На главную Семейное право Брак Расторжение брака как способ защиты прав супругов
Расторжение брака как способ защиты прав супругов
Семейное право - Брак
Индекс материала
Расторжение брака как способ защиты прав супругов
История развития и современное нормативно-правовое регулирование защиты прав супругов, расторгающих брак
Обеспечение и защита личных прав супругов при расторжении брака
Все страницы

1.1. Понятие и правовая природа расторжения брака как способа защиты брачно-семейных прав


Рассматривая в традиционной парадигме расторжение брака как основание прекращение супружеских правоотношений и способ защиты брачно-семейных прав, необходимо дать общее понятие брака, сложившееся в семейно-правовой науке с целью выявления правовой природы и цели его расторжения. Причем, единого определения брака так и не было выработано цивилистической и семейно -правовой доктриной. Вместе с тем, практически все авторы отмечают в качестве его правовой природы и главной особенности - это пожизненность. Данный конститутивный признак имеет самое непосредственное отношение к расторжению брака, так как в такой ситуации пожизненность утрачивает реализацию в реальной жизни супругов.


«Современные достижения науки и техники ставят перед обществом, политиками, учеными и законодателем новые вопросы, нуждающиеся в скорейшем разрешении» . Как определяет Целуйко В.М.: «Со второй половины ХХ в. в развитых странах стало меняться отношение населения к разводам. Все большее число людей перестает воспринимать развод как трагедию, как нечто позорное и неприличное. Сегодня он воспринимается как один из параметров общественной жизни» . Данное обстоятельство представляет интерес с точки зрения исследования, прежде всего, причин сложившейся ситуации.
Следует присоединиться к высказанному в науке мнению, что «сегодня мы наблюдаем постепенное изменение жизни общества, связанное с ослаблением института брака, прогрессивными взглядами на семейное партнерство и развитием репродуктивных технологий. При этом нельзя сказать, что российское законодательство стоит на месте и не реагирует на происходящие изменения: запреты становятся не столь категоричны, процесс опровержения презумпций, имеющих место в семейном праве, из судебного превращается в административный» .
Безусловно, просматривается связь с трансформацией, «размыванием» понятия семьи и брака в современном обществе, с изменением представлений лиц, вступающих в брак, о своих семейных правах и обязанностях, стабильности брачно-супружеского союза.
«Механизм регулирования семейных отношений характеризуется постоянством дисгармонии частных и публичных интересов при явном превалировании последних. Это и понятно, иначе хаос в организации семейной жизни может стать «подрывным» фактором любого государственного строя» .
«Право - объективная реальность. Общеизвестно, что право относится к субъективной стороне нашей жизни, к тому, что представляет собой плод мыслей и воли людей, особенно тех, кто обладает государственной властью - творит законы, принимает обязательные решения по тем или иным вопросам» .
В Российской Федерации на конституционном уровне обоснованно определено, что «.. .семья находится под защитой государства», безусловно, это конституционное положения является основополагающим для сохранения семьи и недопущения произвольного расторжения брака в нашей стране. На основе данного принципа строится вся организация брачно -семейной жизни и реализуется защита прав. Однако, как представляется, недопустимо и навязывание нахождения в браке.
2008 год в Российской Федерации был объявлен годом семьи, с этого момента прошло более 10 лет, в течение которых государство не только анонсировало приоритет государственной семейной политики как одну из
основных задач, но и предприняло конкретные меры для устранения негативных последствий в столь важной для общества сфере. Следствием этого явилось принятие Концепции государственной семейной политики в Российской Федерации на период до 2025 года, утвержденной распоряжением Правительства Российской Федерации от 25.08.2014 № 1618-р «Об утверждении Концепции государственной семейной политики в Российской Федерации на период до 2025 года» (далее - Концепция) .
Реализация государственной политики в отношении членов семьи и детей предполагает осуществление комплексных мероприятий не только в отношении отдельного ребенка, но и семьи в целом, поскольку именно семья в первую очередь ощутила на себе те кардинальные изменения, которые происходят в нашем обществе. На фоне принятия в последнее время большого числа нормативных актов, посвященных семейной проблематике, очевидно, что семье в России необходима особая поддержка и помощь со стороны государства, которая должна быть адресной и осуществляться с учетом правового статуса семьи (малообеспеченная, молодая, неблагополучная и др.) .
Первый этап реализации Концепции заканчивается в 2018 году, и к этому моменту ожидается улучшение показателей именно в социально - экономической политике государства в данной области. В то же время итогом реализации Концепции «станет сформированная к 2025 году система мер, направленных на создание условий для удовлетворения интересов и запросов семей, повышения их экономической независимости, роли в самореализации личности, воспитании новых поколений, укреплении престижа брака и семейного образа жизни». Вместе с тем, при анализе текста Концепции становится очевидно, что основное внимание посвящено реформированию именно социально-экономической и нравственно-правовой составляющей института семьи и брака. Поэтому в супружеских правоотношениях тесно переплетены правовые и социально-нравственные связи, моральные и правовые принципы и нормы.
В семейно-правовой доктрине справедливо указывается, что «влияние на брак и супружество разных элементов и надстроек общества, т.е. государства, церкви, права, религии, морали, нравственности, культуры, а как следствие и защиту этих семейных ценностей, трансформирует институт брака в многогранное социально -правовое явление... брак в сущности своей комплексное явление, его регулирование лишь правовыми нормами невозможно, т.к. немаловажную роль играют нормы религиозные и моральные, но именно правом видоизменяется сожительство мужчины и женщины в брак, посредством оформления отношений в порядке, установленном законом .
Полагаем, что в правоотношениях, складывающихся при расторжении брака важное значение имеют нравственно -правовые, семейно-ценностные начала, на основе которых должно быть организовано поведение субъектов семейных супружеских правоотношений, в том числе и при расторжении брака.
Представляется справедливым высказанное в науке мнение, что «практически полная, ничем не ограниченная свобода расторжения брака не способствует стабильности социального института брака, и более того, легкость расторжения брака все больше приходит в абсолютное противоречие с задачей упрочения института семьи» .
Определяя правовую природу расторжения брака как способа защиты брачно-семейных прав, следует отметить, что в семейном законодательстве отсутствует легальное определение «расторжение брака», что порождает множество взглядов в отношении определения его юридической природы. Вся суть нормативного установления сводится к определению его процедуры, законодательной регламентации порядка его прекращения при жизни супругов.
Семейно-правовая доктрина советского периода под прекращением брака справедливо понимала обусловленное наступлением определенных юридических фактов прекращение правоотношений, возникших между супругами из юридически оформленного брака .
Полагаем, что такой консервативный подход, конечно, устарел и не соответствует сегодняшним объективным семейным обстоятельствам и модели современной семьи и брака, которая может не вписываться в концепцию развод-санкция.
Безусловно, не все семьи способны выдержать испытание на прочность. Многие семейные функции со временем нарушаются, значительные изменения претерпевают психологические установки супругов на сохранение брака, жизненные планы рушатся. Поэтому в некоторых случаях не только невозможно, но и нецелесообразно сохранять брак как союз, который не приносит удовлетворение партнерам, когда права и обязанности супругов, в рамках существующих между ними супружеских правоотношений, не находят должной реализации. Супружеские правоотношения между людьми могут прекратить свое существование, что вполне объяснимо с общечеловеческих позиций. Как отмечет психолог Ю.Н. Левченко: «Ухудшение брачных отношений редко происходит внезапно. Часто оно является кульминацией длительного процесса эмоционального отчуждения супругов или их неудовлетворенности и нарастающей независимости друг от друга. И они уже втянулись в силовую борьбу и выстраивают свою жизнь так, что для истинной близости и доверительности просто нет места» .
Следует согласиться с классиком российской цивилистики А.И. Загоровским, который отмечал, что «вопрос о расторжении брака справедливо считается одним из труднейших законодательных вопросов. В самом деле, при разрешении его законодателю приходится считаться, во -первых, с тем, что брак по существу своему есть союз пожизненный, а следовательно, расторжение его является своего рода аномалией; во-вторых, с тем, что разводы особенно пагубно влияют на судьбу детей... в -третьих, с тем, что при разводе в особенности трудно бывает определить, при ком же из разведенных родителей должны быть дети...» .
Полагаем, что немаловажное значение имеет и философский вопрос, почему все же распадаются браки? Это имеет особое значение с точки зрения философско-нравственной оценки брачно-супружеских отношений. Конечно, в каждой семье свои причины, но наиболее распространенные из них:

1. Отсутствие уважения в семье, которое может выражаться во взаимных оскорблениях или унижениях, что может привести к разводу.
2. Злоупотребление алкоголем, психотропными веществами, что может вызвать вполне объяснимое недовольство супруга.
3. Вмешательство третьих лиц в жизнь супругов.

Наиболее часто распадаются ранние браки, вызвано это тем, что лица в силу своего возраста и отсутствия жизненного опыта, не готовы к семейной жизни, к взаимным обязанностям, рождению детей, у них отсутствует общая цель и брак прекращается.
Вполне оправдано, что развод нельзя расценивать только как всегда отрицательное, нравственно неоправданное социально-правовое явление. В некоторых случаях развод — единственно возможное разрешение кризисной ситуации, сложившейся между супругами и прекращение супружеского правоотношения направлено на защиту их прав и интересов.
Прекращение супружеских правоотношений посредством расторжения брака имеет право на существование, в демократическом обществе люди должны иметь право воспользоваться им, в связи с чем, следует согласиться с позицией С.А. Климовой, которая рассматривает «право супруга на расторжение брака» в аспекте неимущественных прав супруга, которые
возникают с момента регистрации брака.
Выдающийся русский психолог Целуйко В.М. отмечает: «Счастливый брачный союз, основанный на любви и взаимопонимании, разумеется, добро. А развод? Одни считают его злом, а другие - избавлением от зла. А он как дождь: когда необходимо - добро, во всех остальных случаях - зло, и немалое. Пожалуй, в этой метафоре наиболее четко подмечена психологическая сущность развода. Для кого -то - это единственный выход из сложившейся конфликтной ситуации в семье, когда присутствие рядом другого человека вызывает острое раздражение, даже ненависть, а для кого -то - сильное эмоциональное и психическое потрясение, оставляющее горький след в душе» .
С юридической точки зрения, под прекращением брака Воробьёва Л.В. понимает «прекращение правоотношений между супругами, возникших из зарегистрированного брака» . Прекращение брака, как отмечает М.С. Каменецкая - «прекращение на будущее время правоотношений между супругами, возникших из юридически оформленного брака» .
С.А. Муратова небезосновательно полагает, что под прекращением брака следует понимать «обусловленное наступлением определенных юридических фактов прекращение супружеских правоотношений» .
О.Л. Тимшина опровергает тезис о том, что прекращение брака есть прекращение правоотношений, возникающих между супругами в результате государственной регистрации брака. При этом данный автор предлагает рассматривать прекращение брака как юридический состав (совокупность юридических фактов), изменяющий правоотношения между супругами .
Полагаем, что при расторжении брака супружеские правоотношения прекращаются, но одновременно могут возникать правоотношения бывших супругов. Т.е. прекращение супружеского статуса приводит к возникновению статуса бывших супругов.
По мнению Ю.В. Байгушевой п.2 ст. 16 п. 1 ст.19 СК РФ предусматривают возможность прекращения брака по взаимному согласию супругов, то есть посредством заключения ими договора. Фактический состав договора о прекращении брака в таком случае включает два элемента: 1) соглашение супругов о прекращении состояния супружества и 2) государственную регистрацию этого соглашения. В то же время, как полагает данный автор, п. ст. 19 СК РФ предоставляет супругу право прекратить брак своей односторонней сделкой.
В законодательстве России существуют определенные основания для прекращения брака. Они указаны в статье 16 СК РФ. Также существуют и основания, являющиеся поводом к расторжению брака, которые изначально свидетельствуют о его недействительности. Среди таких оснований выделяется так называемый фиктивный брак, либо нарушение условий заключения брака.
Исходя из этого, условия прекращения брака можно бы было разделить по следующим основаниям:
- когда волевые действия обоих субъектов могут привести к недействительности брака и, как следствие, его прекращению (например, в случаях его фиктивности, если оба супруга вступили в семью исходя из условий приобретения определенной выгоды, либо оба супруга знали о нарушении условий заключения брака);
- когда действия одного из супругов могут привести к прекращению брака (например, вступление в брак под влиянием обмана, насилия, сокрытие одним из супругов наличия венерической болезни);
- когда при вступлении в брак ни один из супругов не мог предвидеть события, которые в дальнейшем могли бы привести к его прекращению (например, признание одного из супругов умершим (судом); смерть одного из супругов).
Согласно ст. 31 Федерального закона от 15.11.1997 № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния», основанием для государственной регистрации расторжения брака является:
- совместное заявление о расторжении брака супругов, не имеющих общих детей, не достигших совершеннолетия;
- заявление о расторжении брака, поданное одним из супругов, и вступившее в законную силу решение (приговор) суда в отношении другого супруга, если он признан судом безвестно отсутствующим, признан судом недееспособным или осужден за совершение преступления к лишению свободы на срок свыше трех лет;
- решение суда о расторжении брака, вступившее в законную силу.
Первоначально как за рубежом, так и в России расторжение брака
трактовалось как санкция, а впоследствии, в связи с развитием законодательного регулирования развода, одновременно могли присутствовать несколько концепций развода.
Рассматривая правовую природу расторжения брака, необходимо отметить, что в российской семейно -правовой науке достаточно всеобъемлющей представляется классификация концепций расторжения брака, предложенная профессором М.В. Антокольской, которая вполне заслуженно и объективно аргументированно доказывает, что в истории европейского законодательства о разводе можно условно выделить четыре основных исторических типа развода, каждый из которых характеризуется своими специфическими основаниями для расторжения брака:
1) развод-санкция, основанный на виновном поведении одного из супругов;
2) развод-констатация, основанный на непоправимом распаде семьи;
3) развод-соглашение, основанный на взаимном согласии сторон;
4) развод-требование, основанный на одностороннем волеизъявлении одного из супругов .
Данные научные концепции расторжения брака реализуют основные доктринальные идеи в отношении правовой природы расторжения брака, которые получали закрепление в разные исторические периоды и в современной доктрине имеют право на существование.
Безусловно, расторжение брака выступает всего лишь одним из оснований прекращения супружеского правоотношения. Однако, именно расторжение брака вызывает повышенную заинтересованность в изучении, так как при такой ситуации оба супруга продолжают жить, а супружеские правоотношения прекращаются на будущее время. Соответственно, прекращение семейно-правовых связей не прекращает гражданско -правовых отношений. И оправданно говорить о сущности расторжения брака как способе защиты брачно -семейных прав, реализуемых супругами в брачном союзе.
Заметим, что ранее действовавшее законодательство, а именно Кодекс о браке и семье РСФСР (далее - КоБС РСФСР) использовало иные понятия. Так, ст. 30 КоБС РСФСР предусматривала: «Брак прекращается вследствие смерти или объявления в судебном порядке умершим одного из супругов. При жизни супругов брак может быть расторгнут путем развода (выделено мною - В.И.) по заявлению одного или обоих супругов» .
Соответственно, развод определялся законодателем как способ расторжения брака. Вместе с тем, отметим, что «расторжение брака» и «развод» лексически являются синонимами, и прежняя редакция закона представляется не вполне точной. Существенных отличий между категориями «расторжение брака» и «развод» не существует, в обиходе, как правило, употребляется термин «развод», что касается науки и практики, то, конечно, более правильным, соответствующим действующему семейному законодательству представляется, конечно, термин «расторжение брака».
Действительно, в некоторых случаях сохранение семьи, статуса супружества становится невозможным. Семейным законодательством предусматривается возможность прекращения брака путем его расторжения. Причин этому может быть множество и в каждом конкретном случае они будут свои. Это объясняется сложностью и многогранностью отношений в семье, отношений, в первую очередь, между супругами. В некоторых случаях семья перестает благотворно влиять на ее членов, вызывает негативные реакции - сохранение брака бессмысленно . Супружеские ценности разрушаются, однако возникает необходимость сохранения иных семейных ценностей и защитить, обеспечить права детей и бывших супругов. Соответственно, расторгая брак супруги (один из них) реализуют принадлежащее им субъективное право на защиту своих прав интересов.
В семейно-правовой доктрине под разводом понималось «произведенное в установленном порядке по заявлению одного или обоих супругов расторжение брака, оформленное путем регистрации в органах ЗАГС, и прекращающее на будущее правоотношения между супругами, вытекающие из брака, за изъятиями, предусмотренными законом» . Что в полной мере соответствовало действующему в том период законодательству и правоприменительной практике.
В доктрине ст. 30 КоБС РСФСР, подвергалась многократному анализу, в частности, С.А. Инюкина небезосновательно предполагает, что «под разводом подразумевалось только оформленное в органе ЗАГС прекращение брака посредством регистрации расторжения брака в книге записей актов гражданского состояния и с выдачей одному или обоим супругам свидетельства
о разводе» . Однако в ст.38 КоБСа РСФСР и п.3 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 28 ноября 1980 г. «О практике применения судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» термины «развод» и «расторжение брака» употреблялись как синонимы.
Важным основополагающим началом семейного законодательства является принцип обеспечения не только беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, но и возможности судебной защиты этих прав (ст. 1 СК РФ), как представляется, именно эта функция реализуется супругами при расторжении брака. Реализация прав и исполнение обязанностей супругов в брачном правоотношении при расторжении брака направлена именно на защиту их прав и интересов, которые нарушаются при нахождении супругов в семейно-правовой, основанной на браке, связи.
В супружеских правоотношениях в нашей стране важная роль принадлежит судебной форме защиты прав супругов и других членов семьи, в том числе и при расторжении брака. «Анализ судебной практики - как указывают отдельные правоприменители, - позволяет сделать вывод, что ведущая роль в защите семейных прав отводится судебному порядку - как наиболее справедливой и эффективной юрисдикционной форме защиты прав. Принцип судебной защиты семейных прав включает: равное право на судебную защиту, невозможность ограничения права на судебную защиту, свободу осуществления права на судебную защиту. Таким образом, судебная защита семейных прав выступает в качестве универсальной формы защиты» .
Безусловно, что супругам доступны и иные, предусмотренные законом формы и способы защиты своих нарушенных или оспариваемых прав и интересов, в том числе, при реализации волеизъявления защитить свои права в рамках установленной законом процедуры расторжения брака. Однако, консерватизм многих отношений, складывающихся из брака и принадлежности к семье, предопределяет выбор судебной формы защиты.
Считаем оправданным рассматривать расторжение брака как один из способов защиты их прав и интересов супругов, когда сохранение брачно - супружеского союза не представляется возможным, сам брак нецелесообразен, превращается в фиктивную юридическую конструкцию, его дальнейшее существование нарушает их права и законные интересы как самих супругов, так и детей. То есть нахождение в таком браке не способствует реализации супружеских прав и интересов, реализации цели заключения брака. Правовое состояние супружества нарушает или создает угрозу нарушения прав супругов.
В науке семейного права небезосновательно высказано мнение, что в бракоразводном процессе защите подлежит субъективное право на расторжение брака. Так, О.Г. Миролюбова рассматривает право на расторжение брака в контексте механизма защиты субъективных прав и интересов. Расторжение брака - это осуществление права на развод путем прекращения регулятивного правоотношения . Такая трактовка, в целом, представляется вполне рациональным и заслуживает поддержки.
Необходимо подчеркнуть, что действующее современное российское законодательство справедливо предусматривает невозможность продолжения брака против воли одного из супругов, что в полно мере соответствует принципу добровольности брачного союза и создает предпосылку для воплощения личного неимущественного права супруга на расторжение брака при наличии соответствующего волеизъявления.
Полагаем, что расторжение брака по своей юридической направленности и правовой природе выступает особым способом защиты прав и интересов супругов, поскольку сохранение и продолжение брака может не только не отвечать интересам супругов, но и противоречить им, нарушать права или создавать угрозу их нарушения. Семейные супружеские ценности разрушаются. В связи с этим, отметим актуальность для сегодняшнего времени высказывания дореволюционного цивилиста Г.Ф. Шершеневича, который справедливо указывал, что брак «как нравственный союз, имеющий своей целью полное общение, физическое и духовное, он лишается своего содержания с невозможностью достижения этой задачи и становится тяжелым бременем для связанных навсегда супругов. Нравственный союз, потерявший свою нравственную основу, должен быть расторгнут, иначе он может принять форму безнравственного общения... Только прекращение неудачного брака открывает возможность другого, более счастливого. Это достигается разводом, под которым понимается прекращение законно существовавшего брака по указанным в законе причинам» .
Защиту семейных прав необходимо рассматривать как определенную логически взаимосвязанную совокупность предусмотренных семейным или гражданским законом мер (способов), направленных на обеспечение неприкосновенности семейных прав, восстановление нарушенного или оспариваемого семейного права и пресечение действий, нарушающих права членов семьи.
В современной цивилистической доктрине заслуживают внимания диссертационные исследования, посвященные вопросам защиты семейных прав граждан, в целом. В частности, Е.В. Каймакова в своем научном труде справедливо отмечала, что при нарушении субъективных семейных прав участники семейных правоотношений приобретают право на защиту, что вполне естественно, так как при нарушении любого гражданского права с неизбежностью возникает право на защиту и восстановление своего нарушенного права. Имеются также исследования, посвященные процессуальным особенностям и средствам обеспечения защиты семейных
прав граждан в рамках гражданского судопроизводства .
По справедливому мнению О.А. Рузаковой, предметом защиты выступают, прежде всего, конкретные субъективные права участников семейных правоотношений, а также их законные интересы, то есть опосредованные конкретными субъективными правами социально значимые интересы, которые признаются и охраняются законом .
Необходимо акцентировать внимание на проблеме отсутствия в цивилистической доктрине единого подхода в отношении форм и способов защиты субъективных прав. Конечно, большинство цивилистов вполне оправданно признают юрисдикционную и неюрисдикционную формы защиты. Кроме того, подчеркивает Н.Ф. Звенигородская, в семейно -правовой науке при исследовании механизма защиты субъективных прав ученые используют различные термины . По мнению данного ученого, которое заслуживает поддержки, законодатель сам употребляет разные термины применительно к одним и тем же правоотношениям: «меры», «способы», «средства», «формы защиты». Характерно, что в юридической науке некоторыми авторами эти понятия воспринимаются как идентичные , а те авторы, которые так не считают, не дают им определения» .
Как справедливо указывается в литературе, «под формой защиты понимается комплекс внутренне согласованных организационных мероприятий по защите субъективных прав и охраняемых законом интересов».
Полагаем, что изучение проблемы соотношения форм, средств и способов защиты семейных прав наиболее интересно именно на примере расторжения брака как юридического факта и способа защиты семейных прав. В частности, решая вопрос о своем семейном статусе, возможности продолжения совместной супружеской жизни и сохранении семьи, каждый из супругов руководствуется, прежде всего, своими собственными интересами и стремится защитить, конечно, собственные права и охраняемые законом интересы. Возникает вопрос: обращаясь с заявлением о расторжении брака, происходит ли реализация такого способа защиты прав как самозащита? Или же расторжение брака следует рассматривать как предоставление защиты в рамках юрисдикционной формы?
Порядок защиты семейных прав представляет собой определенную последовательность действий, предусмотренных в законодательстве в целях защиты своих нарушенных или оспариваемых прав в семейных правоотношениях, а форма защиты семейных прав - это внешнее выражение в виде реализации непосредственных действий, целью которых является также защита нарушенных семейных прав.
В юридической литературе проводятся параллели между российским законодательством и зарубежным с точки зрения оценки гарантий обеспечения и защиты прав и интересов граждан при расторжении брака. Полагаем, что в сфере защиты именно семейных прав граждан, в целом, и прав супругов, в частности, при расторжении брака в административном или судебном порядке отношения регламентированы в достаточной степени последовательно, а предусмотренные законом механизмы реализации данного способа защиты соответствуют социально-правовым потребностям супругов как участников брачного правоотношения.
Для сравнения можно обратиться к законодательству республики Мальта. Мальта - единственное государство Европы, которое до недавнего времени запрещало классическую концепцию развода с заменой его на противоречивое освобождение от некоторых брачно -супружеских обязательств. «Так или иначе, - пишет Г.В. Арутюнян, - мальтийский закон о разводе будет одним из самых консервативных в мире. Проект закона, который был вынесен на референдум, предусматривал, что развод допустим только в том случае, если супруги четыре из последних пяти лет жили отдельно друг от друга, шансов на их примирение  нет и они смогли договориться обо всех условиях развода».
Анализ законодательства, регулирующего отношения в сфере прекращения брака, дает основания утверждать о новаторском правопонимании расторжения брака как основании его прекращения. Расторжение брака происходит по заявлению супругов (или одного из них), соответственно, такая форма волеизъявления свидетельствует о намерении защитить свои семейные, а в отдельных случаях, и гражданские права.
Для аргументации данного вывода считаем возможным обратиться к следующим положениям российского семейного законодательства.
Во-первых, согласно ст. 53 СК РФ дети, рожденные вне брака, имеют такие же права и обязанности, что и дети, рожденные в браке. Следовательно, расторжение брака никоим образом формально не оказывает влияния на правовое положение ребенка, обеспечивая и защищая его права.
Во-вторых, в соответствии с п. 1 ст. 38 СК РФ требование о разделе общего имущества супругов может быть заявлено как при расторжении брака, так и в период брака, а также после его расторжения. Это означает, что имущественные права и интересы супругов могут быть реализованы в любой момент в период брака, то есть нет необходимости расторгать брак для того, чтобы решить имущественные споры. Таким образом, расторжение брака выступает приоритетно способом защиты личных неимущественных прав и интересов супругов (одного из них), реализация которого направлена на изменение семейно-правового статуса мужчины и женщины и прекращение супружеских правоотношений .
Современная семейно-правовая защита обусловлена динамично меняющейся структурой семейных правоотношений и уровнем их правового регулирования. Семейное право должно оперативно реагировать на новые факторы совместного семейного общежития, предопределяющие развитие
общества и государства, своевременно отражая их в нормативных положениях. Полагаем, что все это в полной мере относится к защите семейных прав супругов, которая реализуется при расторжении брака.
Возможность самозащиты права предусмотрена на уровне международно-правовых источников. Так, в Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 9 декабря 1998 г. № 53/144 «Декларация о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы» провозглашено, что каждый человек имеет право индивидуально и совместно с другими поощрять и стремиться защищать и осуществлять права человека и основные свободы на национальном и международном уровнях (ст. 1).
С.В. Горбачева справедливо полагает, что действия по самозащите есть проявление сущностных свойств личности, а самозащита прав выступает самостоятельным комплексным правовым институтом, поскольку в нем сосредоточены нормы различных отраслей права (конституционного, гражданского, трудового, семейного и многих других). При этом существующие регламентации самозащиты прав на отраслевом уровне носят усеченный и противоречивый характер, отсутствует ясная государственная концепция самозащиты прав, что влечет за собой непоследовательность законодателя в регулировании тех или иных способов самозащиты прав.
Право на самозащиту является конституционным правом, признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, подлежит государственной защите, позволяет субъекту реализовать свои права, которые, по его мнению, были оспорены или нарушены, защищать их любыми способами, не запрещенными законом. Право на самозащиту одновременно выступает в качестве гарантии реализации других прав и занимает особое место как в системе конституционных прав и свобод человека и гражданина, так и в системе юридических гарантий этих прав и
свобод .
В семейно-правовой доктрине реализуются различные подходы в отношении самозащиты семейных прав вообще и возможности ее применения при расторжении брака, в частности. Считаем возможным применение самозащиты семейных прав при расторжении брака, однако другие ученые отрицают какую-либо самозащиту в семейных супружеских правоотношениях, что, как представляется, не соответствует объективно складывающимся правоотношениям при расторжении брака. В одном из комментариев СК РФ справедливо указывается: «допускается также самозащита семейных прав. Возможна самозащита не только семейных прав, но и охраняемых законом интересов. К самозащите прибегают при наличии правонарушения или реальной угрозы такого нарушения. Способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для пресечения» .
Авторы другого комментария считают, что «защита семейных прав осуществляется гражданином самостоятельно. Однако в случаях, предусмотренных в СК РФ, такая защита может осуществляться органами опеки и попечительства, иными государственными органами. ... Защита семейных прав может осуществляться как в судебном порядке, так и без обращения в суд. В частности, допускается самозащита семейных прав (если, конечно, такая защита осуществляется в пределах закона)» .
Самозащита семейных прав, по мнению М.А. Геворгян, представляет собой действия, направленные на недопущение или на пресечение нарушения вопреки воле нарушителя. Действия, не являющиеся пресечением нарушения, будь то восстановление права или действия, направленные на компенсацию потерь, причиненных имущественной сфере потерпевшего, не могут рассматриваться как самозащита гражданских прав, поскольку направлены не на защиту нарушаемого права, а преследуют иную цель.
По справедливому суждению Н.Ф. Звенигородской, «в семейном праве самозащита как неюсридикционная форма защиты семейных прав также имеет право на существование».
Как отмечала Н.С. Шерстнева: «Семейный кодекс РФ закрепляет две основные формы защиты семейных прав: судебную и административную. Так, согласно п.1 ст.8 защита семейных прав осуществляется судом по правилам гражданского судопроизводства, а в предусмотренных СК РФ случаях - государственными органами или органами опеки и попечительства. Из данной нормы видно, что законодатель разграничивает судебную и административную подведомственность» .
Достаточно категоричную позицию занимает Е.А. Душкина: «В связи с особым личностным характером отношений между членами семьи семейное законодательство не допускает самозащиты нарушенных прав. Самозащита семейных прав возможна лишь в соответствии с нормами других отраслей права: родители, в частности, имеют право на необходимую оборону прав и интересов детей, возможна также самозащита семейных прав в состоянии крайней необходимости» .
На наш взгляд, специфические лично-доверительные отношения между субъектами семейных супружеских правоотношений, особые семейно - правовые связи между ними, наоборот, выступают уникальной сферой применения именно самозащиты, которая, как представляется, реализуется именно в правозащитном механизме прекращения супружеских правоотношений при расторжении брака. Одним из основных начал семейного законодательства является разрешение внутрисемейных вопросов по взаимному согласию (ст.1 СК РФ), в связи с чем, субъекты семейных правоотношений могут использовать любые не противоречащие закону средства в рамках самозащиты, стремясь к достижению согласия в семье, в том числе и при расторжении брака, договариваясь цивилизованным образом о разводе супругов и прекращении правоотношений между ними.
Исходя из высказанных соображений, представляется ошибочным сформулированное в науке мнение, что «в силу правил добровольности семейного союза и основных принципов, на которых основан брак, волеизъявление супруга (супругов) на расторжение брака нельзя рассматривать как реализацию права на защиту и следствием возникновения охранительного правоотношения. Волеизъявление на расторжение брака осуществляется, по нашему мнению, каждым из супругов свободно в рамках регулятивных правоотношений».
Целесообразность и необходимость определения правовой природы и сущности расторжения брака как социально -правового способа и конструкции, на примере которой возможно определение специфики защиты брачно - семейных прав супругов, подтверждается семейно-правовой доктриной. «Расторжение брака супругами, как правило, прекращает семейные отношения, порождает имущественные, прежде всего жилищные, проблемы, проблемы осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, ограничивает право ребенка жить и воспитываться в семье своих родителей и многие другие, свидетельствующие о кризисе, переживаемом современной российской семьей, то есть можно констатировать, что многие семейные споры личного неимущественного и имущественного характера, требующие административного и судебного вмешательства, возникают именно после расторжения брака между супругами. В свою очередь, нестабильность брака и супружеских отношений являются причиной нарушения семейных прав
и служат основанием обращения членов семьи за их защитой».
При защите семейных прав возможно сочетание юрисдикционных и неюрисдикционных форм. Применение судебной процедуры расторжения брака лиц, имеющих общих несовершеннолетних детей установлена в императивном порядке. И даже, если между ними будет заключено соглашение о детях, отвечающее интересам последних, брак все равно может быть расторгнут только судом, соответственно, может быть применена только юрисдикционная форма защиты.
В юридической литературе встречаются мнения, согласно которым отрицается наличие факта правовой защиты в делах о расторжении брака . Комментируя такие подходы, Н.И. Прокошкина пишет: «Существует имманентное противоречие между утверждениями о том, что «право на расторжение брака является субъективным правом на юрисдикционную деятельность суда» и что «расторжением брака не могут быть нарушены или оспорены права супругов, право на судебную защиту у супругов не возникает; интерес истца на прекращение брака не является правовой категорией» .
Указанный автор далее рассуждает следующим образом: «Поскольку расторжение брака ведет к изменению правового статуса субъектов семейных правоотношений (в частности, супруги перестают быть супругами), наличествующие в деле о расторжении брака интересы лиц не могут быть ничем иным, как правовой категорией» .
Нарушаются или оспариваются права субъектов семейных правоотношений - зависит от отношения каждого из них в отдельности к распаду семьи и бракоразводному процессу в гражданском судопроизводстве.
«В любом случае, - как обоснованно считает Н.И. Прокошкина, - задача суда состоит не в формальном расторжении брака, а в защите прав и интересов членов семьи, особенно прав несовершеннолетних детей» .
Отсутствует среди ученых и единство по вопросу о том, что выступает объектом защиты при рассмотрении судами дел о расторжении брака. Ряд ученых считает, что при судебном рассмотрении дел данной категории защите подлежит субъективное право на расторжение брака . Представители науки семейного права советского периода полагали, что в качестве объекта защиты выступает само брачное или семейное правоотношение .
В современной семейно-правовой доктрине большинство ученых признает, что объектом защиты выступает интерес супруга в прекращении брачного правоотношения . При этом сторонники данной точки зрения ссылаются на В.И. Тертышникова - представителя также эпохи социализма, который писал: «содержание защиты права в виде прекращения
правоотношения присуще с определенной спецификой и для дел о расторжении брака» .
Данная позиция, как утверждает Н.И. Прокошкина, обусловлена тем обстоятельством, что содержание защиты права определяет ее форму в виде предъявления иска о прекращении правоотношения, соответствующую деятельность суда и участников процесса, а также вынесение судом решения о расторжении брака .
Е.А. Душкина совершенно справедливо считает, что «свои спорные вопросы супруги должны разрешать, основываясь на чувствах любви, уважения, взаимопомощи и т.д. В этом случае семья будет сохранена. Иначе сохранение семьи становится нецелесообразным и супруги или супруг вправе воспользоваться своим правом на расторжение брака» . Комментируя данное высказывание профессор О.Ю. Ильина обоснованно полагает, что изложенное мнение есть не что иное как тезис, согласно которому расторжение брака есть способ защиты личных прав супругов . Как представляется, не вполне понятно, что имеет в виду указанный автор - реализацию субъективного права на расторжение брака либо применение расторжения брака как способа защиты субъективных прав?
Как верно указывает С.А. Климова, «право супруга на расторжение брака является его личным неимущественным правом. СК РФ наделяет таким правом каждого из супругов, за исключением случаев, предусмотренных ст. 17 СК РФ. ... Норма ст. 17 СК РФ является исключением из конституционного принципа права каждого гражданина на судебную защиту, предусмотренного ст.46 Конституции РФ, и принципа равенства прав супругов в решении вопросов жизни семьи и брака (ст. 1. 31 СК РФ)» .
Позволим себе не согласиться с указанным высказыванием и другими авторам, занимающими аналогичную позицию. Представляется, что изложенный подход характеризуется смешением понятий «право на судебную защиту» и «право на расторжение брака». Муж, как, впрочем, и жена, не может быть ограничен в праве на обращение в суд, на получение судебной защиты.
Как представляется, поскольку традиционно считается, что расторжение брака приводит к прекращению большинства супружеских правоотношений, то предметом защиты выступают личные неимущественные и отчасти имущественные субъективные права каждого из супругов.
Действующее законодательство предусматривает «безоговорочное» расторжение брака судом, если один из супругов по -прежнему возражает против развода, но по истечении примирительного срока намерения истца не изменились.
Как верно отмечает Е.В. Каймакова: «Отдельные семейно-правовые требования рассматриваются в судебном порядке не из-за того, что стороны находятся в состоянии спора, а потому, что решение данного конкретного вопроса отнесено СК РФ или иными федеральными законами только к судебной компетенции, посредством чего государство не только контролирует процесс изменения или прекращения семейных правоотношений, но и устраняет нарушение одними субъектами семейных правоотношений прав и законных интересов других субъектов, а также не допускает злоупотребление правами» . Действительно, закон устанавливает жесткие, императивные требования, при каких условиях брак может быть расторгнуть в органах ЗАГС или в суде.
Соглашаясь с мнением специалистов по семейному праву в отношении трактовки расторжения брака как способа защиты семейных прав , И.А. Косарева дополнительно и аргументированно отмечает: «Можно возразить, аргументируя тем, что способом защиты в общей теории права и в отраслевых науках считается мера, направленная на восстановление (признание) нарушенного (оспариваемого) права, в связи с чем затруднительно установить, какие нарушенные (оспариваемые) права супругов восстанавливаются (признаются) при разводе, ведь при расторжении брака супружеские правоотношения прекращаются на будущее время. Однако в гражданском праве, - пишет данный автор, - прекращение правоотношений прямо названо в числе способов защиты прав (ст. 12 ГК РФ). И признание брака недействительным, и расторжение брака - это все-таки способы защиты права» .
Присоединяясь к мнению с И.А. Косаревой в отношении того, что расторжение брака является способом защиты права, считаем возможным отчасти не согласиться применительно к обоснованию доводов ученого и аргументировать свою позицию. Действительно, при поверхностном рассмотрении расторжения брака, не выявляя правовой природы данного социально-правового явления, можно сделать вывод о его отнесении к такому гражданско-правовому способу защиты семейных прав, как прекращение правоотношения. Действительно, супружеское правоотношение вроде бы прекращается, но одновременно они приобретают особый семейно-правовой статуй статус бывших супругов, соответственно, семейное правоотношение продолжает свое существование в измененном, трансформированном виде.
Конечно, нельзя говорить о тождественности расторжения брака со способами защиты, определенными в ст. 12 ГК РФ. Нельзя проводить знак равенства между расторжением брака как способом защиты супружеских прав и таким способом защиты, как прекращение правоотношения.
Рассматривая расторжение брака с точки зрения способа защиты семейных супружеских прав и интересов и других членов семьи, необходимо уделить внимание достаточно актуальной проблеме, которая проявляется в современном российском обществе, - проблематика определения так называемых фиктивных разводов.
Действительно, в правоприменительной жизни супругов происходит формальное прекращение брака посредством его фактического расторжения, однако, несмотря на юридически оформленное расторжение брака, фактически супружеские и иные семейные правоотношения не прекращаются, а реальная воля супругов была направлена на достижение совершенно иной цели, т.е. создается видимость развода для получения преимуществ как лица, не находящегося в законном браке. Например, с целью занятия определенной должности, необходимо расторгнуть брак, показывая отсутствие супружеских отношений с партнером, когда его положение или действия (деятельность) «мешает» претендовать на замещение высоких должностей, например, в судейском сообществе.
В науке семейного права данная проблема наиболее широко исследуется Н.Н. Тарусиной. Данный автор справедливо отмечает, что «явления фиктивности в цивилистике весьма распространены. То же самое приходится констатировать и в области жизнедеятельности семейных правоотношений: фиктивными могут быть брак, развод, раздел общесупружеского имущества, брачный договор, взыскание алиментов, признание отцовства, усыновление, опека, приемное родительство и т.д.» .
При этом совершенно очевидно, что полная аналогия фиктивных сделок в гражданском и семейном праве невозможна. Фиктивная сделка - действия граждан и юридических лиц, внешне имитирующие (выдающие себя за) иную сделку, чем подразумевается на самом деле сторонами, или же лишь создающие видимость заключения сделки.
Главный признак фиктивного расторжения брака - это отсутствие намерения прекратить брачно-семейные правоотношения. Полагаем, что моделирование ситуации фиктивного развода и прекращения семейных правоотношений, прежде всего, предполагает установление причин, в силу которых супруги решили избрать именно такой способ защиты своих семейных прав, а также прав и интересов других членов семьи (в определенных ситуациях).
Несмотря на формирование рыночной экономики в России до сих пор остается актуальным вопрос реализации жилищных прав при предоставлении государством ведомственного (служебного) жилого помещения, при использовании жилищных сертификатов для военнослужащих, сотрудников полиции и т.д.
Кроме того, предпринимательская деятельность одного из супругов может повлечь как благоприятные имущественные последствия для членов его семьи, так и нежелательные последствия, связанные с ответственностью по обязательствам. В связи с этим, фиктивный развод может иметь место как с целью сокрытия доходов, так и с целью избежания обращения взыскания на имущество, поскольку оно будет зарегистрировано на одного из супругов, которые как бы прекратили супружеские правоотношения.
Заметим, что проблематика фиктивных разводов была предметом внимания ученых и практиков еще в период действия советского законодательства .
Н.Н. Тарусина в своих исследованиях проводит параллель с гражданским правом, изучая возможность санации фиктивного развода и применения соответствующих правовых последствий. «Видимо, целесообразно применять «полусанацию»: правовые отношения (или правовые последствия),
возникновения (наступления) которых неправомерно добивались стороны, должны подвергнуться реституции; прекращение брака, если супруги уже не желают возобновления его, считать состоявшимся с момента вступления в законную силу судебного решения по иску (о признании развода недействительным как фиктивного - В.И.). Возможен и другой вариант. Если суд установит, что «фиктивно разведенные» супруги (или один из них) в настоящее время стремятся к действительному прекращению брачного правоотношения, следует разрешить предъявленные прокурором (или иным законным заявителем) требования об аннулировании всех правовых последствий, кроме семейно -правовых. А последние определить с соблюдением следующей процедуры: 1) при взаимном стремлении к разводу прекратить брак по правилам ст.23 СК РФ; 2) при одностороннем - отложить дело слушанием на 3 месяца (то есть максимально возможный срок - ч. 2 ст. 22 СК РФ). При подтверждении просьбы - признать фиктивный развод действительным с момента вступления данного решения в законную силу, сообщить отделу ЗАГС об изменении даты прекращения брака» .
Безусловно, основополагающий принцип добровольности брачного - супружеского союза предполагает свободу выбора партнера в браке не только при заключении брака, но и при желании его расторгнуть, вполне естественно, что невозможно заставить супругов жить вместе и находиться в браке. При этом свобода предполагает не только принятие решения о дальнейшем нахождении брака, но и выбор абсолютно любых для того оснований, например, отсутствие желания в сохранении супружеского союза. Вполне закономерно, что статистические данные, свидетельствующие о росте числа разводов, и эти негативные тенденции, как представляется, должны учитываться при формировании современной государственной семейной политики в России и разработке конкретных мер по укреплению семьи и брака, сохранения стабильности российской модели семьи, основанной на законном браке, зарегистрированном в органах ЗАГС. В то же время пределы вмешательства государства в частноправовую сферу семейной жизни, о чем справедливо пишет О.Ю. Ильина , должны быть минимальны, рациональны и предельно обоснованы.
Точно так же, как и при признании фиктивного брака недействительным, при возможном признании недействительным развода необходимо указать норму, которую нарушили супруги, вступив в брак или, соответственно, расторгнув его фиктивно. Заметим, что подобной нормы, предусматривающей обязанность мужчины и женщины создать семью при заключении брака и обязанность противоположного по сути содержания при разводе, действующее семейное законодательство не предусматривает.
Безусловно, желание супругов расторгнуть брак может быть определено весьма различными мотивами, которые, как правило, не основаны на юридически значимых обстоятельствах. Полагаем, что, расторгая брак, супруги преследуют цель защитить свои личные неимущественные и (или) имущественные права. Выбор именно такого способа защиты обусловлен необходимостью изменения брачно -семейного статуса супруга (супругов), вместе с тем, само расторжение брака фактически не меняет сложившихся отношений между супругами. Брак юридически расторгается, однако семейные отношения сохраняются. Таким образом, фиктивный развод не преследует его истинной цели - расторжения брака и прекращения брачно-семейных супружеских правоотношений.
По мнению В.О. Аболонина, фиктивный развод есть не что иное как проведение судебного разбирательства по вымышленным спорам по предварительному сговору истца и ответчика. «Например, нередкими являются ситуации, когда обращающиеся в суд супруги, требующие развода и раздела совместно нажитого имущества, в действительности преследуют цель сохранения этого имущества от кредиторов, требующих исполнения долговых обязательств одним из них, и таким образом судебный процесс по делу направлен не на исполнение положений закона (ст. ст.23, 38, 39 СК РФ) в виде прекращения брака и статуса общей совместной собственности, а на содействие должнику в уклонении от предписанного законом исполнения долгового обязательства в нарушение положений гражданского законодательства» .
Некоторые ученые, небезосновательно полагая, что «в общем, цели фиктивных разводов - всегда полукриминальные и противозаконные», предлагают достаточно кардинальные способы «борьбы» с ними. «По аналогии со ст. 27 СК РФ (признание брака недействительным) можно предложить следующую формулировку в отношении фиктивного развода: «расторжение брака признается недействительным в случае фиктивного развода, то есть если супруги или один из них расторгли брак только для видимости, не имея серьезного намерения уйти из семьи и фактически продолжая супружеские (брачные) отношения» . При этом И.Р. Коголовский подчеркивает: «... не следует связывать фиктивный брак с раздельным проживанием, семью с браком. Семья, имеющая в своей основе общность места жительства и хозяйствования, может прекратить свое существование по причине длительного раздельного проживания супругов, сложившейся автономности быта и т.п., но брак при этом как юридическая связь супругов сохраняется вплоть до решения соответствующего юрисдикционного органа.
Представляется, что указанное предложение не может быть воспринято законодателем, прежде всего, исходя из уже упомянутого принципа добровольности брака. Кроме того, применение нормы в предлагаемой редакции будет сопровождаться сложностями оценивания используемых категорий. Что значит «не имея серьезного намерения уйти из семьи»? Как разграничить серьезные и несерьезные намерения? Как, используя правовые понятия, можно квалифицировать «уход из семьи»?
Н.Н. Тарусина, рассуждая о фиктивных состояниях в семейном праве, аргументированно определяет: «Фиктивным является действие или отношение, внешне отвечающее формальным требованиям той правовой конструкции, которая используется, однако не соответствующее ее цели и содержанию» . В отличие от фикции (особого технико-юридического приема), которая выполняет роль своеобразного неординарного сорегулятора общественных отношений, наряду с классическими технологиями, достигая совместно с ними не только цели формальной определенности правовых предписаний, но нередко выполняя и социально -нравственные задачи, фиктивность есть безусловно негативное явление - правонарушение или аморальный поступок (если государственной реакции не предусмотрено, а применение санкций по аналогии невозможно» .
В практике фиксированы случаи предположительных фиктивных разводов, где в качестве стороны выступают депутаты, госслужащие высокого ранга, чтобы избежать ограничений, связанных с законодательством о противодействии коррупции (необходимостью предоставления сведений о доходах, закрытия счетов в заграничных банках, запрета использования иных иностранных финансовых инструментов и т.п.). Рассматриваемая технология используется также предпринимателями при угрозе банкротства . Как и фиктивный брак, фиктивный развод может использоваться для более благоприятного режима получения вида на жительство в других государствах.
Считаем, что независимо от причин и оснований, которые супруги закладывают в качестве предпосылок для прекращения супружеских правоотношений путем расторжения брака, само прекращение супружеского статуса посредством расторжения брака необходимо все же трактовать в контексте способа защиты их прав и интересов и в том случае, если фактические последствия развода не соответствуют правовым.
В рамках реализации сравнительно -правового метода научного познания, следует обратить внимание на законодательство некоторых зарубежных государств. Так, необходимо заметить, что норма о признании недействительным фиктивного развода содержится в Семейном кодексе Украины. А именно, согласно ст. 108 указанного кодекса суд может признать фиктивным расторжение брака, произведенное в органах регистрации актов гражданского состояния. Это касается расторжения брака по взаимному согласию супругов, не имеющих детей, а также по заявлению одного из супругов, если другой признан недееспособным. Соответственно, если будет установлено, что мужчина и женщина, которые расторгли свой брак, продолжают проживать совместно («одной семьей»), и даже не ставили перед собой цель прекратить брачные отношения, по заявлению любого заинтересованного лица суд может признать такой развод фиктивным. На основании решения суда актовая запись о расторжении брака и свидетельство о расторжении брака аннулируются органом регистрации актов гражданского состояния.
По справедливому мнению Н.А. Матвеевой, «подобный подход к проблеме фиктивных разводов может быть перспективным для российского семейного права, однако, - признает данный автор. - он требует серьезной доработки, ибо украинская модель фиктивного развода несколько противоречит праву на расторжение брака. Почему супругам надо отказывать в праве расторгнуть брак, если они хотят жить вместе теперь как фактические супруги. В этой связи было бы целесообразным расторгнутый брак уже не восстанавливать, однако не дать таким лицам в силу судебного решения получить те материальные блага, которые они могли бы получить в связи с фиктивным расторжением брака» .
Заимствование института фиктивного развода в российскую правовую систему представляется не целесообразным, так как противоречит основным принципам и нормам международного и национального права. Как уже отмечалось, принятие решения о фиктивном разводе основано на взаимном волеизъявлении супругов по поводу расторжения брака - эти и другие юридически значимые действия совершаются в сфере реализации частных интересов супругов. Полагаем, что в анализируемой ситуации речь может идти о нарушении принципа добросовестности, как одного из основополагающих принципом частного права, когда при реализации супругами своего права на расторжение брака они фактически не преследуют реальной цели развода. Также полагаем, что в такой ситуации следует говорить о злоупотреблении супругами принадлежащими им правами и обязанности в сфере супружества и права на заключение и расторжение брака. Вместе с тем, действительно, никто не может заставить мужчину и женщину, которые расторгли свой брак, вновь приобрести статус мужа и жены. Если они только по собственной инициативе не изъявят желание вновь создать статус супружества и вступить в законный брак.
В практике возможны ситуации, когда фиктивно прекратившие свой брак стороны на момент обнаружения этого факта уже стремятся к реальному разводу. Классическая санация, по аналогии с институтом недействительности брака, здесь, конечно, недопустима. В то же время целесообразно ли одновременно с неблагоприятными имущественными и организационными последствиями (двусторонней реституции, отмены иных преимуществ) восстанавливать супружество, понимая, что сразу же последует инициатива сторон по запуску процедуры его прекращения? Как справедливо указывается в литературе, для таких ситуаций возможно применение санации фиктивного развода в части исключительно лично-правовой связи субъектов. Следовательно, выбор конкретного механизма расторжения брака и есть реализация публичного интереса.

Представляется возможным определить основные выводы в отношении определения правовой природы прекращения супружеских правоотношений и защите прав супругов при расторжении брака.
1. Подводя итог вышесказанному в данном параграфе следует сделать вывод, что расторжение брака является частным случаем прекращения зарегистрированного брака, имеющим место при жизни супругов. Расторжение брака производится в органах ЗАГС или в суде, но в любом случае подлежит государственной регистрации в порядке, установленном для государственной регистрации актов гражданского состояния, соответственно является правопрекращающим юридическим фактом. При наличии огромного количества причин прекращения статуса супружества и расторжения брака, в определенных случаях развод выполняет положительные функции, в других - имеет негативные последствия, что, естественно, определяется в каждых брачно-супружеских правоотношениях индивидуально.
2. Определено, что в современном семейном праве России и научной доктрине применяются основные теории в отношении определения правовой природы расторжения брака как развода-констатации; развода-расторжения; развода-соглашения. В диссертации приведены аргументы, доказывающие, что «расторжение брака представляет собой особый способ защиты семейных прав граждан, посредством применения которого обеспечиваются личные неимущественные права и интересы мужчины и женщины, определяющие их брачно-семейный статус».
3. Доказано, что, исходя из правовой природы и юридической направленности, расторжение брака является способом защиты прав и интересов супругов как субъектов брачно -семейных правоотношений, применяемый с целью прекращения семейно-правового статуса супружества и придания определенности их гражданско -правовому положению. Расторжение брака рассматривается в качестве правопрекращающего юридического факта - действия, направленного на прекращение статуса супружеских отношений. Брачно-семейный статус супругов, находящихся в зарегистрированном браке определяет содержание их семейных прав и обязанностей, соответственно, его прекращение защищает преимущественно семейные права данных субъектов, вместе с тем, направлено и на защиту гражданско -правового положения .
4. Многообразие сложившихся в семейно -правовой науке подходов в отношении оснований, процедуры и правовых последствий расторжения брака с неизбежностью наталкивают на фундаментальный вывод, что расторжение брака направлено на защиту прав и интересов лиц, состоящих в браке, является способом защиты брачно-семейных прав граждан, находящихся в браке или в случае его расторжения. Данный способ может быть реализован в рамках как юрисдикционной, так и неюрисдикционной форм защиты.
5. Одним из базовых принципов семейного права является принцип разрешения вопросов, складывающихся из брака и принадлежности к семье, по взаимному согласию (ст. 1 СК РФ), в связи с чем, супруги как субъекты бракоразводного правоотношения могут использовать любые не противоречащие закону средства в рамках самозащиты своих супружеских прав, с целью установления гармоничных взаимоотношений в семье и браке или в случае прекращения супружеского союза, тем самым супруги самостоятельно защищают свои семейные и гражданские права. Определено, что между супругами складываются преимущественно лично-доверительные отношения, особые супружеские семейно-правовые связи, соответственно, в данном круге отношений допустимо применение самозащиты как способа защиты прав супругов или бывших супругов в вопросе расторжения брака, урегулирования возникающих в связи с этим личных и имущественных споров.
6. Для современного общества свойственна глобализация, а это значит, что число браков (и как следствие - разводов) с участием иностранного элемента, к сожалению, увеличивается. Необходимо обратить внимание, что существующая модель семьи и брака в последнее время характеризуется возрастающим числом фактических брачных отношений. Кроме того, активно развивается биомедицинское право (в частности, на практике не редки случаи перемены пола). Таким образом, определено, что законодательство Российской Федерации в отношении прекращения супружеского статуса и порядка расторжения брака нуждается в более четкой регламентации этой процедуры. В данной работе автор выделяет очередной этап развития прекращения брачно - супружеского правоотношения, влияющего на понимание расторжения брака не только как социально -правового явления, но и юридического факта, направленного на защиту прав и интересов супругов, бывших супругов и других членов семьи.

 



 

Поиск

Яндекс.Метрика
Все права защищены. При при копировании материалов сайта, обратная ссылка, обязательна! Варианты ссылок:
HTML код:

Код для форумов:


Уважаемые пользователи и посетители сайта!
Спасибо за то, что вы присылаете материал на сайт «Ваш психолог. Работа психолога в школе» по адресу sait.vashpsixolog собачка mail.ru Убедительная просьба, обязательно указывайте автора или источник материала. На многих материалах авторство потеряно, и, если вы, являетесь автором одного из них, пришлите письмо с точной ссылкой на материал. Если на ваше письмо, вы не получили ответ, напишите еще раз, т.к. письма иногда попадают в спам и не доходят.
Смотрите внимательно: авторство или источник указываются, чаще всего, в конце материала (если материал разбит на страницы, то на последней).
С уважением, администрация.