Коммуникативные девиации
Профилактическая работа психолога в школе - Аддиктивное поведение

Отклоняющееся поведение может захватывать исключительно сферу общения, не проявляясь иными изменениями. При этом человек вступает в противоречие с реальностью, но активно не противостоит ей. Наиболее известными коммуникативными девиациями считаются такие, как аутистическое поведение (выбор одиночества, аскетизма, отшельничества), конформное поведение, гиперобщительность, вербальное поведение с преобладанием псевдологии, фобическое поведение, ревность, нигилизм, крусадерство, т.н. вегетативность и пр.
Коммуникативные девиации позволяют человеку не решать экзистенциальные проблемы, а существовать вне их. Выбор одного из аномальных (аддиктивных) способов взаимоотношения с окружающим миром как бы автоматически снимает необходимость предпринимать какие-либо меры по устранению экзистенициальной тревоги.

1. Аутистическое поведение

Аутистическое поведение характеризуется отсутствием приспособления к действителъности и требованиям повседневной жизни с уходом в мир фантазий, мечтаний, отказом от общения и выбором одиночества.
Можно выделить две разновидности аутистического поведения: первичный и вторичный аутизм. К первичному аутизму причисляется синдром раннего детского аутизма, возникающий в младенчестве. Вторичное аутистическое поведение формируется у взрослого после периода нормативного взаимодействия с миром.
Общепринятыми клиническими критериями синдрома раннего детского аутизма являются (К.С. Лебединская, О.С. Никольская):
1) одиночество, замкнутость и отчужденность ребенка (собственно аутизм);
2) нарушение эмоциональной связи даже с самыми близкими людьми;
3) стереотипность поведения (двигательных актов, поступков и пр.);
4) консерватизм во взаимодействиях с окружающими;
5) страх изменений;
6) речевое недоразвитие;
7) специфическое неравномерное развитие интеллектуальных способностей.
Как правило, дети с аутичным поведением не вызывают особой тревоги у взрослых. Специфика их поведения принимается обычно за индивидуальное проявление характера и обращает на себя внимание только тогда, когда ситуация становится трагичной: в первую очередь, это невозможность учиться в школе, а также другие проявления дезадаптации. В целом аутизм может проявляться как пассивный уход, безразличие, отсутствие реакции на окружающий мир. Аутичные дети трудно привыкают к новой обстановке.
Л. Каннер, описавший этот синдром, считал, что его основными признаками являются выраженная недостаточность или полное отсутствие потребности в контактах с окружающими, отгороженность от внешнего мира, слабость эмоционального реагирования по отношению к близким вплоть до полного безразличия к ним, неспособность дифференцировать людей и одушевленные предметы, недостаточность реакций на длительные слуховые и зрительные раздражители, придающее таким детям сходство со слепыми и глухими, приверженность к сохранению неизменности окружающего, боязнь всего нового, однообразное поведение со склонностью к примитивным однотипным движениям, а также разнообразные расстройства речи, различающиеся при разных вариантах. Наряду с перечисленными, характерными считаются изменения зрительного поведения: непереносимость взгляда людей, «бегающий взгляд», взгляд мимо или «сквозь людей», а также своеобразные проявления произвольных движений, их угловатость и несоразмерность, неуклюжая походка, отсутствие содружественных движений, бедность мимики, запаздывание развития навыка самообслуживания. По мнению В.И. Башиной, для таких детей характерно нарушение чувства самосохранения, сочетание «феномена тождества» и сверхосторожности.
Вторичный аутизм, или аутистическое поведение, у взрослого человека может возникать после событий, выходящих за рамки жизненного опыта, нередко в структуре посттравматического стрессового расстройства. В качестве провоцирующих событий способны выступить катастрофы, стихийные бедствия, участие в боевых действиях, а также угрожающие для жизни человека события (нахождение в заложниках, тяжелая продолжительная болезнь, тюремное заключение). Важным является фактор длительности воздействия психотравмирующего фактора; чем оно продолжительнее, тем более вероятно развитие аутистического поведения, которое характеризуется склонностью человека избегать или максимально ограничить количество контактов, нежеланием общаться даже с хорошо знакомыми и близкими людьми, стремлением чаще быть в одиночестве. В отличие от первичного аутизма, при котором наряду с собственно аутиза- цией (замкнутостью, отгороженностью от мира, нелюдимостью) имеет место эмоциональная холодность, вторичный аутизм проявляется эмотив- ностью, повышенной чувствительностью, сентиментальностью, ранимостью. Человек, перенесший жизненноопасные события и уединившийся от мира, нередко склонен повторно ярко переживать происшедшие события. Его беспокоят навязчивые воспоминания и сны о трагедии, собственных страданиях и мучениях близких людей.
Аутистическое поведение часто сопровождается возникновением чувства бессмысленности существования, бесполезности любой деятельности, названной И. Яломом «вегетативностъю». При этом человек погружается в переживание бесцельности и апатии. И. Ялом выделяет три компонента вегетативнoсти: когнитивный, аффективный и поведенческий. Они сочетают в себе хроническую неспособность индивида поверить в полезность или ценность какого-либо жизненного усилия, глубокую скуку, перемежающуюся с эпизодическими депрессиями, колебаниями активности и отсутствием избирательности поведения. Для человека становится несущественным, чем он занят и занят ли чем-нибудь вообще.
Одним из важных признаков аутистического поведения является невовлеченность человека в процесс повседневной жизни в связи с исчезнувшим смыслом его существования. Поведение характеризуется также ангедонией - неспособностью испытывать чувство радости, удовольствия, удовлетворения. Индивид ощущает себя вне потока жизни, в полной эмоциональной и экзистенциальной изоляции.
Одиночество - это не только самоизоляция, ограничение контактов и внутренняя направленность интересов, это еще и эмоциональное подкрепление ухода от действительности. Именно на основании эмоциональной самооценки возможно разделение одиночества на гармоничное и дисгармоничное; то есть сопровождающееся негативными переживаниями по поводу изоляции и отсутствия контактов или принимающееся безэмоционально и неоценочно, как данность, положение вне общества и контактов.
У. Колбел различает четыре типа одиночества: позитивный внутренний тип («гордое одиночество»), переживаемый как необходимое средство раскрытия новых форм свободы или новых форм общения с другими людьми; негативный внутренний тип, переживаемый как отчуждение от своего «Я» и от других людей, чувство отчужденности, даже в окружении других людей; позитивный внешний тип, наличествующий в ситуации физического уединения, когда ведутся поиски нового позитивного опыта; негативный внешний тип, наличествующий в том случае, когда внешние обстоятельства (смерть партнера, потеря контакта) ведут к весьма негативным ощущениям одиночества.
Одиночество как разновидность девиантного поведения формируется в связи с множеством факторов. Возможно появление тягостного чувства одиночества и непонимания со стороны окружения при невротических и иных психопатологических расстройствах, в частности при депрессии. Переживание собственной никчемности и одиночества может входить в структуру акцентуаций характера.
Склонность к аффективному поведению не столь очевидна. Отрицательные аффективные переживания вызывают соответствующие формы поведения: повышенную обидчивость, упрямство, негативизм, замкнутость, заторможенность, эмоциональную неустойчивость. Дети с аффективным поведением зависят от конкретной ситуации, ребенок как бы «зависает» в ней, не может из нее выйти, не помогают ни просьбы, ни порицания, ни обещания взрослых. И даже добившись желаемого результата, ребенок продолжает плакать. Еще одна характерная черта аффективных детей и подростков - низкий уровень произвольности поведения, что приводит к внешней послушности взрослому и безынициативности. Кроме того, наблюдается и такая особенность - нарушено единство аффекта и интеллекта, в то время как еще Л.С. Выготский указывал на единство аффекта и интеллекта как на непременное условие формирования детской личности. Следствием этого нарушения является то, что наличие определенных знаний не имеет решающего значения для контроля за поведением («Я знаю, что,..., но все равно боюсь»), ребенок однозначно воспринимает ситуацию и не обладает способами ее переосмысления и, как следствие, не может выйти из этой ситуации, не может управлять ею.
Противоположностью аутистического поведения выступает гиперобщительность, характеризующаяся повышенной потребностью в общении, желанием разговаривать и взаимодействовать со многими партнерами по коммуникации и в течение максимально возможного времени. Девиацией у такого человека становится неумение даже короткое время находиться в одиночестве, вне общества. Г иперобщитель- ность сопряжена с болтливостью, многоречивостью, а иногда и хронической манией - состоянием длительного повышения настроения, сочетающимся с неумением структурировать время, с беспечностью, безответственностью, необязательностью. Отклоняющееся поведение затрагивает свободу окружающих, поскольку конфликты у такого индивида происходят из-за его неумения и нежелания слушать собеседника.
Конформистское поведение выражается в склонности приспосабливаться к любому окружению, к любым точкам зрения и мировоззрению, жить не собственными интересами, а схемами, придуманными в обществе, игнорировать или не иметь своего взгляда на происходящие события. Конформист - это человек без свойств. Основная его способность - быть незаметным, «как все», не проявлять никаких реакций, которые могли бы отличаться от общепринятых и традиционных, полная подчиняемость без внутренней борьбы. Удовлетворение такому индивиду приносит попадание в резонанс с общими интересами, привычками, навыками. Он склонен использовать поведенческие и речевые штампы: одеваться по форме, трафаретно говорить, используя, например, бюрократический язык.
Особой разновидностью коммуникативных девиаций считается поведение, при котором человек руководствуется псевдологией. При данной форме отклоняющегося поведения девиант склонен активно и часто использовать ложные (неправдивые) высказывания. Он лжет не ради получения какой-либо выгоды, а с целью привлечения внимания к собственной персоне, или для провоцирования окружающих. Выгода заключается в изменении своего психологического состояния (получение удовлетворения от признания и привлечения внимания, радости от введения в заблуждение или запутывания собеседника, успокоения от причинения партнеру вреда).
К коммуникативным девиациям относится крусадерство, или идеологический авантюризм, характеризующийся чрезмерной склонностью выискивать для себя эффектные и важные предприятия, чтобы затем погрузиться в них с головой (С. Мадди). Такие индивиды хватаются за любой повод для того, чтобы «выйти на улицу», стать сторонником какого-нибудь социального движения и активно участвовать в деятельности общественных организаций. Считается, что крусадерство базируется на обостренном чувстве бессмысленности существования, которое заполняется погружением человека в активную деятельность.
Нередко наблюдаемой коммуникативной девиацией считается нигилизм. Его отличительной чертой является активная, всепроникающая склонность дискредитировать деятельность, имеющую смысл для других (И. Ялом). Такой человек склонен подвергать критике с позиции постижения смысла любые поступки и устремления окружающих. Для него характерна «идеологическая пассивность», маскирующаяся под глубинный экзистенциальный анализ. При нигилистическом поведении индивид часто отказывается от любой деятельности, рекламируемой другими, саркастически и иронично относясь к стремлениям окружающих достичь в ней успехов.

2. Фобическое поведение

Одной из наиболее часто встречающихся коммуникативных девиаций считается фобическое поведение, которое характеризуется выбором стиля взаимодействия с окружающим миром, исходя из какого-либо реально обоснованного или необоснованного навязчивого страха (фобии). Оно может носить характер ритуального поведения, которое выступает в качестве психологической защиты от страха. Например, навязчивый страх тяжелой болезни вследствие заражения может сформировать фобическое ритуальное поведение в виде навязчивого мытья рук. Или навязчивый страх смерти может определить становление стереотипного включения и выключения определенное количество раз света в комнате.
Источником и фабулой фобического поведения могут служить разнообразные предметы и явления окружающего мира. Фобии составляют самую многочисленную группу навязчивых состояний. Насчитывается более 300 форм навязчивых страхов. Наиболее известны социальные фобии, суть которых заключается в навязчивом страхе привлечь внимание окружающих или совершить что-то, что могло бы вызвать неудовольствие со стороны участников коммуникации. К таким социофобиям относят: страх покраснения при людях (эрейтофобия), страх показаться смешным (скопофобия), страх неудержания газов в кишечнике или страх рвоты в детстве, страх рассмеяться на похоронах или в неподходящем месте, страх выкрикнуть бранное слово в аудитории и т.д. Нередко встречаются нозофобии - навязчивые страхи заболеть какой- либо болезнью: инфарктом миокарда (кардиофобия), раком (канцерофобия), сифилисом (сифилофобия), СПИДом (спидофобия), страх сойти с ума (лиссофобия), получить запредельную дозу облучения. Особые виды фобий - агорафобия и клаустрофобия, являющиеся по сути метафобиями, то есть навязчивым страхом, возникающим вследствие существования у человека иных фобий. При агорафобии навязчивый страх затрагивает нахождение в открытых и больших пространствах (на улице, площади, в толпе), при клаустрофобии - в закрытых, замкнутых помещениях (лифте, вагоне поезда, салоне трамвая или автобуса). При этом в первую очередь возникает страх оказаться оставленным без помощи (например, потерять сознание).
Возникновение различных страхов (фобий) довольно характерно для детского и подросткового возраста. Чаще всего это невротическая боязнь темноты, одиночества, разлуки с родителями и близкими, повышение внимания к своему здоровью. В одних случаях эти страхи кратковременны (10-20 минут), довольно редки и обычно обусловлены какими-либо эмоционально значимыми ситуациями. Они легко проходят после успокаивающей беседы. В других случаях страхи могут иметь форму коротких приступов, возникающих довольно часто и имеющих относительно длительный период времени (1-2 месяца). Причиной таких приступов бывают затянувшиеся травмирующие психику ребенка ситуации (тяжелая болезнь родных и близких, трудноразрешимый конфликт в школе или в семье и т.п.). Нередко приступ страха сопровождается неприятными телесными ощущениями («останавливается сердце», «не хватает воздуха», «ком в горле»), двигательной суетливостью, плаксивостью и раздражительностью.
При своевременном выявлении и принятии адекватных мер, страхи постепенно проходят. В противном случае они могут принять затяжное течение, и тогда даже лечебные мероприятия не всегда дают желаемые результаты. У некоторых детей и подростков временный эмоциональный комфорт достигается при помощи ритуальных действий. Обобщенная модель выглядит примерно так: «Я боюсь получить двойку и чтобы избежать этого, всегда надеваю на зачет белый свитер, даже если на улице очень тепло». Но с течением времени эти действия могут стать навязчивыми, первоначальный страх (в нашем примере - получить двойку) сменяется страхом забыть совершить ритуал. Далее, при высокой тревожности, это может выглядеть как цепная реакция: появляется новый ритуал, помогающий избежать страха не выполнить первый ритуал и т.д. Таким образом, вся жизнь превращается в цепь ритуалов, где нарушение одного звена инициирует все страхи сразу.
Отдельно следует выделить ритуал самоуспокоения. Этот способ достижения эмоционального комфорта появляется очень рано, обладает высокой устойчивостью и часто сохраняется на протяжении всей жизни человека. Маленький ребенок, предоставленный самому себе, чтобы победить тревожность и страх, которые возникают из-за недостатка эмоционального контакта и ласки, ищет компенсацию в доступных ему действиях: сосет палец, теребит ухо, волосы, губу, нос. Эта привычка быстро становится ритуалом самоуспокоения. Неуверенность ребенка в себе и переживаемое им чувство вины приводит к тому, что ребенок грызет ногти, кожу на пальцах, кусает щеку.
Средством «самопомощи» может выступить и фантазия, которая отличается от обычной, конструктивной фантазии, следующими показателями. Конструктивная фантазия всегда связана с реальностью, так как, с одной стороны, она питается событиями реальной жизни, а с другой - влияет на эти события, по крайней мере, и она приводит к желанию воплотить мечту в жизнь. Фантазии тревожных детей и подростков лишены этих свойств, их мечты не продолжают жизнь, а противопоставляют себя ей.
Способом преодоления внутреннего дискомфорта являются также односторонние увлечения, которые полностью захватывают личность человека. Эта проблема одна из наименее исследованных. Здоровое увлечение, каким бы странным оно ни казалось со стороны, соединяет личность с окружающим миром, тревожное, наоборот, разъединяет, создает свой замкнутый, более-менее безопасный мирок. И чтение романов Ж. Верна может стать самоцелью, занятием, которое позволяет не вспоминать о своей реальной жизни.
Апатия, вялость - также частный результат переживаний страха и тревоги. В этом случае часто развивается внутренняя позиция «жертвы» либо позиция «виноватого». Эти симптомы характерны для глубоких эмоциональных нарушений: тревожность и страх аккумулируются, их высокая интенсивность сохраняется длительное время, такое состояние всегда сопровождается высоким эмоциональным напряжением. И если напряжение становится избыточным, организм перестает с ним справляться, то на смену этому напряжению приходит апатия, чувство безысходности, внутреннее состояние «жертвы», которое всегда связано с переживанием невозможности что-либо изменить, повлиять на собственную жизнь.
Еще один способ, помогающий на некоторое время справиться со страхом и тревожностью, - это превращение их в заболевание. Эмоциональное нарушение всегда сопровождается соматическими признаками, и, углубляясь, эти признаки могут стать симптомами серьезных расстройств.
Соматическое расстройство может не только стать проявлением тревоги, но и заменить ее, тогда эмоциональное состояние улучшается за счет ухудшения физического состояния. В случае часто повторяющихся простудных, желудочно-кишечных заболеваний, головных болей и особенно аллергических реакций следует подумать: не является ли это результатом внутреннего конфликта.
В старшем подростковом возрасте могут появляться иные страхи - дисморфобии. Под этим понимается необоснованная убежденность в наличии у себя физического недостатка, неприятного для окружающих. Нередко подросток находит дефекты в лице (крупный или тонкий нос, горбинка, слишком полные губы, некрасивая форма ушей, наличие прыщей или угрей, недостатки фигуры, строения тела и т.п.). Этот феномен встречается имущественно у девочек.
Мысли о своей воображаемой дефективности занимают центральное место в переживаниях подростка и определяют стереотип его поведения и мышления. Такому подростку свойственно уединение, чтобы не быть предметом обсуждений, он сторонится компании сверстников; в школе старается сидеть на задней парте, быть ближе к стене, очень неохотно выходит отвечать к доске, на переменах также стремится уединиться. Иногда, чтобы прикрыть воображаемые дефекты лица, отращивает длинные волосы, носит рубашки с высоким воротником. На улице закрывает лицо надвинутой на глаза шапкой или шарфом.
Помимо собственно фобического поведения, базирующегося на навязчивых страхах, встречаются обсессивный и компульсивный его варианты. Под обсессиями понимают навязчивые мысли, воспоминания, представления, овладевающие сознанием человека, от которых он не может избавиться волевым усилием. Иногда их называют «умственной жвачкой». Мысли «приходят в голову» как бы автоматически, тревожат, мешают заниматься обычной деятельностью. Нередко встречаются навязчивое влечение запоминать имена и названия (ономатома- ния), навязчивый счет (арифмомания), при котором человек склонен постоянно подсчитывать какие-либо предметы - окна в домах, номера машин, ступени на лестнице.
Компульсии проявляются навязчивыми, не поддающимися коррекции и полной контролируемости действиями. Компулъсивное поведение - действие, предпринимаемое для интенсивного возбуждения или эмоциональной разрядки, трудно контролируемое личностью и в дальнейшем вызывающее дискомфорт.
К ним относятся, например: тикозные расстройства, навязчивое непреодолимое обкусывание и проглатывание ногтей (онихофагия), выдергивание волос (трихотилломания), сосание пальцев. Встречаются также навязчивые двигательные ритуалы в виде мытья рук с целью исключения случайного заражения, поступков (псевдосуеверий) - носить сумку только пряжкой внутрь, не наступать на трещины в асфальте и т.д. Такое поведение можно считать патологическим, если оно отражает единственный способ совладения со стрессом (С.А. Кулаков).

3. Социально-стрессовое расстройство

Специфической коммуникативной девиацией считается социально-стрессовое расстройство, захватывающее в первую очередь сферы поведения человека. Оно обусловлено воздействием на психику человека глобальных жизненных изменений (часто бытового характера). Такой стресс называют стрессом повседневной жизни. По мнению Ю.А. Александровского, основными причинами и условиями возникновения социально-стрессовых расстройств являются:
1) макросоциальные общегрупповые психогении, изменяющие стереотип жизнедеятельности больших контингентов населения;
2) социально-стрессовые обстоятельства, имеющие хронический, растянутый по времени характер, их динамика непосредственно определяет компенсацию и декомпенсацию невротических нарушений;
3) коренное изменение общественных отношений, выходящее за рамки обычного опыта;
4) смена системы культурных, идеологических, моральных, религиозных представлений, норм и ценностей, остававшихся неизменными на протяжении жизни прежних поколений;
5) изменение социальных связей и жизненных планов;
6) нестабильность и неопределенность жизненного положения;
7) ухудшение соматического здоровья.
В современных условиях психика многих людей оказывается недостаточно пластичной для быстрого и адекватного приспособления к стремительно меняющимся условиям жизни, что приводит к развитию разнообразных поведенческих девиаций, связанных с кризисом идентичности.
Б.С. Положий выделяет четыре варианта кризиса идентичности: аномический, диссоциальный, негативистический и магический. Под аномическим вариантом кризиса идентичности понимается поведение людей, характеризующееся утратой жизненного тонуса, прежних интересов, снижением активности и целеустремленности, своеобразной ау- тизацией, доминированием тревожно-депрессивного фона настроения, неверием в собственные силы, ощущением своей малозначимости, неспособности противостоять коллизиям судьбы. Диссоциальный вариант кризиса идентичности выражается такими свойствами, как: стремление к агрессивному поведению по отношению к лицам, имеющим иную точку зрения, абсолютная нетерпимость к окружающим, доминирование угрюмо-злобного аффекта, сочетающееся с легкой внушаемостью. Негативистический вариант кризиса идентичности выражается в первую очередь в упрямстве, нарочитом недовольстве всеми и вся, скепти- чески-пессимистической оценке происходящего, уклонении от любой активности по декларируемой причине безрезультатности какой-либо деятельности. В магический вариант кризиса идентичности входят такие поведенческие проявления, как: бурный всплеск интереса ко всему необъяснимому, иррациональному, мистическому, переключение всей деятельности (даже в ущерб себе и близким) на активность в сфере поиска истины, разгадки тайн бытия.
Наряду с перечисленными, выделяется и ипохондрическое девиантное поведение, характеризующееся сверхценным отношением к собственному здоровью с формированием опасливости, осторожности, мнительности, брезгливости. Такой человек склонен преувеличивать тяжесть имеющихся у него болезненных проявлений или приписывать себе несуществующие заболевания. Для него типично ограничительное поведение, страх «заразиться и умереть», вследствие чего он становится педантом в обыденной жизни, требуя от окружающих строгого соблюдения заведенных им правил.
Одна из наиболее социально значимых и потенциально опасных - коммуникативная девиация в виде поведения, основанного на ревности. Данная разновидность девиантного поведения может базироваться на каких-либо реальных фактах или быть абсолютно беспочвенной. В первом случае говорят о проявлениях нормальной ревности, во втором - о сверхценных или бредовых идеях ревности. При этом трудно отметить какие-либо кардинальные различия в поведении нормального и патологического ревнивца.
Считается, что эротическая (любовная, сексуальная) ревность - это комплекс переживаний при действительной или подозреваемой измене любимого человека (супруга, возлюбленного), характеризующийся сложной психологической структурой: типичными и весьма многообразными эмоциональными реакциями и состояниями (зависть, ненависть, тревога, гнев, отчаяние, жажда мести, страсть и др.), мучительными сомнениями и подозрениями, сложными проявлениями в интеллектуальной, волевой сферах, многообразием форм поведения, зачастую социально опасного (Е.И. Терентьев). При этом нормальная ревность представляет собой сложную, субъективно чрезвычайно значимую реакцию личности на одну из самых тяжелых ситуаций, затрагивающих наиболее важные для нее в морально-этическом отношении ценностные категории, - ситуацию супружеской измены. По мнению Е.И. Терентьева, немаловажным для оценки ревности как нормальной является параметр «ресоциализации», то есть формирования поведения, направленного на разрешение ситуации, возникающей в связи с супружеской изменой.
К. Леонгард выделяет две формы нормальной ревности: ревность, безопасная в своей основе, проистекающая из объективно доказуемого сексуального регресса; ревность, представляющая большую социальную опасность, - в форме подозрения. Различают также т.н. тираническую ревность и ревность «от ущемленности» (В.П. Левкович). Тиранической ревностью страдают обычно люди эгоистические, упрямые, деспотические, эмоционально холодные и отчужденные, достаточно авторитарные. Такие люди, как правило, рассматривают своего супруга как объект для собственного блага, удовольствия, как собственность. У них не развита способность замечать, а тем более уважать особенности личности другого человека. Ревность от ущемленности - это обычно удел людей неуверенных в себе, склонных к преувеличению опасностей и неприятностей, страдающих комплексом неполноценности. Их ревность, может быть, менее яростной, но по существу и она не менее губительна для функционирования семьи. Кроме того, выделяется т.н. «обращенная» ревность, которая имеет своим источником проекцию, перенос собственной супружеской неверности или, во всяком случае, ненадежности, постоянной готовности к измене на своего супруга.
В сфере общения выделяется такой феномен, как елейность поведения. Под елейностью понимают слащавость, умильность и угодливость в обращении с окружающими, которая воспринимается как неестественность и нарочитость, тем более что за подобным внешним поведением редко стоят истинные чувства и эмпатия.

Источник: Девиантное поведение и его профилактика Курс лекций Составитель: доцент кафедры социально-педагогической работы УО «ВГУ им. П.М. Машерова, кандидат педагогических наук Н.И. Бумаженко

 

Поиск

Яндекс.Метрика
Все права защищены. При при копировании материалов сайта, обратная ссылка, обязательна! Варианты ссылок:
HTML код:

Код для форумов:


Уважаемые пользователи и посетители сайта!
Спасибо за то, что вы присылаете материал на сайт «Ваш психолог. Работа психолога в школе» по адресу sait.vashpsixolog собачка mail.ru Убедительная просьба, обязательно указывайте автора или источник материала. На многих материалах авторство потеряно, и, если вы, являетесь автором одного из них, пришлите письмо с точной ссылкой на материал. Если на ваше письмо, вы не получили ответ, напишите еще раз, т.к. письма иногда попадают в спам и не доходят.
Смотрите внимательно: авторство или источник указываются, чаще всего, в конце материала (если материал разбит на страницы, то на последней).
С уважением, администрация.