнению М.Люшера, данный цвет ассоциируется с солнцем, светом, с энергией, питающей жизнь. То есть воспитание детей, наблюдение за их развитием и контроль – является основной деятельностью, в которой воплощается «Я»-концепция автора рисунка.

 

Пострисуночный рассказ:
Это дружная семья. Они собрались вместе, дома. Папа пришел с работы, обнял маму, они – довольные смотрят на детей. Дети веселые и радостные. Мама и папа полюбили друг друга, родили детей, и очень их любят. Мама – добрая, спокойная, заботливая. Сейчас они пойдут вместе ужинать.

 

Можно сделать вывод о том, что в данном случае наблюдается описание внешней обстановки, а не отношений матери и ее детей. Акцент на диаде мать-отец.

 

Сказка «Юное дарование»
Жила-была дружная семья – я-мама, папа, дочка Настя 3-х лет и сын Валера 1 г. 8 мес. И вот однажды я купила Насте ее первые ножницы. Они были маленькие, и очень красивые. Насте ножницы очень понравились. И в дальнейшем эти самые ножницы сыграли немалую роль в жизни Валеры. А дело было так.
На первых занятиях с Настей я научила ее правильно держать в руке ножницы и вырезать фигурки по начерченному образцу. Ей очень понравилось это занятие. И в дальнейшем Настя вырезала самостоятельно.
Одним из вечеров, укладывая Валеру спать, я обнаружила, что соска деформирована. Оказывается, накануне Настя отрезала кончик соски, ничего никому не сказав. Так как у нас запасной соски не было, я дала ему эту самую. В таком негодовании Валера провел три дня. После чего он наотрез отказался от соски.
А ножницы Валера тоже очень полюбил, как только их принесли. Он всегда с интересом наблюдал, как Настя вырезает фигуры из листа.
И однажды он сам добрался до ножниц. И к моему изумлению, Валера правильно взял ножницы в руку и начал аккуратно, не спеша разрезать лист бумаги, как будто, он всю жизнь умел это делать.

 

Порядок перечисления членов семьи отражает их статусность. Главным героем этой сказки/рассказа является младший сын автора рисунка, при этом, как и в рисунке, мы видим наблюдательную позицию автора. В рассказе практически отсутствует взаимодействие матери с детьми. Даже эпизод с ножницами, когда мама учит дочь вырезать, она именно «учит», не вырезает вместе и т. п. Большое внимание в рассказе уделяется наблюдению за развитием способностей детей, что говорит о том, что тема развития познавательных, интеллектуальных способностей является важной для матери. Следует также отметить, что эта участница нарисовала два рисунка. На втором были изображены несколько ножниц и несколько отрезанных цветных кусочков бумаги. Судя по рисунку и рассказам, возможно, что сфере интеллектуального развития детей матерью уделяется больше времени и внимания, чем межличностному общению. Об этом свидетельствует, помимо перечисленных признаков также и то, что, несмотря на задание придумать сказку «Мать и дитя», автор назвала свой рассказ/сказку «Юное дарование». Пристальное внимание к развитию познавательных способностей детей может также свидетельствовать о стремлении к образу социальной желательности.

 

На рисунке 19 изображены мать и дочь, причем как в виде людей, так и виде животных. Включение в рисунок семьи животных, возможно, символизирует возмещение нехватки близких, теплых отношений, компенсацию недостаточности эмоциональных связей. Как и во взаимодействии мамы и дочери – людей, так и в кошачьей семье, мать обхватывает ребенка тесным кольцом своих рук, что свидетельствует о стремлении матери к симбиотическим отношениям. Непрорисованная нижняя часть тела может говорить о недостатке активности. Рисунок тщательно прорисован четкой, яркой сплошной линией, что говорит о стабильном эмоциональном фоне, отсутствии тревоги у автора рисунка. Особое внимание уделено изображению волос, причесок, украшательству, что подчеркивает женственность, сексуальность женщины, нарисовавшей рисунок. Даже кошка имеет очень женственное выражение мордочки. Улыбающееся солнце – символ тепла, энергии. Изображение шариков, бабочек свидетельствует как об инфантильности автора (А.Л.Венгер), так и об оптимизме, стремлению к демонстративности, положительном восприятии рисуемой ситуации. С другой стороны, включение в рисунок изображений солнца, бабочек, шариков, кошки с котенком также указывает на потребность респондентки в особой поддерживающей обстановке, ее стремлении быть окруженной внешними объектами.

рисунок 19

Рисунок 19

Пострисуночный рассказ:
Мать и ее ребенок счастливы. Они пришли на праздник. Им хорошо вместе, они безумно любят друг друга. Дочка – самое дорогое, что есть у мамы. Мама не может нарадоваться на свою красавицу. Затем они пойдут на любимые аттракционы.

 

Таким образом, можно диагностировать предоставление матерью заботы, внимания по отношению к ребенку (дочке) вне зависимости от ее актуального состояния. Концентрация на ребенке, недостаток автономии в общении.

 

Сказка «Мама и дочь»
Жила-была на свете женщина. Была у нее дочка необыкновенной красоты. Глазки синие, как море, губки алые как розы. Налюбоваться не могла мама на свою дочку, и больше всего на свете любила мама дочкин смех. А дочка очень хотела на маму быть похожа. Вот сядет мама читать, и дочка тоже берет книжку. Возьмется мама за вязание, и дочка просит: научи! Встает мама к плите, и дочке тоже обязательно что-нибудь состряпать хочется.
Ушла как-то мама в магазин, а дочка дома осталась. Думает: чем бы заняться. Достала цветную бумагу, клей, ножницы, фломастеры и стала клеить открытку для мамы. Написала: «Я люблю тебя, мамочка». Нарисовала красивый цветок и наклеила вырезанную из бумаги бабочку.
А мама тем временем купила для дочки белые туфельки с маленькими бабочками по бокам. Пришла домой и говорит: «Дочка, у меня для тебя подарок есть». Дочка отвечает: «И у меня для тебя тоже». Достала мама туфельки, а дочка – открытку: «Смотри, мама, у тебя бабочки, и у меня! Какие же у нас мысли одинаковые!»

В рассказе, как и на рисунке, чувствуется тесная взаимосвязь в отношениях матери и дочери: «Вот сядет мама читать, и дочка тоже берет книжку. Возьмется мама за вязание, и дочка просит: научи! Встает мама к плите, и дочке тоже обязательно что-нибудь состряпать хочется». Автор рисунка стремится увидеть в дочери свое отражение, идентичность собственных мыслей, чувств: «Смотри, мама, у тебя бабочки, и у меня! Какие же у нас мысли одинаковые!» В отличие от незамужних женщин с детьми, все внимание матери в рассказе сосредоточено только на ребенке. При этом если в первом рассказе замужней женщины с ребенком особое внимание было сосредоточено на развитии познавательных способностей ребенка, то в данном рассказе для матери важен красивый внешний вид дочери, что в свою очередь представляет собой проекцию ее собственной «Я»-концепции.
В результате обсуждения на семинаре «Искусство быть родителем» были выявлены следующие особенности: для некоторых работ характерно выделение в них идеи о необходимости принятия самостоятельности личности ребенка. В сказках символически отражена актуальная ситуация взаимодействия матери и ребенка, что говорит о стремлении принятия и осмысления авторами их жизни, их отношений с ребенком и социумом. Так, и в первом, и во втором рисунке происходит как бы внутренне осмысление того, что ребенок – отдельная личность, которому, также как и его матери придется пережить в жизни много трудностей: изображено море как символ огромного жизненного пространства, в котором ребенку предстоит все-таки плавать самостоятельно, а мать сможет оказывать только эмоциональную поддержку. На рисунках женщин мать стремится оберегать, защищать, поддерживать ребенка, однако существует определенная тревога и дистанцированность в отношении эмоциональной близости с ребенком, а зачастую и эмоциональное отчуждение. Большинство матерей изображали себя и ребенка символически, что в некоторой степени может свидетельствовать о незавершенности процесса сепарации-индивидуализации, а также двойственности взятой на себя роли (и мать, и отец). В частности, на представленных рисунках матери не только изобразили себя в виде символов, но также сами символы как бы бесполые: сердце, солнце (оно).
В другой группе работ отношение матери к ребенку обусловлено проекцией собственной «Я»-концепции, и во многом зависит от благополучности отношений женщины со своим супругом. Большинство испытывают потребность в поддерживающей обстановке как со стороны мужа, так и со стороны окружения (ребенка в том числе). Недостаток внимания, эмоциональной теплоты в общении с мужем, а также недостаток активного взаимодействия с социумом (если таковой имеется), женщины компенсируют в общении со своими детьми. Женщины данной группы в большей степени, чем остальные склонны к построению симбиотических отношений со своими детьми, контролю.

 


 


4. Арт-терапия как способ преодоления эмоциональных проблем


Мы уже много говорили о том, как важно для ребенка принятие и доверие со стороны родителей. Для того, чтобы стать самим собой, ребенку необходимо позволить быть самим собой.


4.1. Тревожные дети


В практике я часто сталкиваюсь с такими случаями, когда родители уделяют много внимания ребенку, стараются для него создать оптимальные условия, но, тем не менее, ребенок испытывает эмоциональный дискомфорт. В чем это выражается? Рассмотрим основные признаки:
• нарушения сна, аппетита,
• ребенок с трудом привыкает к новой обстановке,
• плаксивость, которую родители принимают за капризы,
• повышенная тревожность,
• застенчивость, неуверенность,
• обидчивость, ранимость,
• агрессивность.

Родители имеют дело уже со следствием, то есть с проявлениями эмоциональных проблем своих детей. С помощью психолога они пытаются понять причины эмоциональных нарушений. Обычно сами родители принимают такого рода проблемы как проявление нервности ребенка, отчего он стал таким, редко интересует.

В качестве яркого примера вспоминается такой случай. 9-летняя девочка, зовут Марина, хорошо учится, с одноклассниками прекрасные отношения, в школе ее любят учителя, она прилежная, воспитанная, вдруг…стала бояться ходить в школу. И не только в школу, она перестала бывать где-либо без мамы. В магазине, в гостях Марина обязательно должна была быть вместе с мамой, и не просто быть с ней, чтобы дочка не тревожилась, маме необходимо было находиться в зоне видимости дочери. «Эта невыносимая ситуация, – как выразилась мама, – продолжается уже месяц. Раньше она с удовольствием одна ходила в школу, отпускала меня в магазин, а сама сидела дома. Сейчас нам надо везде быть вместе, иначе будет истерика. Мне пришлось на работе взять отпуск и сидеть с ней вместе на уроках на последней парте. Хорошо, что учителя пошли на встречу, все-таки они хорошо к нам относятся.»
Мы стали вместе разбираться, в чем же причина такого поведения и такой эмоциональной реакции на отсутствии матери. До этого Марина спокойно отпускала маму, не капризничала. Марина воспитывается в полной семье, папа уделяет много времени общению с дочерью, он внимательный и заботливый отец. Мама тоже делает всё, чтобы помочь дочери. Но все их попытки не приводят к успеху, Марина продолжает настаивать, чтобы мама была рядом, иначе она никуда не пойдет.
Когда мы стали анализировать вместе с мамой события, которые предшествовали таким изменениям в поведении дочери, мама сказала, что почти два месяца назад умер свекор, дедушка Марины. Он уже был старенький, нельзя сказать, что Марина не была к нему привязана, жили они отдельно. На похороны родители решили Марину не брать. Около месяца назад Марина гостила у бабушки, конечно, бабушка переживала смерть мужа – дедушки Марины. Будучи мусульманкой, бабушка поведала своей внучке, что дедушка теперь в раю, и ему там хорошо, что скоро она, бабушка, встретится там с ним. Но мама девочки – православная, где же будет ее мама после смерти? Это будет христианский или мусульманский рай? Этот важный вопрос для Марины остался без ответа. Сама девочка воспитывалась в традициях мусульманской религии. Детская психика нашла свой парадоксальный ответ на этот непростой вопрос даже для взрослых. Быть всегда с мамой, чтобы с мамой ничего не случилось, и чтобы мы не расставались даже потом, после смерти. Эта своеобразная психологическая защита от страха перед неизвестностью. Девочка пыталась, сама того не осознавая, по-своему обезопасить мать. Именно этим объясняется ее странное поведение, с точки зрения родителей. Конечно, сама Марина не могла объяснить, что с ней происходит, она сама не понимала, почему она вдруг стала бояться находиться без мамы, раньше она спокойно общалась с подружками, ходила в школу, и ничто ее не тревожило. Как повлияли на нее слова бабушки, сама девочка не могла знать, ведь это иррациональный страх, то есть страх не поддающийся разумному объяснению.

В данном случае можно рассматривать повышенную тревожность девочки как переживание эмоционального дискомфорта, связанное с ожиданием опасности, со страхом потерять родного человека. Основатель гештальт-терапии Ф.Перлз дал образное представление о тревоге – «тревога – это брешь между сейчас и тогда». Страх, как правило, это реакция на реальные события, а тревога – это переживание, вызванное тем, что еще не случилось, но может случиться. Тревожный человек склонен негативно прогнозировать будущее и заполнять «пропасть» между «сейчас» и «что случиться потом» страшными картинами и образами. Марина тоже заполнила эту «брешь» так, как могла. Она решила, пока мама рядом, с мамой ничего не случится, значит, можно не тревожиться сейчас, и не думать, что будет потом. Получается, что тревога – это страх того, что еще не случилось, но может случиться. Страх смерти – это страх перед неизвестностью, это страх неопределенности, это экзистенциальный страх, который испытывают все люди. Поскольку это иррациональное чувство, то и освободиться от него можно не на рациональном, а эмоциональном уровне. Объяснения и просто слова вряд ли успокоят девочку. Обычно в таких случаях, когда взрослые сталкиваются с необоснованными, как им кажется, страхами детей, то родители пытаются как бы отговорить ребенка бояться. «Этого не стоит бояться, это не страшно», «не бойся», «не будь трусом» – обычные фразы, которыми мы надеемся поддержать ребенка. А получается наоборот, ребенок еще больше уходит в свои переживания, но уже не хочет делиться ими, рассказывать взрослым о своих страхах, потому что знает, что его не поймут.
Ребенок испытывает сильное чувство, страх сковывает его, не дает ему быть спокойным и уверенным, и в это время, вместо поддержки он слышит: «Не бойся». Человек не может бояться или не бояться по приказу. Поэтому, прежде всего, общаясь с ребенком на столь деликатную тему, когда он доверят вам, рассказывая о своих страхах и тревогах, необходимо проявить эмпатию, о которой мы уже много говорили. Простые слова: «Я понимаю, что ты сейчас испытываешь, я знаю, как это страшно, когда не знаешь, что произойдет потом», – намного ценнее для ребенка, чем попытка неуклюже «успокоить». Проговаривая ребенку его чувства, словно принимая их, вы подтверждаете, что понимаете, что с ним происходит, вы не отрицаете его чувства, вы ему на самом деле со-чувствуете (то есть чувствуете вместе с ним). Это создает ребенку безопасное пространство переживаний. Он понимает, что он уже не одинок в своем страхе. Именно это придает ребенку больше уверенности в преодолении страха.
Какие арт-тераветические методики могут помочь Марине справиться с чувством тревоги? Надо помочь ребенку отреагировать свои эмоции, иными словами, выразить их вовне. Фрагмент разговора с Мариной представлен ниже:

– Сейчас мама рядом с тобой. Марина, если бы можно было выразить цветом твои эмоции сейчас, то какой это был бы цвет или цвета?
Марина: Это сине-голубой цвет, как морская вода.
– Хорошо. Сине-голубой… Возможно, эта эмоция имеет ка- кую-то форму?
Марина: Да, это что-то круглое, как шар.
– А из чего сделан этот шар?
Марина (весело): Он плюшевый, мягкий.
– Получается сине-голубой плюшевый, мягкий шар – это какое чувство?
Марина: Это спокойствие!
– Давай нарисуем твое спокойствие.
Марина с удовольствием изобразила шар, символизирующий ее спокойствие. Ей это было легко и приятно. Важно, чтобы ребенок мог найти сначала ресурсное состояние, а потом уже говорить о том, что беспокоит ребенка.
– Марина, когда ты не хочешь отпускать маму, какие чувства ты испытываешь? На что это похоже? Какого цвета, какая форма?
Марина (задумчиво): Это похоже на бомбу, огромную бомбу. Она железная, металлическая.
– А если пофантазировать и представить, что ты прикасаешься к этой металлической, огромной бомбе, то какие чувства ты испытываешь, на что это похоже?
Марина (испуганно): Она холодная. Неприятно, мне страшно…
– Да, Марина, неприятно прикоснуться к такому, мне тоже было бы страшно. А давай нарисуем ее, чтобы я и мама могли увидеть, как это выглядит.
Марина рисует.
– Смотри, теперь мы можем взять два рисунка, посмотреть на них внимательно и нарисовать третий рисунок. Этот рисунок будет забавным. Мы сейчас с тобой будем рисовать плюшевую бомбу сине-голубого цвета. Ты такое где-нибудь встречала?
Марина (вовлечено): Плюшевая бомба?! Это здорово, она получится мягкой. Третий рисунок Марины помог ей по-другому отнестись к своему страху. Оказывается, она теперь может «смягчить» это леденящее душу чувство страха. Бояться неопределенности, того, чего не знаешь, нормально и естественно. Страх нам дан для того, чтобы мы были осмотрительными, осторожными. Но вот только наша осторожность не должна мешать нам жить.
– Давай вместе подумаем, что может тебе помочь превратить страх в осторожность?
Марина: (с интересом): Вот, когда надо переходить дорогу, я осторожно выглядываю, выходя из автобуса, но я же не боюсь машин. Я просто смотрю.
– Да, получается, что ты можешь опираться на себя, когда принимаешь решение переходить дорогу или нет?
Марина: Да, я знаю все правила.
– Марина, а можно так же спокойно, но одновременно с чувством осторожности отпускать маму?
Марина: Если ненадолго, то можно.
– Отлично, смотри, когда будешь отпускать маму, ты можешь вспоминать свой забавный рисунок, давай, его назовем «Плюшевая бомба».
Марина: «Плюшевая бомба» – это смешно!

На последующих занятиях Марина рисовала то, что ее беспокоит, и уже сама представляла, как это может выглядеть в забавной форме. После того, как Марина научилась самостоятельно отреагировать свои негативные эмоции, мы могли подойти к главной теме, которая ее беспокоила больше всего. Что произойдет с ней, с ее родителями, которые относятся к различным религиозным конфессиям, после смерти. Конечно, обсуждение этого вопроса не может носить конкретный характер. Беседуя со своей дочерью, мама произнесла: «Марина, и я, и папа очень любим тебя. Мы все вместе, независимо от того, какая у нас вера. Для того, чтобы быть вместе, не обязательно находиться всё время рядом. Нас всех объединяет любовь». Для Марины важно было услышать именно то, что объединяет, а не разъединяет ее родителей.
После бесед с мамой, с девочкой, мы прочитали медитативную сказку «Родничок», представленную в предыдущей части книги. После прочтения Марина произнесла очень важные слова, эти слова помогли ей принять то, с чем раньше она боялась соприкоснуться. «Теперь я знаю, что люди, как Родничок, сначала становятся ручейками, реками, а потом огромным морем. Значит, мы не исчезаем!» – философски обобщила девочка. К сожалению, многие родители считают, что с детьми бесполезно говорить на философские темы, в то время как эти вопросы все равно дети задают себе. Им хочется понять, что такое жизнь, счастье, добро и зло, смерть и потери. Было время, когда мы замалчивали сексуальные проблематику, считая, что детям рано об этом говорить, потом выяснялось, что они об этом узнали уже из других источников. Так же дело обстоит и с вопросами экзистенциального характера, то есть вопросами своего существования, сущности бытия. Нам кажется, что говорить об этом не стоит, тем более, что точных ответов на эти вопросы не существует, но, по крайней мере, можно обсуждать, делиться своими соображениями по этому поводу. Доверительный разговор, где вы сможете использовать понятные для ребенка метафоры, сравнения помогут ему справиться с болезненными переживаниями и страхом потерять близких. Такие беседы помогли Марине осознать свою идентичность, несмотря на межконфессиональные различия родителей, понять, на что она может опираться в своей жизни. Это очень важный момент в становлении развивающейся личности. Ни мама, ни папа даже не предполагали, что их 9-летнюю дочь могут беспокоить такие проблемы.
Образы природы, цикличность природы, ее способность возрождаться после зимы также может быть метафорой, которую будет терапевтически воздействовать на ребенка. Так, можно придумать историю про красивую березку, шелест зеленой листвы которой радует, осенью листья желтеют и опадают, зимой ветки покрываются снегом, но наступает весна, и набухшие почки напоминают нам, что скоро это красивое дерево снова станет зеленым. У нас у всех есть образы, метафоры, которые помогают нам принимать то, что экзистенциалисты называют «данности существования», то есть то, чего нельзя избежать, но, тем не менее, можно жить и наслаждаться жизнью. Эту способность наполнять смыслом свою жизнь, видеть прекрасное, творчески относиться к жизни, получать удовлетворение от того, что ты делаешь: от работы, воспитания детей, от общения мы тоже передаем своим детям. Как писал А.С.Макаренко: «Не думайте, что вы воспитываете ребенка только тогда, когда вы с ним разговариваете, или поучаете его, или приказываете ему. Вы воспитываете его в каждый момент вашей жизни, даже тогда, когда вас нет дома».


4.2. Причины агрессивности детей


Для многих родителей под агрессивностью ребенка понимается его неуправляемость. Если ребенок меня не слушает, если он делает не то, что мне нравится, значит – он упрямый, а это приводит к агрессивному поведению.

Однажды мне позвонила молодая мама 2-летнего малыша. Она была встревожена… «сексуальной агрессией» своего сына. «В чем же это проявляется?» – спросила я. «Он хватает всех женщин за ноги и кусает их во время прогулки, у него нездоровый интерес к женским ножкам», – невозмутимо ответила мать. Я представила эту картину: мама с ребенком вышла на прогулку. Как это обычно бывает, молодые мамы стоят вместе обсуждают свои «взрослые» проблемы, а малыши путаются под ногами. А самый отчаянный, чтобы напомнить о себе, хватает то, что находится на уровне его глаз. Интерпретация мамы соответствует ее пониманию и представлению, как должен вести себя 2-летний ребенок на прогулке. «Ты мне дома надоел, иди, поиграй в песочнице», – говорит мама. А сын ей хочет сказать: «Мама, ты мне дома не уделяешь внимания, хотя бы здесь поиграй со мной!». Ребенку явно недостает тактильного контакта, эмоционального тепла и заботы. Ребенок хочет, чтобы с ним общались на его уровне и уделяли внимание. В данном случае достаточно было телефонного разговора, чтобы мама пересмотрела свои взгляды на общение с сыном и перестала в нем видеть «агрессивного, сексуально-озабоченного» ребенка. Надо отметить, что этот случай показал, что, порой, увлечение психологической литературой, в частности, трудами З.Фрейда, со стороны мамы, привело к обратному результату. Она стала трактовать поведение ребенка буквально как проявление ранней сексуальности. Это еще раз показывает, что не стоит увлекаться психоаналитическим теориями людям, не являющимся специалистами в этой области.

Говоря о природе детской агрессии, надо отметить, что, в первую очередь, в основе этой агрессии лежат подавленные эмоции. Запрет на выражение гнева, раздражение, обиды, боли в большинстве случаев приводит к эмоциональной глухоте, к неспособности понимать и чувствовать боль другого человека. Второй причиной агрессивности детей является жесткое авторитарное воспитание, физическое и психологическое насилие по отношению к ребенку. Привычный аргумент многих родителей, что их в детстве били, и поэтому они выросли достойными людьми, не всегда может оправдывать жестокость. Ребенок не является полностью вашей копией, он не может повторить вашу судьбу, и он реагирует на жестокость по-своему: либо замыкается в себе, либо проявляет агрессию.

Рассмотрим еще один пример. В данном случает речь идет о школьнике, ему 8 лет, учится во втором классе. Мама привела его к психологу, потому что все «педагогические» методы уже не работают. Это был уже конец учебного года, май месяц. Учителя школы, в которой учился Максим, сказали маме, что не хотели бы видеть его в третьем классе своей школы в будущем году, если он не изменит свое поведение. У мамы и Максима было три летних месяца, чтобы что-то изменить. Мама протянула мне педагогическую характеристику ученика 2-го класса, которую учителя составили на педагогическом совете. Максим не соблюдает дисциплину, плохо учится, дерзит учителям, не выполняет домашние задания, бьет одноклассников, с ним никто не дружит. В заключении было указано, что мальчику рекомендуется обучение в коррекционном классе.
На первый взгляд, безвыходная ситуация. Конечно, маме не хотелось мириться с вердиктом педагогов, но и педагогов можно понять. По совету учителей мама уже водила сына к психиатру, но врач с медицинской точки зрения не увидел никакой патологии, проблема психологическая. Значит, надо искать психологические причины такого поведения. А что же сам Максим? Он совсем не производил впечатления злостного нарушителя дисциплины, скорее, казался тихим и даже запуганным. Чувствовалось, что «хождение» по специалистам вызывало у него серьезные опасения: он явно был растерян, поэтому пока не понимал, как реагировать. Так, как он привык, то есть агрессивно, уже не помогало, а по-другому он не умел. Поэтому было принято решение оставить его в покое, Максим уже достаточно наслушался воспитательных разговоров, все равно они ни к чему хорошему не приводили.
Первые три консультации проводились только с мамой. В ходе беседы выяснилось, что родители Максима развелись год назад. Но отец часто навещает сына и считает необходимым «воспитывать» его, особенно эта потребность у отца усиливается, когда он выпьет. Отец бьет мальчика за любую провинность, за замечания в дневнике, он все время недоволен поведением сына, во всем упрекает мать. Несколько раз Максим был свидетелем ссор родителей, и рукоприкладства отца по отношению к матери. То, что свою слабость можно прикрывать безнаказанной агрессией, – это, пожалуй, единственный «урок», который вынес сын от общения с отцом. Этот жизненный опыт мальчик перенес и в свою школьную жизнь. Чтобы не чувствовать себя уязвимым, чтобы не допускать мысли о своей слабости, нужно сразу дать отпор. Не надо ждать, когда надо будет защищаться, надо сразу нападать. Получается, что в основе такого агрессивного поведения лежит внутренняя неуверенность, неверие в свои силы, знания, неверие в то, что тебя любят, ценят, что с тобой хотят дружить. Проявление агрессии – это следствие, это неадекватная форма выражения внутреннего конфликта между тем, что может ребенок, и тем, каким его видят окружающие.

По мнению психоаналитика Карен Хорни, – первой женщины в Германии, получившей разрешение изучать медицину в начале двадцатого века, одной из оппоненток З.Фрейда, – тревога возникает в результате отсутствия чувства безопасности в межличностных отношениях. Вследствие чего, ребенок неосознанно ищет способы компенсации базальной тревоги. К.Хорни выделила три вида ориентации, снижающих уровень тревоги.
• Ориентация на людей (уступчивый тип). Для такого типа ориентации характерны зависимость, нерешительность, желание оправдывать ожидания других людей. Уступая другим, люди такого плана надеются, что будут в безопасности.
• Ориентация от людей (обособленный тип). Такого рода взаимоотношения обнаруживает у тех, кто считает, что дистанцированность, отстраненность от других поможет им справиться с тревогой.
• Ориентация против людей (враждебный тип). Этот стиль поведения предполагает доминирование, стремление манипулировать другими, отвоевывать свое жизненное пространство с помощью силы.

Можно сказать, что агрессивные дети выбирают последний тип реагирования – ориентацию против людей – как способ компенсировать базальную тревогу из-за отсутствия чувства безопасности. Следовательно, психотерапевтическое воздействие должно быть направлено на обретение чувства защищенности со стороны близких. Когда ребенок находит поддержку со стороны взрослых, когда он уверен в себе, ему нет необходимости агрессивно защищать себя.

После того, как мама Максима поняла, в чем причина такого поведения ее сына, можно было показать ему другие способы достижения уверенности в себе. Маме и Максиму было предложено снять забавный видеоролик на тему: «Как мы проводим выходные дни». Оказалось, что Максим с удовольствием взялся за выполнение такого домашнего задания. Оно ему совсем не напоминало те, что приходилось делать в школе. В 5-минутном ролике, который они принесли на занятие, было много шуток, юмора. Максим катался на роликовых коньках во дворе и снимал то, что ему казалось интересным. Мама стояла неподалеку и вносила свои комментарии. Важно было вовлечь мальчика в совместную деятельность, найти то, что будет для него интересным. Как выяснилось, он еще любит фотографировать. Одним из современных видов арт-терапии является фототерапия. Значит, можно с Максимом работать, применив метод, который ему будет интересен. Следующим домашним заданием было сделать фотографии, с помощью которых он может выразить свои чувства. Видно было, что ему не очень ясно задание, но все равно ему хотелось фотографировать, ведь мама согласилась, что даст ему свой фотоаппарат. Для меня же важно было не то, какие именно снимки он принесет, а что эти снимки создадут для нас пространство диалога и помогут самому Максиму исследовать свои чувства. Фотоснимки всегда работают на двух уровнях: конкретном и символическом. Любая фотография – это не только визуальная информация о человеке, но и проекция его чувств и переживаний в тот момент, когда он сделал снимок. Обсуждение по поводу такого снимка – это возможность проанализировать эмоциональные ассоциации.
Максим принес 6 фотографий. Он их просто прокомментировал: «Это радость», – на фото были изображены его роликовые коньки. «Это грусть», – соответственно фотография закрытого школьного дневника. «Это ненависть», – фотография пустой бутылки из-под пива. «Это просто плохое настроение», – фотография изображала беспорядок на столе. «А это я просто маму сфотографировал, когда она смотрела телевизор», – улыбаясь, произнес Максим. «А это наша кошка, ее зовут Василиса.» Какое чувство выражала кошка на фотографии, для Максима было пока не ясно.
– Почему именно это ты выбрал для снимка?
Максим: Просто, когда я смотрю на свои школьные тетрадки, дневник – мне становится грустно, и это я сфотографировал.
– А пивная бутылка?
Максим: Ее папа оставил на столе… А когда я собираюсь кататься на роликовых коньках я радуюсь, поэтому я сфотографировал свои коньки. Правда, они красивые?
– Да, очень. А ты давно научился кататься на коньках?
Максим: Два года назад.
– Когда ты впервые встал на коньки, было страшно?
Максим: Нет, я сразу поехал, и не думал падать.
– Давай мы с тобой возьмем это состояние, когда ты уверен, что не надо бояться, что у тебя получится, и сделаем такой снимок, где есть это настроение. Сможешь принести на следующее занятие?
Максим пообещал, что на следующем занятии я обязательно увижу то, что отражает его уверенность. Мне было очень интересно, что может выражать такое многогранное состояние для Максима. Новая встреча с Максимом была содержательной, он уловил идею фототерапии и научился с помощью своих фотографий выражать то, что его волнует, интересует, раздражает, придает уверенность. Это был целый альбом. Это были и образы природы, и натюрморты, и постановочные кадры. Меня удивило, как 8-летний мальчик сумел уловить нюансы и передать свое настроение. Мама призналась, что она помогала сыну. В данном случае такая совместная работа помогла им лучше понимать друг друга. Вместо того, чтобы ругать сына и ждать от него безупречного поведения, мама с сыном нашли новое и увлекательное занятие, которое их объединяло и давало простор для фантазии и обсуждения сложных вопросов. Снимок, который выражал уверенность Максима, был сделан с колеса обозрения, когда они были с мамой в парке отдыха. Он так прокомментировал этот кадр:
Максим: Было так высоко, но я не боялся, мне так понравилось, что сверху всё такое красивое и маленькое, как игрушечное.
– Что-нибудь ты хотел бы изменить на этой фотографии?
Максим: Нет, мне здесь всё нравится.
– Какие чувства у тебя возникают сейчас, когда ты смотришь на фото?
Максим: Как будто я летаю. (улыбаясь) И я вижу землю с высоты.
– Тебе нравится состояние полета, а еще в какие моменты можно испытывать такое состояние, Максим, как ты думаешь?
Максим: Когда сделал что-то, и у тебя получается, когда тебя хвалят.

Когда мама слушала наш диалог, у нее появились слезы на глазах. После она мне призналась, что для нее впервые стало ясно, как мало она раньше поддерживала своего сына, и как много она требовала от него, не объясняя зачем. Такое озарение или, как называют психологи, инсайт важная составляющая психологической работы. Вследствие такого инсайта происходит переосмысление своего родительского опыта, своей позиции. И, естественно, изменение родительской позиции приводит и к изменениям в поведении ребенка. Мама поняла, что свои нерешенные проблемы с бывшим мужем она должна решать сама, без участия сына, что, общаясь с сыном, необходимо учитывать его эмоции, уважительно относиться к его интересам и увлечениям.
Фотографии в данном случае помогли маме разглядеть в сыне новые черты, увидеть в нем проявления творческой натуры. Речь, конечно, не идет о качестве фотографий, а, скорее, о том, что с помощью этих фотографий мальчик рассказал больше о себе и объяснил маме, как он хотел бы, чтобы к нему относились.
В результате осенью Максим пошел в новую школу, где у него появились друзья, он стал лучше учиться. Новые педагоги не могли предположить, какие характеристики давались Максиму в прежней школе. Самое главное – он поверил в себя, поверил, что он может быть лучше.

Описанный случай показывает, что причинами агрессивного поведения были:
• Агрессивность по отношению к сыну со стороны отца,
• Непонимание и незнание сильных сторон своего сына со стороны матери,
• Неуверенность в себе, чувство беспомощности самого мальчика.

Чтобы избежать агрессивных проявлений в поведении ребенка следует придерживаться следующих правил:
• Не следует говорить о своем ребенке плохо. Даже, когда вы делаете ему замечания, говорите о его поступке или проступке, а не о его личностных характеристиках. В высказываниях «Ты ни на что не способен» и «Я расстроилась, что ты не выполнил это задание, давай подумаем, как можно его выполнить» отражаются разные родительские установки.
• Нельзя унижать своего ребенка. Физическое и психологическое насилие тормозит развитие личности ребенка и вызывает в нем агрессию.
• Наказывая ребенка, нужно четко объяснить ему, за что его наказывают. Предложение: «Иди и подумай над своим поведением», – только ставят детей в тупик.
• Для ребенка должны быть ясны критерии как наказания, так и поощрения.
• Учитывайте, что ребенок имеет право с вами спорить. Найдите достаточно аргументов, чтобы убедить его в обратном.
• Обсуждая с ребенком негативные формы его поведения, учите его обдумывать альтернативы своих поступков. Покажите, какие еще существуют варианты поведения в подобных случаях.
• Направьте свои воспитательные усилия на то, чтобы помочь ребенку стать тем, кто он есть. Развивая свои сильные стороны, он добьется большего.


4.3. Напряженная обстановка в семье. Развод родителей


Разногласия между родителями, семейные ссоры, скандалы, развод родителей, безусловно, являются факторами, приводящими к эмоциональным расстройствам детей. В данной главе мы рассмотрим, как минимизировать негативное влияние этих факторов на детскую психику с помощью методов арт-терапии.
Конфликты не лучшая атмосфера для развития личности ребенка, однако бесконфликтной среды не существует. В процессе роста и развития ребенок учится самостоятельно искать выход из сложившейся конфликтной ситуации.
В психологии есть понятие «внутриличностный конфликт», выражающее внутренние противоречия, которые есть у всех. Например, конфликт между тем, что человек хочет и должен делать, – нравственный конфликт. Конфликт между тем, что он хочет и может – конфликт нереализованного желания. Ребенок, развиваясь, учится соподчинять мотивы, то есть определять, что для него важнее в данном случае, определять свои возможности на основе адекватной самооценки, ставить перед собой новые цели, соотнося их с ценностями и своими потребностями. Таким образом, он ищет способы разрешения внутренних противоречий. Будучи невольно вовлеченным во внешний, родительский конфликт, ребенок не в состоянии найти пути решения, или эти решения носят неадекватный характер.

Я помню грустные взрослые глаза 7-летней девочки Кати, которая часто повторяла, рассказывая о своих родителях: «Они без меня совсем пропадут». Конечно, она где-то слышала эту фразу, может, от бабушки, но произнося ее каждый раз, она подчеркивала, что ответственность за семью лежит на ней. Родители ссорятся, совершают глупости, а она вынуждена быть «примирителем», «цементом» семьи. Конечно, девочка хочет, чтобы мама и папа были всегда вместе, но ведь не все от нее зависит. Она чувствует, с одной стороны, свою беспомощность, а с другой – ответственность… У Кати бронхиальная астма.

Некоторые болезни детей – это неадекватный способ повлиять на родителей, дети неосознанно прибегают к такому решению. Ведь, когда они болеют, родители вместе занимаются ребенком, значит, они больше не будут ссориться и расставаться. Что чувствует маленький ребенок, когда оказывается вовлеченным в конфликт родителей? Чаще всего, как ни странно, это чувство вины. Ребенок чувствует себя виноватым, он считает, что родители ссорятся из-за него, что папа ушел из семьи, потому что он или она плохо вели себя, не слушались, что-то делали не так. Он чувствует себя недостаточно хорошим, чтобы быть счастливым. Это глубинное чувство, ребенок не может сам объяснить его. Внешний конфликт родителей у ребенка выражается во внутренних противоречиях: он хочет, но не может сделать так, чтобы родители были вместе. Болезнь – это единственный способ напомнить о себе, о своих желаниях, это возможность снова видеть родителей вместе. Болея, ребенок словно «наказывает» себя за неспособность помирить родителей.

Другой случай, показывающий, как развод родителей может повлиять на ребенка. Папа Алеши ушел из семьи, когда ему было 5 лет, сейчас ему 6 лет. Он живет с мамой и бабушкой. Мама, как это, к сожалению, часто бывает, настраивала сына против отца. Мама и бабушка часто в присутствии мальчика говорили нелицеприятные вещи об отце, утверждали, что отец не должен навещать сына, так как он может плохо повлиять на ребенка. «Мы его не пустим к тебе», – фраза, которая постоянно произносилась Алеше. Маме казалось, что она оберегает сына от «злого» отца, но в представлении мальчика, особенно в 5–6 лет, отец олицетворяет модель мужского поведения, является предметом подражания, идентификации. Мальчик, отождествляя себя с отцом, определяет мужскую идентичность. Бессознательно ребенок ищет выход из столь сложного внутреннего конфликта: с одной стороны, папа – пример для подражания, а, с другой стороны, по словам мамы и бабушки, – это «монстр», которого нельзя подпускать к ребенку. Естественно, мальчик не анализирует эту ситуацию так, как сейчас рассматриваем мы. Если предположить, что этот внутренний конфликт усугубляется еще и, так называемой, «Эдипальной» проблематикой, то становится понятной причина страхов Алеши. (По мнению психоаналитиков, мальчик в возрасте 3–6 лет хочет символически устранить отца и занять его место.) Нормальным разрешением Эдипального комплекса является идентификация с отцом. Иными словами, мальчик может сказать себе: «Когда я вырасту, я буду как папа, и смогу любить такую женщину, как мама». Но, как мы понимаем, в случае Алеши такой способ разрешения внутреннего конфликта не предвиделся. Все свои негативные чувства, направленные на себя, на родителей Алеша вынес вовне, всё самое страшное, чего он мог допустить до осознания, что он сам не мог объяснить для себя и не чувствовал поддержки со стороны взрослых, он выразил в иррациональном страхе неведомых ему грабителей. Грабители для мальчика – это олицетворение чужеродного, чуждого, что может ворваться в личное пространство и нарушить его.
Его беспокоили навязчивые страхи. С недавних пор он был уверен, что ночью в квартиру могут ворваться грабители. Поэтому каждый раз перед сном он проверял исправность дверных замков, в прихожей перед входной дверью он оставлял ведро с водой в надежде, что грабители споткнутся, все услышат грохот и проснутся. Переубедить его, объяснить, что «защита» в виде ведра не имеет смысла, было бесполезно. Алеша настаивал на своем, не мог уснуть без своих привычных ритуалов. Возможно, ему казалось, что после ухода отца он единственный защитник в семье, и должен охранять дом. И делал это он так, как понимал в свои 6 лет. Мама и бабушка были обеспокоены его странными ритуалами и страхами. Желание «обезопасить» жилище носило уже навязчивый характер.
Страх нападения, проникновения в жилище достаточно распространенный страх у детей. Он связан с чувством незащищенности. Все ритуалы – это неуклюжая попытка защитить себя и своих близких.
Мы уже знаем, что бесполезно говорить ребенку, что не надо бояться. Поэтому стоит сначала разобраться, как он представляет себе самых страшных грабителей. Я предложила Алеше вылепить из пластилина самых страшных грабителей, каких только он себе представляет. Это были черные монстры неопределенной формы.
– Хорошо. Алеша, что ты чувствуешь, когда ты видишь сейчас на столе этих монстров?
Алеша: Я хочу их размазать (ребенку трудно выделить и назвать свое чувство, он его может выразить в желании действовать).
– Ты же можешь это сделать, как ты хочешь их размазать?
Алеша: (с удовольствием раскатывает пластилин, словно тесто) Вот теперь они не страшные, это просто блинчики. (смеется)
– А что теперь хочется сделать с такими «блинчиками»?
Алеша: Есть я их точно не хочу, они черные и невкусные…
– Давай попробуем что-то новое вылепить их этих «блинчиков», мы же можем добавить туда пластилин другого цвета, и получится что-то интересное. Можем у мамы спросить, что бы она вылепила.
(Как правило, на занятиях с детьми дошкольного возраста родители тоже присутствуют и активно включаются в процесс. Это помогает родителям дома по-другому относиться к играм ребенка, иначе воспринимать рисунки, по-новому общаться со своими детьми.)
Мама предложила добавить туда пластилин красного и зеленого цветов. Тогда получится красивый ковер-самолет, на котором летал Старик-Хоттабыч. Алеше эта идея понравилась. Такая трансформация страхов, когда ребенок на символическом уровне видит изменения, и сам может участвовать в таком преобразовании, формируют у ребенка чувство уверенности: он может теперь управлять своим страхом.
– А куда бы ты хотел полететь на этом ковре-самолете?
Алеша: (очень робко) К папе…
– И что бы вы делали с папой?
Алеша: Мы бы с ним гуляли, играли в футбол, потом я бы ему показал все свои новые игрушки.
Безусловно, мама знала, что мальчик тянется к отцу и хочет с ним общаться, но до этого мать не видела связи между страхами ребенка и отношением к отцу. Теперь для нее эта связь стала очевидной, для нее стало понятным, что навязчивый страх грабителей у ее сына – это вытесненное желание быть с отцом, которого не пускают к ребенку. Двери, замки, ведра с водой – символически это все те преграды, которые не дают им встречаться. Мальчик сам боится своих желаний и сам себя «наказывает» за неправильные, с точки зрения, мамы и бабушки желания.

Арт-терапия в данном случае помогла раскрыть внутренние противоречия Алеши, она дала возможность маме увидеть и понять, что происходит с ее сыном на эмоциональном, иррациональном, бессознательном уровне. Но, нужно иметь в виду, что такая работа требует знаний не только в области арт-терапии, требует терпения и внимания, как со стороны психолога, так и родителей. Успех в психологической работе с детьми во многом зависит от мотивации самих родителей, от готовности родителей изменяться, пересматривать свои родительские установки. В данном случае маме стоило огромного труда, внутренних усилий для того, чтобы простить бывшего мужа и позволить ему встречаться с сыном. Мальчику необходимо было чувствовать, что, несмотря на разногласия взрослых, он остается желанным и любимым для обоих родителей, что, уйдя от мамы, сына он не бросил.

Рассмотрим еще одну ситуацию, которая связана с нерешенными проблемами родителей. Ко мне обратилась мама 7-летней девочки, зовут ее Юля. Когда ей еще не было годика, родители развелись. Мама вышла снова замуж, от второго супруга у нее сын. Юля растет в дружной семье, второго супруга мамы называет папой, у нее есть братик, которого она любит. Биологический отец, первый супруг, за все эти годы не проявлял интереса и не хотел видеться с дочкой. Однако, узнав, что семья планирует уехать на длительное время жить за границу, решил проявить свои «отцовские» чувства и не давать согласия на вывоз ребенка. Возможно, это для него являлось единственным способом отомстить бывшей жене. Как поступить в таком случае, стоит ли дочери общаться с биологическим отцом, объяснять ей, что у нее есть еще один папа, или не надо мучить ребенка и оставить всё, как есть, и никуда не уезжать? Или начинать судебный процесс по лишению биологического отца родительских прав, тогда его согласие уже не потребуется. Но такой процесс может болезненно отразиться на девочке, с ней будут общаться представители органов опеки, Юле надо будет объяснить, что есть другой папа, который не хотел ее видеть. Может, потом, когда девочка вырастет и окрепнет, мама расскажет всё, как есть, но сейчас эта ситуация может травмировать ее хрупкую психику. На такие вопросы вряд ли можно найти однозначные ответы, но помочь маме самой разобраться в своих чувствах, в том, как она себе представляет будущее дочери, можно.
Мы уже много раз говорили, что ребенок не должен становиться средством достижения целей родителей, он не может выступать в роли предмета манипулирования со стороны родителей, но, как показывает практика, таких случаев много. В подобных ситуациях желательно, чтобы более мудрый родитель был готов чем-то пожертвовать ради своего ребенка.
Для мамы Юли на одной чаше весов лежало материальное благополучие их семьи, возможность высокооплачиваемой работы за границей, а на другой – психологическое, эмоциональное благополучие дочери. Это серьезный выбор, и надо сказать, что, обсудив на семейном совете, они решили, что здоровье дочери важнее. Как известно, психолог не дает советов, он не имеет права принимать решения за других, но с помощью психолога мама Юли смогла более точно сформулировать свои жизненные ценности и приоритеты, понять, что для нее значимо, важно, а что нет. Это один из тех случаев, когда достаточно нескольких консультаций с родителями, чтобы не тревожить ребенка. На одном из занятий мама сочинила сказку, в которой метафорически выразила свое отношение к происходящему, к своей дочке.

«Сказка о зайцах»
(почти как Песня о зайцах из фильма «Бриллиантовая рука»)
Жила-была дружная семья зайчишек, они всё любили делать вместе. Им было весело жить в лесу, но однажды к ним подполз мудрый уж и сказал, что жизнь у озера лучше и интереснее, чем в лесу. У озера растет много вкусных сочных растений, а здесь в лесу долго не прокормиться. Зайчишки засобирались в дорогу, как вдруг появился леший, который заявил, что оказывается все, кто уходит из леса, должны платить ему дань, так как они столько лет жили в его владениях. «А не дадите дань – заберу вашу дочку-зайчишку, и будет она в моем лесном домике жить», – сурово произнес леший. Все поняли, что он не шутит. Раньше о нем никто не слышал, а теперь вдруг он решил проявить себя, чтобы все его в лесу боялись и считались с ним. Что делать, как поступить, конечно, родители не хотели оставлять злому лешему свою девочку, но жить в лесу с таким чудищем дальше было еще страшнее.

Это было начало ее истории, где герои оказались в тупике. Сочинение второй части было терапевтической частью нашей работы. Интересно, что мама из множества вариантов соотнесла свою ситуацию с жизнью достаточно пугливых зверей.
– Если бы в такой ситуации оказалась бы ваша противоположность, другая женщина, которая являлась полностью вашим антиподом, то с каким животным вы бы ее сравнили?
Мама: Ну, это была бы пантера. Такая черная, гибкая, с хитрыми глазами.
– Давайте представим, как бы такая черная пантера действовала в подобной ситуации.
Мама: Это, конечно, забавно. Не знаю… Она бы, наверное, так себя бы вела, что к ней никто бы не подошел. Да, она настолько уверена в себе, что ей не надо никому ничего объяснять…
И дальше мама Юли произнесла очень важные для себя, для переоценки ситуации слова: «Почему я должна кому-то что-то объяснять, да еще и оправдываться как какая-то зайчиха?! Я же ведь знаю, что нужно моему ребенку сейчас». Эти слова помогли ей самой сделать выбор.

Мы уже говорили о таком приеме в психотерапии – работа с полярностями или противоположностями. В каждом из нас есть и сила, и слабость, уверенность и неуверенность, зависимость и независимость. В определенных случаях мы помним только о том, что мы слабые, неуверенные и зависимые существа. Мы отвергаем наши сильные стороны, мы боимся себе признаться, что на самом деле у нас достаточно ресурсов, чтобы справиться с проблемной ситуацией. Милтон Эриксон считал, что, приходя к психологу, вместе со своей проблемой человек приносит и ее решение. Задача психолога не подсказать решение, а создать условия для поиска этого решения, для выхода из тупика. Если у клиента замечательное чувство юмора и самоирония, с которой он описывает свою ситуацию, то, возможно, это и есть его ресурс.
Подводя итоги, можно выделить основные причины эмоционального неблагополучия детей при напряженной обстановке в семье:
• Дети болезненно переживают любые ссоры родителей. Не стоит считать, что они маленькие и ничего не понимают. Ребенок эмоционально сопереживает родителям.
• Будучи беспомощным в таких ситуациях, ребенок ищет способы компенсации: старается привлечь к себе внимание, переключить взрослых от их проблем к своим.
• В результате таких семейных сцен ребенок может испытывать чувство вины, стыда, покинутости, отвержения.
• Внешний конфликт родителей, родственников чаще всего приводит к внутреннему конфликту ребенка. Он пытается освободиться от чувства вины с помощью неадекватных форм психологической защиты (уход в болезнь, страхи, манипулирование взрослыми).
• Чувствуя, что его используют в своей взрослой «игре», ребенок также манипулирует родителями.

Армине Воронова Арт-терапия для детей и их родителей Оформление, издание КТК «Галактика», 2021

 

Поиск

Яндекс.Метрика
Все права защищены. При при копировании материалов сайта, обратная ссылка, обязательна! Варианты ссылок:
HTML код:

Код для форумов:


Уважаемые пользователи и посетители сайта!
Спасибо за то, что вы присылаете материал на сайт «Ваш психолог. Работа психолога в школе» по адресу sait.vashpsixolog собачка mail.ru Убедительная просьба, обязательно указывайте автора или источник материала. На многих материалах авторство потеряно, и, если вы, являетесь автором одного из них, пришлите письмо с точной ссылкой на материал. Если на ваше письмо, вы не получили ответ, напишите еще раз, т.к. письма иногда попадают в спам и не доходят.
Смотрите внимательно: авторство или источник указываются, чаще всего, в конце материала (если материал разбит на страницы, то на последней).
С уважением, администрация.